Сергей Кусков – Фрилансер. Сверх (страница 13)
— Всем лежать! Лежать, сучье ородье! — заорала ждавшая нас со своими сбоку Сюзанна, а она когда надо валькирия грозная. — Сеньор лейтенант, приказываю обезоружить и арестовать всех людей, являющихся сотрудниками ЧОПов нашего уважаемого полевого командира. — Это по связи с нашим типа-ставленником, который, видимо, находился у хранилища. — При попытке невыполнения приказа или сопротивления — огонь на поражение. Как поняли?
— Вас понял. Действую! — Довольный голос лейтёхи. — Давно бы так, — добавил он от себя. Весёлый парень… Но да, в армии далеко не пойдёт.
Бойцы двести тридцатого полка выпрыгивали из машин и занимали пространство у штаба. Тут было много людей — мобилизованные оснащались оружием, а гвардия сеньора Слона контролировала подходы. Все смотрели с непониманием, но сопротивляться никто не пытался. Даже мобилизованные складывали оружие и поднимали руки вверх, пытаясь понять, что же за хрень происходит.
— Ты что творишь, сучёныш! — Логично не став геройствовать, Слон положил «Жало» и завёл руки за затылок. — Мы же обо всём договорились.
— Власть договаривается с преступниками и террористами только об одном — об условиях сдачи. — Я расплылся в коварной улыбке. — Ты слишком круто взял, жЫвотное! Сидел бы на своём рынке тихо — и пересидел бы бучу. Сам виноват.
— Ты!.. Ты!..
Что «я» — сказать он не смог, ибо в живот ему смотрело сразу несколько стволов, а он не из рисковых. А после я сам не стал с ним поддерживать разговор — имелись дела поважнее. Бойцы Карлоса уже ворвались внутрь и взяли под контроль штаб. Нашим было сказано в уши — не сопротивляться и не стрелять, а местные и люди Слона, видя такое превосходство сил, растерялись и также предпочли не геройствовать.
Спустя час все купола окружающего района были под контролем. Людей Слона, кто отметился, доставили сюда, к штабу.Где я поступил как читер, призвав на помощь интуицию. В боевой обстановке законы не действуют, а у меня полномочия — почему бы и нет? Прошёл вдоль всех пленных, задавая одни и те же вопросы — об участии в нападении на индийцев, о том, понимают ли они, что занимаются грабежом? Тех, кто охранял ангар с пленными, даже не спрашивал. Отдельно выделил упырей, кто запугивал местных, в смысле венериан, и сами горожане, видя, как сменилась власть, мне на них указывали, в этом помогая. Что сказать, отделил овнов от козлищ — с овнами пусть позже силовики разбираются, в чьей это компетенции, себе же забрал безусловных негодяев, кто шкодил, отдавая отчёт, что делает и ради чего.
— Нет, Хуан. Мы воины, а не палачи, — покачал головой сеньор полковник. — Даже если будешь угрожать расстрелом, мы не будем делать этого. Тебе надо — ищи добровольцев.
В общем, Карлос прав. Расстрел, даже мародёров, даже во время войны — не задача армии. Но вот вопрос, а чья? Искать волонтёров среди местных? Ага, щас таких тараканов на свет выпущу! Ни дай бог!
— Хуан, мы справимся, — тяжело вздохнув, сказала Сюзанна, взяв меня за локоток, отведя в сторонку. — Нас готовили в том числе для такого. Чтобы мы МОГЛИ.
— Как скажешь. Спасибо! — вырвалось у меня… И даже стало немного жаль ангелов. Приютских девочек, из которых на самом деле, при всех благообразных целях, лепят монстров. Да-да, я сам — монстр. Но всё равно жаль.
Связь со дворцом. Отсчёт Жан-Поля на том конце. Три… Два… Один…
— Ты в эфире!
— Добрый день, всем! Всей Венере! — улыбнулся в камеру я — в данный момент был не в шлеме и себя не видел. Но вроде хорошо встал, проба показала — что надо ракурс. Просто мордаха невыспатая, небритая и круги под глазами. — С вами в эфире я, Хуан Шимановский, временный пресс-секретарь клана Веласкес, имеющий также временно чрезвычайные полномочия. — Обернулся, показывая, чтобы девчонки, управляющие камерой, снимали выстроенных в ряд упырей Слона и Ко. Две сотни человек, поставленных в ряд — дофига на самом деле. С другой стороны, тут не только его ЧОПы, тут и «сотрудники» местной банды, работающей на этого же человека, только неофициально. Да, после ареста все-все пытались договориться, но ни ангелы, ни прощённые бойцы Дювалье договариваться не собирались, и именно этот факт так поразил и вывел из себя сеньоров, а не то, что их собираются расстрелять. В последнее они просто не верили, считая мои манипуляции цирком или театром.
— Мы находимся в куполе… — продолжал я. — Здесь сейчас происходит процесс мобилизации пополнения для народного ополчения для отражения угрозы захвата города. И эти люди стояли у руля процесса как мобилизации, так и удержания зоны от захвата сторонними силами. Эдакие командиры «зелёной» зоны…
Я говорил. А изнутри колотило от злости, и тряслись руки. Ибо именно из-за таких уродов народ смотрит на власть, пытающуюся сделать, чтоб было лучше, и видит сплошное разочарование. Да, сейчас война, нарыв прорвало так, что приходится решать вопрос кровью, но разве в мирной жизни как-то по-другому? Хорошая королева спускает сверху правильный указ, нужное людям распоряжение, а упырь на месте, мэр там, губернатор, иной чиновник, делает по-своему, обогащая себя, и хорошо, если простому народу не станет хуже. А кто виноват? Да королева же! Это ж она, сучка драная, спустила указ, из-за которого народу поплохело. А вот чиновник хороший. Он же свой парень, местный, его все знают. Он за нас, на страже наших интересов. А как красиво говорит о том, что королева плохая!.. Давайте ещё раз за него проголосуем?
Я — дон Кихот, вышедший воевать с ветряными мельницами. Одну конкретную мельницу сегодня победю… Побеждю… Расхреначу, короче! Но это не решение проблемы. И даже близко к решению не подберусь. Но я не могу сидеть сложа руки, и главное, нахожусь здесь как представитель связи с общественностью, а ТАКАЯ картинка для народа сейчас кровь из носа нужна.
Так что я, отдавая приказ к расстрелу мародёров, не чувствовал себя героем, отнюдь. Злодеем? Да, именно им. У меня железное оправдание — так надо, ибо война. Но в душе понимал, что это — отговорки. Ибо я не решал проблему, и даже не приближал решение ни на шаг. Просто конъюнктурно пользовался тем, что оно вот так, а не иначе, для создания картинки, а пиарщики по моему мнению будут гореть в аду на отдельной усиленно горячей сковородке. Но с другой стороны, а может этой планете не нужен герой? Тут была уйма героев, и что? Может Венера как раз соскучилась по толковому беспредельщику-злодею, способному на то, что героям делать не пристало?
Так или иначе, я, как специальный представитель её величества, что подчеркнул, и высочества, продемонстрировав ужасы ангара со взятыми в рабство людьми (посланные туда для штурма и ареста местных сделали несколько кадров) и складами с захваченным добром, приказал расстрелять уродов. И девочки Сюзанны тут же привели приказ в исполнение. На глазах у офигевшего окружающего нас местного ополчения. На глазах офигевшей Фрейи, наблюдающей из дворцовой студии. На глазах у всей планеты — а я попросил на время эфира усилить мощность шпиля и забить все-все каналы, и нас сейчас видела каждая собака на этой половине планеты, и через обычные медиаканалы — на всей остальной.
— А сейчас я обращаюсь ко всем мародёрам Альфы и Венеры, — закончил действо я, подведя к логическому концу. — Лишать человека имущества и жизни имеет право только одна структура — государство. По приговору суда. И если вы действуете не в рамках самозащиты, и отнимаете у кого-то жизнь и имущество — вы мародёры, воры и бандиты, под какими бы флагами ни выступали. И отдельно обращаюсь к мародёрам, поднявшим флаг Веласкесов — вы будете безжалостно зачищены, ибо не просто роняете авторитет королевы, а делаете это во время войны и нападения противника. Трижды подумайте, надо ли вам это — брать что-либо у ближнего своего? Мы приветствуем тех, кто готов защищать Родину, но только не за счёт сограждан! Пока у меня всё, и если что — ждите в гости. — Кнопка отключения эфира.
Глава 3
Теневой воротила
Совещание. Плановое, но «большое» — с присутствием почти всех персон, значимых в нашем непростом общем деле. То есть не рабочее «по отраслям», а соединённое в один консультативный совет, где, наконец, будут держать ответ все-все службы наспех выстраиваемой вертикали власти. Ещё не Совет безопасности, но уже и не заседание руководства клана, как перед атакой на дворец.
Атака на дворец… Всё, забыли, как страшный сон. Можем спать спокойно. За эту неделю, что прошла с момента моего расстрела мародёров, изменилось многое, но главное, окончательно стал понятен тренд, и что переиграть у мятежников уже не получится. Войска у Сената более не осилят более штурм дворца — вокруг нас полно профессиональных кадровых частей с лояльными командирами — выявлением лояльности, поднимая мамины связи и личные договорённости, Фрейя как раз всё это время и занималась. И тех, в ком уверена, перебросила сюда со всех частей планеты. Не в помощь ополчению, а именно для блокады мятежных войск. Сейчас мы окружили зону в шесть куполов вокруг Сената, и встали, не двигаясь дальше, но никого оттуда и не выпуская. Окружённые войска мятежников сдаваться не хотят, на что-то рассчитывают, но на что — не понятно. У нас же брать их штурмом в лоб нет желания: ни у нас с Фрейей, ни у генштаба, ни у марсиан. Марсиане три дня назад додавили группировку, пятившуюся к космодрому, и освободили собственно космодром. Их противники венерианские подданные ушли прочь по подземным тоннелям в сторону Авроры, но у диаспор так поступить уже не вышло, их «кинули» те самые войска, что, согласно плану атаки на город, должны были от наших лояльных войск прикрывать. Ушли, понимаешь, а «союзничков» бросили, и моё мнение, так им, выродкам, и надо. Мавр сделал дело и должен быть уничтожен, и эта мысль должна дойти до любого дауна на Земле, собирающегося внять посулам разведок и начать здесь шкодить. Ну, а раз у них не получилось уйти, то без прикрытия артиллерии и высокотехнологичных систем управления боем сеньор Мухабаев и братва прошлись по сеньорам пенобетоноукладчиком, закатывая в пол везде, где было малейшее сопротивление. Смешаться с толпой у парнишек ну никак не вышло бы, потому дрались диаспоры отчаянно, пленных там никто не брал, но и в плен никто сдаваться не рвался. Какой плен после того, что они творили в городе?