Сергей Кусков – Фрилансер. Вольный копейщик (страница 29)
То есть «Мараньоны» и «Укаяли», два подразделения патриотов среди мятежников, раскатают в блин. Их сеньоры игроки отдали на заклание ради демонстрации давления на Фрейю. После чего будет подкат к самой высочеству, и зачистка куполов Сената её войсками, где на сей раз почти не будет сопротивления, все поднимут лапки кверху… Но и всем сдавшимся со временем выпишут отпущение грехов и задним числом вернут в политикум. И тем же макаром разоружатся «блуждающие» ВЧ на планете, как и сдастся «Объект 81», где также найдут козлов отпущения, а остальных помилуют.
Итак, вырисовывается главный элемент будущей конструкции. Договорняк элит. Очередной. Теперь с Фрейей, а не с королевой в главной роли. Она пойдёт на контакт, мама, папа и мачеха воспитали её в атмосфере, что это нормально. Главное сделать так, чтобы не перегнуть палку, чтобы с одной стороны народ сказал: «Фи! Наша принцесска — лохушка!» А с другой я не выскочил как чёрт из табакерки, перехватывая контроль над патриотически настроенными силами. Это будут мягкие условия, в целом королевская власть продвинется вперёд по многим пунктам по сравнению с тем, что было до мятежа. Высочество укрепит королевскую власть, понимаете иронию? Засовывая под шконку будущего родственника по линии сестры и отца своих будущих детей. Как? Да хотя бы в военный ВУЗ меня запихнут. Там режим — не рыпнешься, а учиться в подобном ВУЗЕ как будущий муж сестры правительницы как бы обязан. Я ведь школу заканчиваю, и как всё прекратится, досдам экзамены, и сразу будет зачисление, причём куда скажет будущая родня. А если её мама вернётся… Либо надавить на неё, чтобы это приняла, либо убедить подписать отречение в пользу дочери — оба варианта рабочие. Лея Филипповна может и согласиться, особенно если у неё реально бяка со здоровьем. Останется в качестве консультанта при дочурке, как бы со сцены не уйдёт, а углы будет сглаживать… И обстановка самая располагающая — привычный ей договор о разграничении с аристократией, она в таких как рыба в воде.
А чтобы это всё реализовать… Фрейю нужно напугать! Продемонстрировать силу. Войска не должны идти на Золотой дворец, нет. Но они должны лишь показать, что могут. Солдаты не пойдут? А где это написано? Пока их не подняли и они не отказались, и мы, и они могут об этом только гадать, а я как пиарщик заявляю, испуг действует куда лучше, чем реальная угроза. Так что цель текущей «движухи» — убедить высочество, что ей проще пойти на компромисс и сдать чутка назад, чем править потом, оглядываясь и вздрагивая от каждого шороха.
А вот этот план рабочий — до безобразия. Дискредитация, разочарование среди сторонников, лёгкая угроза, договор. Вот такой алгоритм.
…И всё это совершенно не устраивает меня. Ради чего погибло столько людей? Чтобы власть наступила на старые грабли, лишь чуть-чуть улучшив свои позиции? М-да. И сделать ничего не могу. Дёргаюсь от ломки, но ведь на самом деле не могу! Из рычагов власти у меня осталось только влияние в корпусе телохранителей, да Максвелл может пропустить со мной стаканчик сока, что вообще не серьёзно.
Но отчаянье — признак слабости, а значит настраиваемся на работу. Если я и правда адепт из той вселенной, как она написала — что-нибудь придумаю, космодесант не сдаётся. А пока — Союз и Мадагаскар, ибо это моя война, и я её должен закончить.
Глава 7
А сегодня что для завтра сделал я
Посольства были взяты штурмом. Все представительства государств, входящих в Восточный Союз, чьи представительства у нас были, а их немало. Оказывается, был даже Мадагаскар. Последние — маленькая миссия в несколько человек, размещались в отдельном подъезде офисно-жилого здания не прям на окраине, но не в центре. Конечно, посольства Китая, Австралии, Индии, Индонезии или Аравии — целые комплексы, отдельно выделенная территория с охраной. Но под контроль взяли вообще всё — во избежание. Охрана нигде не стала сопротивляться — видно, незадолго до пришла разнарядка с Земли. Потому наши бойцы тоже не стали жестить и кого-то бить, обижать. Кого-то проводили под стражу, дипкорпус поместили под домашний арест, откуда отдельных дипломатов дёргали на допросы. Все допросы должны проводить официально, под камеру, и только по делу о детях и госперевороту. Эти два дела объединили в одно производство — вопрос спорный, но я согласен. Особых секретов не выведывали, пароли и явки их агентов у нас на планете тоже не выбивали — старались играть по правилам, хотя знаю я, разумеется, не всё. На момент моего падения вниз со шпиля даже были какие-то результаты, но пока не скажу, насколько глубоко раскопали. В самих же зданиях посольств провели шмон — изъяли все доступные документы и данные на любых носителях. Тут уже церемониться не стали, но с другой стороны, при штурме любого дипучреждения ответственные лица всегда первым делом уничтожают секретную документацию, так что сомневаюсь, что там найдут что-то действительно важное.
Максвелл, пока ехали, поведал, что расследование идёт ни шатко, ни валко. Есть зацепки, по ним копают, фигурантов выявили, и всех, кто не с дипломатическим паспортом, уже забрали в подземелья императорской гвардии на допросы с пристрастием. Дипломатов по-прежнему не трогаем, лишь давим морально.
— Ван не «потёк». Сохраняет достоинство. — Это он о после Поднебесной. — В отличие от австралийцев. Их истеричка, если честно, задолбала. Женщина в дипломатии не лучшее решение, и им плохо, и нам мучайся. Но она — кузина лорда Сиднея, родственница их королевы, так что… — Вздох. — Понимаю твоё желание переговорить со всеми тремя послами одновременно, но, боюсь, Австралию лучше оставить за скобками. Всё же только что мы убили их главу МИДа в Новом Орлеане, да и она истеричка ещё та — диалога не будет.
— А индусы? — хмурился я — Доминик умеет обламывать. Но лучше прислушаться, ибо я — любитель, а он в этом много лет варится.
Он пожал плечами.
— По опыту — они слишком скользкие. Понимаешь, им наплевать на все принципы, какие только есть. Их страна погрязла в нищете, с которой они даже не думают бороться, чуть ли не в три слоя завалена мусором, с которым также серьёзно бороться не пытаются, свалив всё на недоразвитую угнетаемую касту, города в говне, и это не фигура речи — у них неприязнь к туалетам. И при этом только себя они считают истинно правильными и чистыми, а мы, вообще все, все-все иностранцы — грязные и неполноценные, так как не принадлежим ни одной касте. Обмануть чужака у них не грех, а добродетель, за это боги не спросят, и карму этим они не омрачат. Да, индусы многого достигли, и имеют большую экономическую мощь, но, замкнутые на своей карме, они не думают о стратегическом развитии. Им просто всё равно, ибо вокруг них — порядок вещей, который выше даже богов. Хуан, моя рекомендация — не устраивать с ними болтологии, тем более, девяносто процентов, что обманут. А надавить сразу на мандаринов. Их экономики связаны, китайцы обязательно передадут наши пожелания индийскому бизнесу, но информация будет исходить не от нас, а от союзников, с которым им завтра жить, которые их знают лучше, и если что, не простят подставы.
— Но мы терем в статусе. Одна Срединная республика — не весь Союз, я буду разговаривать только с Китаем.
— Хуан, у них уже давно сложилась наднациональная элита. У нас схожий процесс произошёл, когда континент объединился в Южноамериканскую империю. У них не империя, пока просто Союз, идею с монархией там двигают, но пока не получила массовой поддержки, но элиты высшего уровня и второго эшелона уже давно делают бизнес вместе. Причём китайцы — наименее радикальные из всех, они по природе никуда не спешат, созерцательность в их менталитете.
— А если Ван — казачок от противоположной бизнес-струкуры? Которой выгодно продвижение Благоденствия, и выгодна наша война? Кто бы что ни говорил, но я не поверю, что Ирану и Аравии доверили принимать решение по началу террористической деятельности на нашей планете. Представители Поднебесной отдавали итоговый приказ, а все арабы, индусы, европейцы и прочие исполнители лишь делали то, на что им дали зелёный свет.
— Он китаец, Хуан, — расплылся Максвелл в улыбке. — Китай — это целая планета. Мы доносим информацию не до бизнес-структуры, а до планеты, и он понимает, что конкретно он — букашка, встроенная в мегамеханизм. И обмануть мегамеханизм у букашки не получится. Мне это сложно объяснить, я много лет работал в их отделе, а тебе надо дать выжимку в двух предложениях. В общем, предлагаю рискнуть, и сыграть на одни ворота. Толку будет больше, чем если устроим говорильню со всем Союзом.
— Хорошо, поверю твоему опыту и профессиональному чутью. Поехали к Вану.
Китайцы селились компактно, в дипломатическом районе, отданном Венерой Союзу. Так их жильё легче охранять. И чётко соблюдали все правила — а это обязательно, это в их крови. Сам дипломатический квартал был недалеко от посольства, и, заехав к мистеру Вану, изложив суть предложения, подождали полчаса, пока он собрался, и поехали. Ибо знак уважения, вести переговоры лучше в предназначенном для этого месте, даже если оно не работает по профилю. Как объяснил Доминик, в отличие от Тафта, если привезу Вана в бордель — со мной больше никто из Поднебесной в принципе не будет разговаривать. С гопниками на улице не разговаривают, а там аналогия ещё хуже, ближе к пациенту дома с жёлтыми стенами.