Сергей Кусков – Расправляя крылья. Полет нормальный (страница 21)
— Что скажешь об Адриано Манзони? — сразу перевел я тему на больное, раз уж заговорили. — Охарактеризуй его.
Она нахмурилась.
— Он не в нашей группе, в сто третьей. Ходит, нос выше крыши. Смеется над всеми, презрительно смотрит на каждого, но задирает только титуляров. Мальчишек они бьют, девчонок… — Вздох. — Недавно одна новенькая, ты ее не застал, из новопереведенных, ушла. Довели насмешками до слез.
— Манзони и его банда?
Кивок.
— Бенито не трогал девочек, Хуан! — загорелись праведным гневом ее глаза. — Так нельзя!
Хм… И это Эмма? Которой плевать на титуляров с орбитальной станции? И тем более плевать на проблемы мальчишек, которые не интересны лично ей? Это что же такое сдвинулось в школе, что свершилось подобное?
— Ладно, увидимся! — боковым зрением я заметил, что в оранжерею, в сопровождении двоих человек поддержки, вошел тот, кто мне нужен. Точнее, та.
— Привет! — Я раскрыл объятия и Селеста бросилась ко мне.
— Хуан, сволочь ты эдакая, куда пропал? — застучали ее кулачки по спине. — Сколько лет сколько зим?
— Да вроде и года нет? — Я поставил ее, ощутив рядом готовую сорваться с места тигрицу. Шустро она! Миг же назад с Хуаном Карлосом разговаривала!
— Чем занимался хоть? — продолжала допытываться Селеста. Я скривился.
— Занят был. Кстати, Селеста, это Паула, — представил я ее красноволосой. — Паула, это Селеста. Та самая, о которой я рассказывал. Которую, когда стану императором, сделаю губернатором провинции.
Рыжая нахмурилась.
— Хуан, это плохие шутки!
— А кто тебе сказал, что я шучу? — парировал я ее взгляд убийственной серьезностью. Повисла пауза.
— Ладно, рассказывай! — ктнула в бок Селеста, разряжая атмосферу. — Какими судьбами? Надолго?
— На пару спешишь? — Я вздохнул и потащил ее к фонтану, на парапете которого освободилось место, второй рукой хватая за локоть Паулу. Селеста пожала плечами.
— Пацаны, а вы как? — обернулся к «группе поддержки». — Спешите?
Двое ее «телохранителей» переминулись с ноги на ногу и тоже пожали плечами.
— Если надо…
— Надо.
Я посадил девчонок, сам присел перед ними. За спиной встали Хуан Карлос, мальчишки… И Эмма.
— А тебе чего здесь надо? — попыталась зыркнуть на нее моя юная спутница, но я одернул.
— Она со мной!
— Их очень много, Хуан, — покачала головой Селеста. — Сюда сразу перевели около двухсот человек. Только представь, все группы увеличились от трети до половины! У нас семнадцать новеньких на тридцать два стареньких, в других группах не лучше.
— У нас шестнадцать, на тридцать, — подтвердил Хуан Карлос. — Минус ты — на двадцать девять.
Я многозначительно хмыкнул. Я до сих пор не определился, считать себя частью школы или нет, но они уже все решили. Хотя, возможно, это и правильно.
— Было много титуляров — у них гранты, и куда-то их надо девать, — продолжала юная спутница. Я видел, она ощущала себя тут главной. И… Отчитывалась передо мной, как перед более старшим начальством, лелея при этом надежду, что это начальство решит все проблемы, раз пришло. — Но много было и «ублюдков». Их папы выше крыши, их просто не могли вышвырнуть на улицу. Богатые всегда договорятся.
— Бенито? — произнес я. — Он что делал?
— Пытался сопротивляться, ставить на место тех, кто задирал его, — покачала она головой. — Кого-то из «ублюдков» даже отметелили. Но хоть это не титуляры, их быстро задавили, выкинув из школы самых одиозных. Бенито вообще последнее время вел себя тише воды, особенно после того, что произошло под новый год…
— А что произошло под новый год? — уточнила любознательная Паула.
— Сюда заявилась одна девушка, — пояснил я. — Которую он сильно обидел. Аристократка. И накостыляла ему при помощи своей охраны прямо на выезде из школы. Используя деструкторы и другие «веселые» приспособления.
— Тихо! — оборвал я раскрывшую было рот в вопросе Паулу. — Тихо…
Она понятливо кивнула.
— Бенито? — напомнил я Селесте. Та продолжила.
— Ну да, я сказала. Он и так сник, сдулся, а тут еще эти… В общем, он потерял всё своё влияние. Мне кажется, мог бы побороться, но не стал.
— Понятно, — задумчиво покачал я головой. Бенито поумнел, это хорошо. Но плохо, что одна беда сменилась другой.
— Поначалу нас сильно не трогали, — продолжила Селеста. — Сверху пришла указка, титуляров не отчислять, что бы ни произошло — акционеры боятся сеньоры Сервантес до дрожи в коленях. Но этих уродов тоже отчислить нельзя. Так одно за другое, мало-помалу… И началось.
— Вначале они нас задирали для пробы, — продолжил один из парней. — Посмотреть, что будет. Тех, кто отвечал, начинали прессовать. Это когда не бьют, а окружают и улюлюкают. Ну, да ты знаешь, не тебе рассказывать!.. — махнул он рукой. Я согласился — не мне. — Кто-то кинулся драться, его замесили. Прибежала охрана, всех раскидала. Но ничего не произошло, все остались при своих. А это — зеленый свет.
— Они всё же стараются нападать за территорией, — решила уточнить Селеста. — Боятся, хоть и зеленый свет. Но и в школе тоже бывают эксцессы, хотя реже.
— Девочек бьют? — нахмурился я.
— Не бьют. — Селеста, как и Эмма перед ней, опустила голову. — Но иногда кажется, лучше б били!..
— У них сплоченная группировка, дружище, — взял слово Хуан Карлос. — И пришли сюда эти твари уже с нею. А школы по городу позакрывали из-за титуляров, мерзкого быдла, посмевшего что-то о себе возомнить. Вот и антагонизм!..
— Сколько их? — Я почувствовал хруст костяшек пальцев, однако в душе царила ледяная пустота. Работал только мозг.
— Их как бы несколько группировок с разных школ, — вновь пояснила Селеста. — Но группировка Манзони — самая сильная. Отец признал Адриано, по сути, он — представитель элиты, высшего сословия. Наследник клана, занимающего пятое место в списках после Большой Тройки и Веласкесов. И к нему все тянутся.
— И потому он ведет он себя как заносчивый мудак, — подтвердил Хуан Карлос, — знает, падла, что всё с рук сойдет.
— Ну, для элиты это нормально, поверьте, вести себя так. Я б удивилась, будь он адекваша… — задумчиво потянула Паула. Остальные переглянулись, но ни я, ни она более не произнесли ни слова.
— А чего бы ему не пойти в школу для элиты? Полностью частную? — задала закономерный вопрос Эмма. Паула покачала головой в ответ.
— Там он никто, незаконнорожденный. Там его опустят ниже плинтуса. — Кажется, голос ее дрогнул, а кулаки сжались. — Они же только тут смелые!
— Ладно, подумаю, что можно сделать, закончил я этот разговор. Надо взять паузу и посмотреть на все своими глазами, прежде чем делать выводы. — Держим связь. Если что — свистну.
Все разошлись. Точнее, Селеста с парнями ушли на свое занятие, мы с Эммой, Паулой и изобретателем направились на свое.
— Что там у нас, кстати? — задал я вслух вопрос.
— Континентальная история… — Кажется, Хуан Карлос тоже сжал кулаки, а голос его дрогнул.
Что, промывка мозгов достала даже его? Эдакого всегда жизнерадостного неунывающего перца? Посмотрим-посмотрим! Может и тут что-нибудь придумаем?!
История ЛАИ. Мой «любимый» в прошлом предмет. В отличие от преподавателя, того самого сеньора, у которого я так и не спросил имени.
Да, преподаватель был все тот же. И когда мы дружно вошли, показно нахмурился, задумав какую-то пакость.
— Сеньорита Долорес, сеньор Гальего, прошу на место, — указал он на аудиторию. — А это, как понимаю, новенькая? — Он сверился с журналом. — Сеньорита Сантос Герреро?
— Не совсем, но около этого, — кивнула Паулита, включая «блондинку».
— Не совсем — это как? — переспросил он, уголки губ его растянулись, выдавая ценителя актерской игры. «Блондинкой» он мою напарницу не считал, и я мысленно засчитал ему очко.
— Ну, Герреро — фамилия тетушки, не родная, — кривлялась красноволосая. — А Сантос… Почему бы и нет? Святая Паула? Здорово звучит, да?
— Садитесь, сеньорита Святая Паула, — указал он в сторону скамей и ей, видимо, решив отсрочить планы дальнейшего общения и «раскола». Так сказать, самое вкусное на десерт. — Разберемся с вами чуть позже. Сеньор Шимановский, какая встреча! — перевел он глаза на меня. В них заплясали демоны театрального гурмана, было видно, он соскучился по хорошему представлению и просто жаждал наверстать упущенное после моего ухода. — И что это вы вдруг решили почтить нас своим присутствием? Ни с того ни с сего?
Я расплылся в любезной улыбке.
— Да вот, сеньор преподаватель, шел мимо и решил: «Дай зайду на огонек»? Соскучился… — Я состроил мину патологического меланхолика.
— А, вот оно какое дело, — понятливо закивал он. — Все гадали, как это так получается, что сеньор Шимановский нас не почитает присутствием, но посещение при этом ему выставляется? А он, оказывается, все это время мимо ходил! Наверное, слишком близко от здания школы, раз система учета срабатывала!..