Сергей Кусков – Фрилансер. Сверх (страница 65)

— Поскольку факт того, что Венера ведёт войну, неоспорим, гробы с нашими погибшими с Земли и из Альфы не дадут это оспорить, как и неоспорим факт того, что на Земле наш враг первый напал на нас, сбив наши летательные аппараты с неконвенциональным оружием, судить обвиняемых будет трибунал. Не военный — ибо совершённое преступление было связано не только лишь с военным ведомством. А смешанный, в составе представителя армии, представителя Сената текущего легитимного созыва — от гражданской власти, и представителя Верховного суда — от судебной власти. Представляю вам членов трибунала…

М-да, члены трибунала вышли на загляденье. Менеджер департамента снабжения минобороны, человек, знающий всё о госзакупках, военных поставках и профильных инструкциях применительно к военному ведомству (там куча своих нюансов). Сенатор от консервативной партии — даже не монархист, монархиста сажать было бы опасно. И член президиума Верховного суда, высшей судебной инстанции королевства, причём человек не Веласкесов, а ДРУГОГО клана. Страховка на страховке — Алиса справилась. Остался вопрос к статусу самого трибунала — он спорный. Последний раз подобный собирался при самой боевой нашей королеве Джинни, нарушительнице спокойствия, меняющей правила игры для аристократии. И, скажем так, при ней его статус был так себе. Но будем надеяться, сейчас «выстрелит» как надо.

Как-то пытался описать работу электронных взломщиков, и поймал себя на том, что это крайне скучно читать. Нет, специалисту интересно вникнуть в вопрос — окунуться, кто что и как делает, какие ресурсы и методы использует. Вот только таких специалистов раз-два и обчёлся! А человеку с гражданки все телодвижения — муть, от которой максимум, это разболится голова.

Примерно то же самое было и на судебном заседании. Тех, кто понимает — за уши не оттащить! Тем более последний раз подобный состав судейства собирался более полувека назад — втройне интересно, «а как оно сейчас выйдет?» Но большинство зрителей, включая меня, нюансы работы законов и законоприменения не знали, и откровенно зевали.

Трибунал был организован честь по чести. Команда обвинителей — из ведомства тётушки Алисы, экономический отдел, они вели следствие. А представлять обвинение, его лицом тётушка назначила своего человека, юриста из Управления военных трибуналов — есть и такое в минобороны. Адвокат же подсудимым не требуется — он на заседании трибуналов любого уровня в принципе не положен.

Вначале обвинитель вышел и зачитал ходатайство. То бишь первый и самый главный вопрос, о том, почему судить обвиняемых просят в таком составе, именно в этой инстанции. Я честно вслушивался в пункты положений и нормативных документов, но быстро заскучал, лишь вычленив главное: есть военный трибунал — и он судит военных. Но подсудимые — не военные, пусть и совершили преступление в отношении армии. На гражданке же совсем иная бюрократия, процесс при самом большом педалировании сверху растянется на месяц-два, и картинно на всю страну за яйки повесить никого не получится. Дело мягко превратится в унылое говно, а с моим уходом аристо вообще смогут обратить его вспять и «амнистировать» сеньора министра. С этим и была основная засада, о которой говорила тётушка, и на что намекала сегодня Маргарита. Так что вся стратегия обвинения зиждилась на том, что один из «заваленных» контрактов — армейский, но там есть хитрый параграф, что когда рассматривается несколько связанных дел, и хотя бы ОДНО из них подсудно трибуналу — то все скопом они также рассматриваются военным трибуналом. Осталось только притянуть хотя бы один слитый контракт под действие закона.

И тут выступил такой пунктик, что военному трибуналу подсудны «все дела о шпионаже», это цитата. А что у нас шпионаж? Правильно, работа на вражескую разведку. ЛЮБАЯ работа на врага, включая не только сбор и передачу информации, но и подрывная деятельность. И именно вокруг этого утверждения все танцы с бубном. Ибо сеньор Сантьяго и его подчинённые… Не работали на Канаду! Их никто не завербовал, и доказать обратное не получится.

Так что нам никак без фактора бога из машины: «Кто платит — тот и заказывает музыку». То бишь «если власти надо такого-то человека посадить — он должен быть посажен, и пофиг, как это стыкуется с логикой». Обвинение попыталось объяснить, что имеет факты РАБОТЫ на вражеское государство, то бишь результат деятельности, указывающий на такую работу, пусть и без задокументированного факта вербовки. И нормальный суд мог бы с такой постановкой не согласиться, ибо в как бы по логике шпионаж это когда тебя завербовали. Потому и надо было задавить сеньору ставленницу Васкесов из Верховного суда, ибо если она взбрыкнёт — сегодняшняя постановка развалится, превратившись в гражданское разбирательство, то самое унылое… Вы поняли.

…Блин, там война, там люди гибнут! Там ядрён-батоны рвутся! А у нас юридическая казуистика как волейбольный мяч через сетку летает, мы, чтобы наказать предателей, приемлемые формулировки ищем!

Но накрученная перед заседанием сеньора Паркинсон не стала более останавливаться на полпути и забубенила, что да, ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ в пользу врага, во время военного конфликта, подпадает под действие ВОЕННОГО трибунала. То есть, без — это уголовщина, либо если не будет доказан факт вербовки чужой разведкой (позже, задумавшись, пришлось согласиться — и правда, без войны отправка средств по не тому контракту серьёзное, но явно не военное преступление). А раз в городе военное положение, война не только на Земле, то базаров нет — «мы в деле». Про военное положение в Альфе сказано явно на зрителя, ибо даже без него у нас война, просто обывателя лишний раз полезно ткнуть в текущую ситуацию. И поскольку собранный межведомственный трибунал является высшей судебной инстанцией, которая стоит в том числе и над Высшим военным трибуналом, мы, то есть они, правомочны рассматривать данное дело, и обжаловать решение данной инстанции попросту негде. Бинго!

Далее опрос подсудимых — кто, что и как делал, совершая «преступление века против государства»

— … Да не могла я от себя ничего сделать! Он мой руководитель! Как руководитель скажет — так и должна поступить!.. — Это плакала бух-операционист Казначейства, собственно, и осуществившая перевод. На которую в нормальном суде, где адвокаты, всё бы и попытались повесить… Но у нас нет адвокатов. Зато есть я, жаждущий крови совсем не рядового исполнителя.

— Сможете показать его подпись? Или распоряжение было отдано в устной форме?

— Нет, но… Да… Но…

Следаки не зря ели эти пару дней хлеб — и записи нашлись. Внутренние ведомственные линии оказывается на прослушке! Всегда на прослушке, согласно их министерскому регламенту. А сеньор министр считал себя настолько «женой Цезаря» что даже не удосужился зачистить эти записи! Ведь и правда, если будет решение его валить (как сейчас) — отсутствие записей не поможет, а если будут просто пугать — так и пусть пугают, здоровее видали.

Есть в маминых русских сказках присказка: «Старший хоронится за среднего, средний за меньшего, а от меньшего ответа нет». Так было и тут, только в обратном направлении — все хоронились за более старшего. А самому старшему хорониться и не за кем.

— Вы, лично вы, были в курсе, что в городе военное положение? Что в столице идут столкновения с засланными диверсантами врага? — давило обвинение, разматывая клубок вертикали.

— Нет, но мы не…

— ВЫ ЗНАЛИ, ЧТО В АЛЬФЕ ИДУТ БОИ⁈ — Представитель обвинения не зря ел хлеб — дядька опытный и харизматичный, мне нравился. Голос громовой — какой и должен быть у военного, даже военного судьи.

— Да, знала.

— Знали, что в городе введено военное положение?

— Конечно. Мы же не работали больше недели, дома сидели… Прятались…

— В таком случае следующий вопрос. Вы знали, что на нас, на нашу страну, напала Канада? И что на Земле в данный момент ведутся военные действия?

— Я… Слышала. Но нам не доводили до сведения.

— Сведения о начале боевых действий не должны доводиться под роспись до каждого подданного — Это и для суда, и для зрительного зала. — Достаточно озвучивания на центральных государственных медиаканалах. Вы ЗНАЛИ, что страна ведёт войну с Канадой?

— Д-да. Знала.

— Тогда почему осуществили НЕЗАКОННЫЙ перевод согласно старому договору, переведя деньги ВРАГУ?

— … Но ведь нам не сказали, как теперь быть! Договор действовал полвека! И информации о том, что он недействителен, нам не доводили!..

— Сеньора, ещё раз. Вы ЗНАЛИ, что на Земле наша страна ведёт войну?

— Д-да.

— С Канадой?

— Д-да.

— Так почему перевели деньги оной Канаде?

— Мне приказало руководство. Я всего лишь подневольный клерк, я не принимаю решения! Это межгосударственный договор, он слишком велик, чтобы такая, как я, делала что-то на свой страх и риск.

— Я не оспариваю получение вами таких указаний, — давил обвинитель. — Я лишь хочу максимально точно понимать. Вы получили данное указание. Вы знали, что Канада — наш враг. И тем не менее, выполнили его, понимая, что указание преступное?

— Но я же не сама приняла решение! Мне сказало руководство!

— Это ваша подпись?

— Моя.

— Значит, вы осознанно выполнили преступный приказ, оставив СВОЮ подпись о проведённой операции?