Сергей Кусков – Фрилансер. Повелитель ареала (страница 14)

— Майор Васкес, третье управление. Мой ID… — Пошло перечисление букв и цифр.

— Хорошо, майор. Данные моего идентификационного номера… — Я не помнил на память, но во внутреннем кармане лежала шпаргалка. И после того, как закончил диктовать, повисла пауза — сеньору требовалось сравнить ID-шник с базой. Но, наконец, я проверку прошёл:

— Кедр, приношу извинения, но у нас чрезвычайная ситуация. Вблизи вверенного объекта замечено перемещение большой группы войск потенциального противника. Нас пока не трогают, но во избежание все информационные каналы с объекта мы перебросили на резервные накопители в городе и сидим в режиме радиомолчания, чтобы не выдавать присутствия. Каналы от суперкомпов астрономов и студентов были прерваны сразу после операции по спасению группы в океанариуме, я оперативно высылал во дворец доклад. Сейчас мы в герметизации, на осадном положении, и я не разрешаю персоналу выходить в сети, дабы не подставлять вверенных людей и оборудование. Объект защищён лишь двумя десятками бойцов спецназа управления с лёгким стрелковым оружием, у нас нет шансов против регулярной пехоты, и тем более техники.

— Понял. Всё правильно сделали, майор, её высочество хвалит. — Кивнул Фрейе, и она на самом деле закивала. — Майор, приказ следующий. Сохранять текущее положение, в эфир не выходить. В случае обнаружения вас противником не геройствовать и сдаться без сопротивления, предварительно уничтожив ключевое оборудование и накопители. Задача понятна?

— Да, Кедр. Есть!

— Соедини с Бледнолицым Воином.

— Есть. Соединяю.

Через секунду раздался голос Майка.

— Что, прижали вас? — Я старался, чтобы ирония в моём голосе не была такой уж явной.

— Ага. Как только вы там закончили, в нашу сторону с космодрома двинулись мехи. Мы сразу залегли и обрубили каналы связи, но по-чесноку, нам их чуть ранее обрубили оттуда, кто-то в городе взял астрономов и ВГУ под контроль. Мы так оборудование настроили, что все базы данных и камеры города шли к ним, а к нам уже от них. Как видишь, паранойя не бывает лишней, нас пока не нашли.

— А как же техника, выдвинутая в вашу сторону?

— Разнесли ближайшую опорную антенну, и пока успокоились. Двинулись дальше, наверное, к вам.

— То есть пока искали не серьёзно, — предположил я. — Некогда, готовятся ко штурму.

— Возможно, — после секундной паузы согласился Майк. — Но, Командор, без связи, в изоляции, мы им не угрожаем. Смысл тратить ресурсы на наши поиски, когда есть дела поважнее? Но если засветимся с поддержкой дворца, вот тут они про нас вспомнят. И заморочатся.

— Понял, Майк. Тогда дублирую тебе то, что сказал майору. Не геройствуйте. В случае чего взрывайте носители, и лапки кверху. Без вас будет тяжко, но мы справимся.

— Понял, Командор.

— Удачи!

— Спасибо!

Рассоединился. Плохо, очень плохо! Рапорт послали… Мне сейчас куча рапортов приходит, я его просто не видел, так как смотрю только важные, а по важным мне кто надо предварительно дозванивается. И никого не поругаешь, что не следили за входящим потоком информации — нет у меня аппарата, кто бы этим занимался. Операторов в штаб только-только посадил, и эти штатские — сотрудники королевской канцелярии, пока не в курсе, что у нас первоочередной важности, а что и подождать может.

— Да уж! — прокомментировала ситуацию Фрейя, встала с офисного кресла начальника этого кабинета и заходила из угла в угол. — Хоть бы с ними ничего не случилось! Я себе этого не прощу.

— Простишь, — покачал я головой. — От тебя там ничего не зависит. Так бывает, это война.

— Бывает, — согласилась она. — Но всё равно очень жалко… Будет. Если что. Люблю я этих оболтусов, не представляешь как!

Представляю, отчего же. Но à la guerre comme à la guerre. И их пока не взяли, хотя уверен, что о точном месторасположении объекта «Берлога-2» кто надо догадывается.

— Знаешь, Берлогу-один, наверное, тоже пока не будем подключать, — решил я. — Их вроде пока не тронули, но только потому, что они пока тоже не провоцируют никого своим поведением. Если оттуда пойдёт высокоинтенсивный сигнал в нашу сторону, сеньоры заморочатся и подведут в район мехи. Там после недавнего нападения турели ещё не восстановили, а против мехов и танков даже они не оружие. Но эвакуацию пока не объявляем — чтобы не привлекать к парням внимание.

— Согласна, — кивнула Мышонок.

— Значит, мы с тобой вдвоём будем имитировать Сирену, без засвета собственно её мордашки. Типа шестерим под её началом, выполняем её приказы, усердно делая вид, что она в коме. Пытаемся их в этом убедить, дескать, сами решения принимаем. Чтобы они поняли — Сирена выжила, и очень зла. Справимся?

— А давай попробуем! — В глазах высочества загорелись огоньки интереса. — Хватит уже работать по приевшимся шаблонам, давай покуролесим.

— Тогда пошли к себе… Ко мне, — показал я пальцем вверх, хотя не представлял, в какой стороне отсюда королевский этаж и королевский кабинет, с конференц-залом, в котором мой штаб. — Мне оттуда удобнее. — Раскрыл створки, запуская внутрь яйцеголовых УДС. — Парни, готовьте прогу, перенастраивайте её под Сирену, но без лишней спешки, с упором на основательность и достоверность. Сколько у вас времени — не знаю, будем тянуть, но в итоге условная Сирена пусть на чуть-чуть, но понадобится.

Пока добрались с Фрейей до штаба, как уже без кавычек окрестил конференц-зал, сценарий блефа в голове сложился. И даже больше, сам собой появился план дальнейшего развития оного. У меня всегда так с планами — стоит только начать… За это Паула и любит. Я много фантазирую, но не глубоко, а она наоборот, впрягается в мелочи, не видя, как можно выкрутить в стратегическом замысле в дальнейшем. Ладно, не буду себя нахваливать, коротко о сути задумки. Основатель профессиональной пропаганды, как науки манипулирования массовым сознанием, Пауль Йозеф Геббельс, говорил, что в маленькую ложь люди верят неохотно. Гораздо охотнее они поверят в большую ложь! С этого начался первый мой урок данной дисциплины в корпусе, а я прилежный ученик. И именно эту мысль я, заперевшись посекретничать в кабинете главы государства, до Фрейи донёс.

— А знаешь, это может сработать, — согласилась она. — Особенно после того, как ты встретился с Хименесом. У тебя с ним личный контакт, вы разговаривали на виду у всей планеты. За вами тогда далеко не только мы наблюдали, и я даже не представляю, что прогонял в голове дедуля, собираясь с тобой встретиться.

— И о чём думали, зная меня, вы. — Я хмыкнул, но раскаянием во мне не пахло.

— Есть такое, — согласилась она. — Но мы хотя бы чуть-чуть тебя знаем, и знаем расклады внутри клана. А они не в курсе, и осведомлены только о факте вашей встречи

— Но вернёмся за поверхность, — продолжала она. — Ты, как бы сам себя ни возвышал, в их понимании всё же не можешь представлять высший уровень принятия решений… Да в общем они и тогда перепугались потому, что не понимали, от чьего имени собрался с доном Карлосом разговаривать. Ты для всех был и есть талантливый, очень талантливый, но болванчик. Весь вопрос в том, кто отдаёт тебе распоряжения. И можешь заобижаться, относись к этому как хочешь, это так.

— Так не претендую на обратное, — расплылся я в улыбке. — Меня всё устраивает.

— Тогда начерно я не против. Но вот чего не поняла, так это насчёт Мадагаскара. Поясни.

Я пожал плечами.

— Первое, что пришло в голову. Острова Пасхи, Вознесения и Мадагаскар. Может есть ещё территории в Микронезии, Таити там… Но я не настолько силён в географии.

— Таити под Конфедерацией. И после твоих слов сделаю всё, чтобы отжать в нашу пользу. — Фрейя злорадно усмехнулась.

— Смысл в том, — продолжал я, — что мы, если удержимся и выстоим, будем копать дело о детском саде далее, и можем в дальнейшем получить доказательства причастности Союза к захвату. На тот момент всё образуется, мы снова будем контролировать Венеру… И нам нельзя будет спускать такое, иначе народ не поймёт. Надо будет щёлкать Союз по носу, и война в Европе тут стоит за скобками, хотя все понимают, что это Союз натравил этих бедолаг на нас. Но европейская карта уже разыгрывается сама по себе, так что щёлкать по носу придётся, или изначально нафиг отказаться от глубокого расследования и спустить на тормозах. Напрямую воевать со сверхдержавой Венере не по силам, бомбить их города в назидание — значит нажить смертельных врагов на очень далёкое будущее, фактически на несколько столетий, на Востоке память у всех хорошая… Значит остаётся вариант только откусить кусочки важных, но далёких от центра владений Союза, и убедить его, что он «сам дурак». Возможно после придётся даже вернуть эти территории, но нам главное щелчок по носу, а не территориальные захваты.

— Хорошо, пока торгуйся, разрешаю, — величественно кивнула она после долгих раздумий. — Но, Хуан, этот вопрос будет обсуждать совбез только после того, как мы подавим восстание, не раньше.

— Так я об этом и говорю! — воздел я руки к потолку. — Но закладку на будущее надо сделать сейчас. Так сказать, обозначит предмет торга… — Я коварно улыбнулся.

— Сеньор Адальберто? — На экране передо мной в пол-стены вихрилось изображение представительного седовласого подтянутого сеньора, живчика просто, которому и не дашь седьмой десяток.