Сергей Кусков – Фрилансер. Вольный копейщик (страница 10)

— Пасут клиентов? — скривился я. Блин, переоценил я этот клуб.

— Не без этого. — Мадлен кисло скривилась. — Но насколько знаю, ни разу то, что я передавала о клиентах, нигде не всплыло. Мы как бы… Одноразовое оружие, нас берегут для какого-то одного очень важного выстрела. А когда он будет, и будет ли когда-нибудь…

— А освинцованные комнаты? — напрягся я. — Там тоже прослушка? Мы ж вроде проверяли.

— Нет, комнаты стерильны! — провела Мадлен рукой по горлу — «зуб даю». — Об этом была отдельная папочка. Вы же тут не первые, и бизнес с конфиденциальными переговорами на потоке.

— То есть комнаты предназначены для тех, кто в теме, то есть для переговоров сотрудников и информаторов УДС? — заулыбалась Изабелла.

— Да. — Мадлен поёжилась. — Я и так в дерьме, в играх силовиков, а тут вы ещё со своим кланом…

— Я — дочь королевы! — снова величественно произнесла Бэль. — Ничего тебе не будет, успокойся. Если что — возьму этот клуб в качестве приданного — мачеха не откажет.

Чуть-чуть расслабилась. Не до конца, но Мадлен поняла, что не всё так страшно.

— Какие взаимоотношения с «Братством»? — перескочил я на следующую актуальную тему.

— Такие же, как у вас. В смысле, с вами. Ну, как и вы… В общем, «Братство» — липовая «крыша», для вида, чтобы нас не трогали местные эскадроны. Например, капитан данного района совсем приборзел. Давно клинья подбивал, а после того, как «Братство» королевский контракт взяло, а дворец окружили, совсем чувство меры потерял. Правда после того, как вы всех разогнали, притих, больше не наглел, но уже то, что он хотел сделать, заставляет нервничать.

— Так, про это завтра давай с утра — есть идеи, — нахмурился я. Мир не меняется, и в нём всегда есть идиоты. — Пока в общем, про тебя и «Братство».

— А что «Братство»? «Погоны» открыто вмешаться и защитить меня не могут. Вот Феникс и выступает громоотводом. Наёмники безбашенные, бандюки боятся с ними связываться просто потому, что раскатают их, не интересуясь, кто там за ними и придёт ли мстить.

— Была пара акций, с прикрытием со стороны Сирены, когда парни Феникса кого-то раскатали, и им ничего не было? — понял я.

— Да. — Мадлен покраснела, опустила голову.

— Не тужуйся, всё в порядке, — снова поддержал я. — Это правильная стратегия, неглупые люди придумали. Что платите «Братству»?

— Ну… — Заминка.

— Мадлен! — попенял я. — Знаешь первое правило любой контрактницы? Ну-ка назови?

Содержательница хлопнула глазами.

— Бэль, поможешь? — усмехнулся я.

— А то! Если ты под клиентом — не суетись! — хлопнула ресницами принцесска.

— Точно! — назидательно поднял палец вверх. — И откуда ты у меня столько всего про бордели знаешь?

Высочество показно фыркнула.

— Ты под клиентом, Мадлен. Суетиться поздно. Так что давай работать. Я ж не кусаюсь.

— Да знают они, что они фиктивная «крыша»! — сдала наёмников содержательница. — Не все, видимо. Но Этьен в курсе. Потому денег мы им не отстёгиваем, финотчётность они тоже не проверяют — у нас по сути чёрной бухгалтерии почти нет. Не требуется. Но у нас эксклюзивный договор на их обслуживание. Сюда ходят на восстановление бойцы, что только прилетают на планету в отпуск или после контракта. Они ж там совсем отбитые, дикие! От таких все нормальные контрактницы шарахаются. А у нас, так уж вышло, уже опыт работы с подобными есть. Опять же, свои мальчики на стрёме не просто так, работу с проблемными клиентами знают.

— И больше ничего?

— А этого мало? — возмутилась она.

— Хорошо. Давай этот момент так и оставим. Вы официально под патронажем «Братства» так и остаётесь, выполняете договор, с Фениксом я улажу, мы также не трогаем вашу отчётность и не лезем в вопросы поставок и организации бизнеса, и не претендуем, в отличие от «Братства», на разовую бесплатную эксплуатацию твоих сотрудниц. Если мои мальчики захотят — заплатят, а девочки тем более. — Всё же я бросил косой взгляд на Изабеллу — что там в её прекрасную бошку сегодня втемяшилось?

Облегчённый кивок в ответ. А то уже, видно, Мадлен снова напридумывала всякого.

— В обмен мы «крышуем» фактически, если есть проблемы — говори, решим, как раз с утра и зайду. Я сейчас в вынужденном отпуске, самое время для маленькой силовой акции в качестве инвестиции в будущее.

— Итог. Твоё заведение становится первым нашим клановым объектом, правда, оно так и останется неофициальным, оформленным на подставных лиц. Отчёты Сирене — только после того, как их гляну я. Скорее всего, править не буду, но знать должен. Какие вопросы?

— Нет вопросов. Какие будут указания, о, мой господин и повелитель? — склонилась она в поклоне, который можно отнести к специализации их клуба. Я не повёлся.

— Пока только по охране. Согласуй это с ангелами. И по любым важным вопросам вроде наездов и проблемных клиентов теперь напрямую обращайся к Максу, теперь это его зона ответственности.

— Хуан, вы лучшая «крыша» из всех, какие у меня были! — расплылась она в улыбке и послала воздушный поцелуй.

Снова её кабинет, час спустя. Мы с Изабеллой прогулялись в столовую, нашли там буррито и кофе. Заморили ночного червячка, вернулись. Четвёртый час утра, ну да ладно — лица у всех усталые, но довольные. Сейчас присутствовали не все, только командиры взводов, Светлячок, Макс и взломщики. Ну и для Мадлен её парни принесли второе кресло — её я тоже решил оставить. На той позиции, куда поставил сеньору в клановой иерархии, ей лучше обладать всей информацией, чем дозированной. Интуиция так подсказывает.

— Сеньоры, сеньориты, — снова начал я. — Теперь, в более узком составе, должен сказать вам кое-что ещё, не настолько радужное.

— Хуан, мы всё поняли, — отмахнулась Васильева. — Только ждали, когда закончишь с соплями.

— И что вы поняли? — признаюсь, она меня удивила.

— Про клан — это ж «для бедных». Мы здесь чтобы обсудить то, ради чего ты и собрал такой состав.

— А именно?

— Что ты совершенно точно не оставишь страну её старшему высочеству, несмотря на то, что она тебя бортанула. И вот это мы готовы обсуждать серьёзно.

Удивила. И правда удивила. Что ж, значит я такой глупый, что не просчитал, что меня просчитают, как ребёнка.

— А если я вас собрал для другого? Именно, что клан хочу, пока маза и отставка?

— Хуан, не ломай комедию! — осадила Снежка. — Мы в курсе всего, что у вас было, ибо кто, если не мы? Когда выступать? Куда? В каком составе? Кого мочить?

— Определимся. — Я аж чуть не закашлялся. — Не стоит спешить, надо дать ситуации настояться. Она и сама ещё не определилась, по какому сценарию хочет меня ставить на место. Но сейчас хочу дать расклад, чтобы вы знали, на основании чего мы будем действовать, какие у нас тылы, чтобы понимать, до каких границ можем вмешиваться.

— Протокол «Абсолютный хищник»? — снова опередила всех Васильева, ударив в точку.

— Да. — Я снова всех внимательно осмотрел. Меня знают лучше, чем я себя. Конечно, это говорит плохо о моём интеллекте, но хорошо о моих способностях подобрать толковую команду, которая и без меня всё понимает, видит правильно и готова прыгнуть в омут. Даже номинально прокоролевская Васильева.

— Понимаете, девочки и мальчики, я заключал договор с КОРОЛЕВОЙ, — начал я главную сегодняшнюю исповедь. — Фриланс на спасение Венеры. А значит и сдать его могу только её величеству. С нами её средняя дочь — чтоб народ не подумал чего, будто я пытаюсь захватить власть, чтобы старшее высочество не прихлопнула нас, как новых мятежников. Но отсюда и обратный нюанс — даже если она очень сильно накосячит, мы не можем её отодвинуть, и, например, арестовать. На это правомочность нашего фриланса уже не распространяется.

— То есть задвинуть не можем, но попробуем отодвинуть? — поняла Кассандра.

— Да. И в какой степени будем двигать — решим по ходу, когда поймём, какую именно дичь она станет творить. Мы с вами, сеньоры, сейчас — вольные копейщики. Говорю «мы» потому, что все вы понимаете, без вас я — никто, вы — моя опора, моя команда. — При этих словах щёчки у многих заалели, а кое-кто из девчонок опустил голову. — И у нас, вольный копейщиков, власти сейчас больше, чем у главы государства, ибо у меня ЛИЧНЫЕ договорённости с некоторыми кланами, Верховным судом и рядом армейских соединений, не говоря об ополчении. И мы будем и дальше делать, что делали — спасать планету, вытаскивая Венеру из ямы. Потому и ты здесь, — а это я Васильевой. — Передай им — мы не новые мятежники. Не путчисты. Я не собираюсь сажать Изабеллу на трон, смещая Фрейю, или выделывать ещё более глупые вещи. Я просто верен королеве, и хочу вернуть к её возвращению страну в том виде, в котором оставил на момент приступа. Ну, по крайней мере, сделаю что могу, чтобы приблизиться к идеалу.

— Хуан, а королева вернётся? — задала Мадлен главный вопрос, на котором базируется вся моя стратегия реагирования.

Я не знал на него ответа. Сирена вернулась, но у неё был совсем другой недуг. Но молчать нельзя — будет хуже.

— Я очень надеюсь, что да, — честно ответил я. — Исхожу из этого. — По щеке Изабеллы при этих словах потекла слеза, и она непроизвольно всхлипнула. — Я сейчас на планете, как вижу, единственный её патриот — все остальные как с ума сошли и тянут всё на себя. Даже Фрейя поступает так, как будто мать завтра не вернётся.