Сергей Кусков – Пограничник (том 2) (страница 4)

— Ты душка! — Астрид воспряла. Хоть немного её растормошил. Заулыбалась. Но улыбка её была с налётом грустинки, понимала, какая задница может случиться с неплановым залётом от эльфа.

— Ты понимаешь, что этот ребёнок будет бесплоден? — решил наехать я с другой стороны. — Все полуэльфы бесплодны. Зачем так калечишь потенциальное потомство, своих будущих детей инвалидами делаешь?

Она нахмурилась, снова посмотрела в землю. А вот теперь проняло.

— Может ничего не будет, брат, а? Может, обойдётся? — Пауза. — Так просто вышло, я не специально. Но я хотела знать твою позицию по данному вопросу, мало ли что.

— Горе ты моё! — Я тяжело вздохнул. — Что мне с тобой делать?

— Может быть, любить и прикрывать? — озорная улыбка, совсем как в детстве, когда мы шкодили, убегая из замка. Господи, и как этот урод мог с ней спать после всего близкого и родного, что с ними было?

Ну, хоть тему с нашими отношениями закрыли. И при этом остались родными людьми. И то хлеб.

— Егеря! — подъехал к нам Тит, вырывая из размышлений «о бабах». О них, неверных, в подоле непонятно от кого приносящих. Кстати, как ещё будет Катрин себя вести, и что б придумать, чтобы не блядовала? Такие кошечки любят самостоятельно гулять, а в статусе жены я ей этого позволить не могу. Надо будет подумать на досуге. О том, что могу её не получить — даже мысли не приходили.

Тронул Пушинку вперёд — встречать группу разведки. Четверо воинов, усиленный дозор. Флагами не машут, значит, ничего сверсерьёзного — разрулим в рабочем порядке.

— Граф, они впереди. Не скрываются, — отчитался старший дозора, когда подъехал. — Стоят и ждут нас. Завидев нашу группу начали облачаться.

Готовятся к бою и не скрывают? Сучьи отродья!

— Сколько? — нахмурился я.

Пожатие плеч.

— Человек сорок, как ты и говорил.

— И две кареты, — добавил другой воин. — Сзади.

Я поднял вверх руку, войско начало останавливаться. Обернулся к подъехавшему и вставшему чуть сзади Сигизмунду.

— Боевая тревога. Всем — облачаться в лучшее. Тетиву на луки. Поговорим с сеньорами, раз приглашают.

— Граф, вечер. Хочешь битву на ночь глядя? — Едущий справа Тит недоверчиво выкатил глаза. Может, всё же дождёмся Весёлого?

— Это была плохая идея искать остановиться по дороге впереди себя, — произнесла ни к кому конкретно не обращаясь, Астрид. — Надо было вернуться назад и там подождать подкреплений.

— Знал бы где упал — подстелил бы соломы. Не раскисать, друзья! — прикрикнул я на всех окружающих. — Сигизмунд, Вилли, Астрид, отойдём.

Мы снова спешились и вышли «в поле». Дорога не была пуста, туда-сюда ездили телеги с крестьянским добром. А вдалеке женщины жали пшеницу. Второй урожай или первый — трудно сказать. Наш сводный отряд немного не доехал до ворот очередной деревни на тракте, до которой решили добраться, чтоб заночевать, и именно тут нас по закону подлости поджидали. А назад не хочется — потеря репутации. Я бегаю от церкви! Всё королевство засмеёт.

— Граф, только не говори, что я думаю! — опасливо замотал Сигизмунд головой. И боялся он серьёзно.

— А я именно это и скажу, — усмехнулся я. — У нас нет шансов. Полубратья в облачении, четыре десятка. К битве готовы. А значит, есть три варианта развития событий.

Первый — мы подъезжаем и угрожаем оружием, дескать, не надо нас пугать. Нас примерно столько же, сколько их, результат боя не предрешён. А значит, срываться в бой опасно. Тогда они загрузят нас разговором, предъявят на свет приказ епископа о содействии всем добрым христианам их благому делу доставки меня в Овьедо, и половина нашего войска не сможет после этого на них поднять руку. «Ведь доставка не арест, правда же», — скажет себе каждый из них. «Там разберутся». И сам господь бог нам не поможет после того, как сяду в ту карету, а я сяду, они заставят.

Второй вариант — не разговаривать с ними. Или попытаться отодвинуть от дороги, или ещё как-то, но довести до сражения. Чтобы именно они на нас напали, напали агрессивно, первые, и все наши это увидели. Тогда не важно, кто победит, графство Пуэбло проиграет. Ибо мало кто из нас выживет, эти сволочи — фанатики, и дерутся, как фанатики, не щадя себя.

Остаётся только третий вариант. Самый опасный и скользкий, но единственно выигрышный. Мы нападаем первыми.

— Повод? Повод для нападения? — Это парировал Сигизмунд. — Просто так напасть — нас не простят потом. Выиграем битву, проиграем войну. Ты всех учишь выигрывать войну до того, как выйдешь на поле боя.

— Согласен, — кивнул и Вилли. — Лично на меня начнётся потом охота, за то, что отдал приказ напасть на святых людей. Мне придётся бежать. И я сбегу. А ты, граф, нет.

— Да какие они святые! — округлил я глаза. — Шантропа фанатская на службе церкви.

— Граф, я не хочу снова бежать, — покачал эльф головой. — Мы будем драться. Но дай нам обоснованный повод.

— Ричи, та бумага, что у них… Это не приказ об аресте, — а это Астрид. — А значит и правда, не можем мы на них напасть просто так.

— Я дам вам повод, — решился я. — Более того, я поеду на переговоры один, без охраны. Чтобы если что, вам было легче, вариант попасть в своих — кошмар для меня.

— Нет! — утвердила сестрёнка. — Мы едем все. И все готовимся драться. Одного тебя не оставлю. Нас столько же, но мы — пограничники. И мы — на своей земле.

— А ещё у них почти нет луков, — лукаво усмехнулся Вилли. — А у нас — есть.

— Зачёт! — похвалил я эльфа. — Проинструктируй ребят. Вы знаете, что такое «кантабрийский круг»?

Они не знали что такое «кантабрийский» круг, как и не слышали фонетического слово «хоровод». Но сам приём известен был. Особенно тут, в степи. А как, блин, мои воины тревожили лагерь Хуго Смелого, притаившихся за телегами наёмников? Да кружась против часовой стрелки вокруг него и обильно постреливая! Почему против часовой? Так лук у большинства в левой руке, стрелять влево сподручнее.

— Давай, проводи инструктаж парней. Вилли, я в вас верю. Рыжик, на передовую не лезь. Стрела — дура, сама не знает, куда летит, только так под раздачу попадёшь. Сигизмунд, какое кодовое слово? Помнишь?

— Обижаешь, граф! — зло оскалился отрок, вспоминая наши прошлые приключения.

Закат. Солнце более чем наполовину скрылось за горизонтом. Вечерняя прохлада, а скоро стемнеет. У нас не так много времени. Но мы успеем.

Завидя нашу кавалькаду, орденцы растянулись в неширокую цепь, перегородив дорогу и немножко влево и вправо от неё в поля. Впереди всех стояли двое в белых накидках, но не на доспехи, как у всех, а на обычную одежду — братья. Белый цвет — цвет чистоты, цвет ордена. Полубратья издалека чем-то напоминают крестоносцев в своих накидках, только что крест на них не намалёван. Едем спокойно, все бойцы собраны, сосредоточены, драться готовы, хотя им и не по себе. Орден это та сила, которая неприкосновенна. Которая не участвует в войнах и разборках владетелей. Они над политикой, над схваткой. А церковь — вообще сверхструктура, дочерний филиал небесной канцелярии на Земле. Воевать с церковью — это как воевать с небесным воинством. Как можно воевать с самим богом?

…Но с другой стороны, люди не в вакууме. И все понимают, что полубратья — такое же скотобыдло, как и обычные рыцари, просто с крутой «крышей». Также насилуют девок, и шлюх часто оставляют без оплаты — а кому на них жаловаться? Как впрочем и выпить-закусить без оплаты — нормальное дело, и будешь бога благодарить, что свалили, никого не убив и ничего не спалив. Как все бухают, как все берут взятки и подношения. И даже бывает открыто «крышуют» кого-то в мелких местечковых разборках на местах. Высокомерны. Заносчивы. Отнюдь не ангелы они, хоть и филиал небесного воинства.

И ещё — они смертны.

А раз так, то когда они не правы по рыцарским понятиям, почему б их не убить? Этот мир принадлежит весёлым рыцарям-романтикам, а не скучным юристам-крючкотворам. Особенно если учесть, что полубратья — люди небедные, с них доикса можно ценного снять после боя, а добыча хабара — главная добродетель любых благородных воинов.

— Сеньоры, приветствую на своей земле! — воскликнул я, подъезжая. Марко держал за моей спиной не штандарт, а прапор — новый флаг Пуэбло с триколором и двуглавым орлом. Я пока решил пофорсить новинкой. Скоро легионы будут козырять с такими же — вернусь к практике жезла… Хотя, может не надо? Знамя красивее, а главное эффектнее выглядит.

— Граф Пуэбло, как полагаю? — криво, сквозь довольный прищур, улыбнулся первый брат, что слева.

— Он самый. Чем обязан? — парировал его улыбку своей такой же.

— Меня зовут брат Амвросий, — еле-еле склонил он голову, как кивают высшие низшим. — Это — брат Одоакр. Мы посланники его преосвященства епископа Луки. Он послал нас за вами, граф. Пригласить в гости в Овьедо, в его резиденцию, для приватного разговора.

Я картинно очень тяжело вздохнул.

— И рад бы, уважаемые сеньоры. Но, к сожалению, не могу. Знаете, есть такие чудовища, степняки. Бич рода человеческого. Мне срочно нужно защитить от них свои земли и всех живущих на ней людей.

На лицах братьев не дрогнул и мускул — чего-то подобного ждали.

— Мы понимаем, граф, ваше желание исполнить миссию свою, возложенную на вас отцом нашим небесным. — А это заговорил брат Одоакр. У Амвросия голос бархатный, тенорок, а у этого скрипучий баритон, контраст как между злым и добрым полицейским. — Однако мы столетиями защищаемся от этой напасти, и можем констатировать, ваши бароны и полководцы справятся с этой задачей и самостоятельно. Мы в южной Епархии осведомлены о положении дел и знаем, где какие стоят войска и каковы их полководцы. А также то, что опыта военных сражений у вас пока ещё нет, ваш батюшка, царствие ему небесное, достойный слуга господа был, только-только преставился, оставив графство вам. Ваше отсутствие, граф, никак не скажется на обороноспособности Пуэбло и всего Юга.