Сергей Куц – Вор и проклятые души (страница 57)

Однако, как и надеялся капитан галеона, а вместе с ним и все мы, сторожевые корабли были прежние. Герийцы помнили наш корабль и не сочли нужным досматривать его снова. Да не забыли, чей посланник плыл на огсбургском галеоне. Не нужно лишний раз беспокоить посла императора Карла.

Нам повезло, что ни говори. Как заметил Бран, везет наглым и смелым. Конечно, мы пробились бы: на нашей стороне черная магия Велдона, сила высшего вампира да я с Браном и наши клинки. Но не лучше ли спокойно проплыть мимо?

Повернув на юг, галеон шел вдоль берега. Справа по борту темнели проклятые эльфийские леса. По словам капитана, дня через три пологий песочный пляж должен был смениться на невысокие скалы, поросшие сверху деревьями, — обрывистый каменный берег. А еще спустя три или четыре дня земная твердь потянется к небу горами Долгого хребта, за которыми начинаются владения короля Рейнара. Герийская Марка.

В прошлом это орочьи земли. После истребления и изгнания остатков орков на северо-запад они превратились во владения Герии, что граничили с гномами Седых гор, как называлась эта часть Долгого хребта.

Свое Сумеречье — полоса предгорья вдоль Седых гор к северу от Долгого хребта — появилось у герийцев после разгрома уже подгорного племени. Равнинные земли бородачей вдоль реки Серебрянки на границе с лесами перворожденных отошли герийцам, а вместе с ними и богатые серебряные рудники, что сделали когда-то гномов Седых гор самыми богатыми среди их расы. Но ныне серебро наполняет казну герийского короля, а Марку и Сумеречье населяют колонисты с юга да потомки тех, кто в прежние времена появился с позволения гномов в поселках у рудников по реке Серебрянке. В этих местах люди всегда были пришлыми.

Мы не увидели восточный край Седых гор. Когда эскадра, сторожившая устье Тарты, скрылась за линией горизонта, «Святой Филипп» сменил курс. Мы торопились уйти на восток, пока не появились другие паруса, под которыми могли заметить странный маневр имперского галеона.

Полагая, что возрожденный морской путь к эльфийским лесам будут охранять и другие корабли герийского флота, мы решили избежать встречи с ними. Капитан сообщил, что до Пиры встретимся с досмотровыми командами самое меньшее еще дважды. Я не боялся боя с целой эскадрой вражеских кораблей — магия Велдона защитит нас от чужих пушек, а случись абордаж, тут уж не подкачаем я, Ирма и Бран. Но лучше не поднимать шум.

Почти все время путешествия не давали покоя раздумья о двух чародеях, которые плыли с имперским послом в Черный замок. Они потребовали уничтожить всех, кто находился на флейте, что повстречался «Святому Филиппу». Я каждый раз приходил к выводу, что приказ колдунов был не случайным. Либо они почуяли магию Велдона и стремились уничтожить того, кто обращается к черному колдовству, не будучи слугой Возвратившегося бога, либо должны были убить меня.

Пока нет объяснений, как приспешники Низверженного или он сам прознали о Николасе Гарде. Однако я непременно заслуживал гнева Возвратившегося бога, уничтожив перстень Бога Сына, а вместе с ним часть Черного замка. Главное логово Низверженного в Орноре!

Нет, его внимание совсем не нужно; и я все-таки надеялся, что Низверженный не проведал, что я жив, и не стоит лишний раз напоминать о себе. Пока не найдем Алису и Лилит, нельзя ввязываться в новые драки с приспешниками Возвратившегося бога. Поэтому мы продолжили плыть на юг, обогнув Скалистые острова — протяженный архипелаг из пустынных крохотных островков, где есть только камни, гейзеры да дремлющие вулканы, а за ними — почти бескрайний Восточный океан. Длительность нашего путешествия увеличилась на несколько дней, зато мы не встретили ни одного корабля.

Конечно, после Черного замка пришлось сражаться со слугами Низверженного трижды. Сначала в Волчьем доме, где любое магическое возмущение — так это обозначил Велдон — не могло покинуть стены эльфийской крепости. Но потом был флейт и маркиза Даон ди Регель, а затем огсбургский галеон с двумя чернокнижниками, которые потребовали у графа Мирбаха убить всех, кто был на «Благословенной на волнах».

Проклятье! Всякий раз, когда вспоминал о тех двух магах — старце и девушке, — думал и о Низверженном!

Только Возвратившийся бог все же не почтил своим присутствием наш галеон. Скорей всего, я сгущал краски, размышляя о нем, но береженого бог бережет, и это точно не изгнанный с Орнора его первый Творец.

Чтоб забылось ему про меня и наш мир!

Характер у создателя Орнора за тысячелетия после изгнания основательно испортился. Мир прекрасен, и не могло его сотворить озлобленное мстительное божество, каким нынче являлся Низверженный.

Проклятый пепел! Я в очередной раз увлекся размышлениями о Возвратившемся боге. Дабы отвлечься от тяготивших раздумий, начал разглядывать землю. Справа по борту тянутся владения короля Рейнара.

Обойдя восточный берег Герии за Скалистыми островами, мы вновь вышли в Восточное море через пролив Святого Лаврентия между архипелагом из островов-скал и Дальним Орнором — материком, чье побережье поделено на колонии великих морских держав, а обширные внутренние леса по-прежнему остаются за племенами диких орков. В Новой Лернии могилы моих родителей и, возможно, еще жива ферма отчима, да и он сам. Я никогда не интересовался его судьбой после бегства на купеческой шебеке в Лерпо, где меня подобрал Старик. Не потянуло на родину и на сей раз.

Галеон держал курс к западной границе королевства Герия. В этой части Восточного моря, что омывает южный берег Герии, северную часть Дальнего Орнора да восток Семиградья, множество торговых маршрутов. «Святой Филипп» стал одним из сотен кораблей, что бороздят эту часть мира. Галеон шел к мысу Дракона, и в те дни существовали только две опасности — пираты да риски, что всегда таит в себе морской простор.

Однако последняя треть путешествия выдалась такой же спокойной, как его начало. Огсбургцы смирно сидели в трюме галеона, команда корабля не бунтовала, хотя, наверное, моряки и привыкли к призракам инквизитора, охранявшим наш покой. Но точно не перестали страшиться Ирму, которая вызывала ужас у каждого имперца без исключения.

Пока корабль шел по Тарте, вампирша взяла еще пять жертв. Новый день начинался с того, что она расправляла крылья, обращаясь в голодное чудовище, и, схватив кого-нибудь из матросов, уносила новую жертву в лес. Возвращалась она утихомиренная и всякий раз находила меня, дабы сказать, что новая кровь на время утолила жажду моей крови. Я отвечал парой крепких слов и спрашивал, когда же она насытится. Смеясь, вампирша удалялась прочь! Она насыщалась кровью жертвы до следующего утра. Но зато не терзала меня новыми уговорами и обольщением. Ей нужна была моя кровь!

Ирменгрет успокоилась, когда выбрались в открытое море. Стала вдруг тихой и почти не показывалась из каюты, которую делила с комнатной собачонкой Рене Зиллем. Да дьявол с ними! Бран и Велдон в один голос заявили, что пусть развлекаются, лишь бы вампирша не убивала новых людей. Смерти прекратились, а страх перед нами и особенно перед Ирмой остался.

Мы отоспались, отъелись и приоделись. Я избавился от опостылевшей одежды стражи Черного замка на следующий день после захвата галеона. Помародерствовав в сундуках офицеров и в вещах господина посла, я и Бран нашли подходящее по размеру и вкусу. Я снова был во всем черном, не считая белоснежной рубашки, — в камзоле, прямых штанах и кожаных сапогах чуть ниже колен. На плечах теплый плащ из шерсти, а на голове шляпа любимого фасона. С широкими круглыми полями. На поясе в новых ножнах на левом боку спит мой бракемарт, а справа в кобуре теперь пистоль. На руках перчатки, подобранные в эльфийском замке.

Бран облачился похожим образом, только цвета выбрал темно-зеленые, если не считать сапог. Камзол предвестника, отделанный серебряными нитями, стоил весьма прилично, но старые потертые ножны Война почему-то оставил — у каждого из нас свои причуды.

Томас Велдон тоже подобрал новую рясу. Накинул поверх скромных одежд, найденных на корабле, которые подходили скорее слуге, но и это не мое дело. Ирменгрет довольствовалась гардеробом, позаимствованным у маркизы ди Регель. Вампирша ненадолго появилась час назад на палубе в платье кроваво-красного оттенка под теплым коричневым плащом. Ирменгрет требовался капитан, чтобы втолковать ему, где нужно нас высадить — четырех дьявольских созданий вместе с куклой-доктором и пленником. Граф Клос фон Мирбах продолжит путешествие вместе с нами как свидетель и живое доказательство тайной политики. Предъявим его арнийскому королю.

Галеон легко рассекал волны под попутным ветром. В одном дне на запад лежит мыс Дракона, за которым уже нет Восточного моря и герийских владений, а мы сходим на берег буквально через пару часов. Неделю назад Ирма сообщила, что после Запустения продолжит помогать и дальше. Тем более что покидать меня она не собирается. Все еще на что-то надеется. Проклятый пепел!

Прознав, что я, инквизитор и предвестник направляемся в Арнию, вампирша вызвалась помочь. Сказала, что в условленном месте на берегу нас будут ждать ее слуги — в двух лигах от городка с названием Монкук. Галеон как раз идет мимо него. Не сказал бы, что это город — скорей разросшийся поселок на широком холме. Рыбацкое захолустье, но какое мне дело до него?