Сергей Кусков – Фрилансер. Битва за ареал (страница 23)

— Понял, «Сигма». Продолжайте наблюдение.

Про «Голубого дракона» отчёт был ещё несколько дней назад. Но насчёт него я не рефлексировал… Да просто потому, что пока сам не понимал, кто летит на пассажирском лайнере, что за птица, и какова роль птицы в захвате школы! Пусть пока кораблики летят к точке рандеву, у нас есть пара недель разрулить это. Венера догоняет Землю, и если ещё два месяца назад стрелять по целям близ Земли из-за солнечной короны было невозможно, сейчас ситуация каждый день меняется к лучшему. Надо будет — грохнем «Дракона» и сопровождение лазерами сферы ПКО. Но стоит ли пытаться?

Ещё эта эскадра с марсианским десантом свалилась. Слабое место. Получается, пока она не долетит, мы беспомощны, и ничего не сможем сделать террористам. Ибо прежде чем штурмовать террористов, нужно вначале зачистить Венеру от их кураторов из Союза в тылу захваченной школы. И перетерпеть нужное количество в тиши не выйдет — завтра кураторы натравят на нас диаспоры, и когда мы жёстко ответим, мощные транспланетные лазеры «вдруг» могут появиться и у европейцев, как ответный жест на нашу агрессию против «мирных гастербайтеров». Чем те моментадьно же воспользуются, и устроят национальный праздник. Пока мы не покажем силу этим шакалам — нас будут считать слабаками, и реагировать соответственно, а любая попытка показать силу — удар по нашей эскадре транспортников, потому, что слабаки.

Мрак!

Ладно, оставим космос на потом. Подумаю ещё, как выкрутиться. Главное не спешить, это я понял.

— Хуан, мне не нравится, что ты сам провоцируешь нападение на дворец, — произнесла Фрейя, когда Алиса и Сирена также нас покинули. — Вдруг у некоторых из мятежников взыграют верноподданнические чувства, и они не отдадут приказ напасть?

— Романтик. Какой же ты романтик, Мышонок! — Я подошёл к ней и обнял. Сеньориту трясло. Нежно чмокнул её в носик. Потом в губки. В лобик и щёчки. — Мышонок, надо РЕШАТЬ проблему. Сегодня забоятся, затаятся, но взгляды не изменят. А значит, ударят завтра, когда их мировоззрение лишь окрепнет. Когда пойти на преступление против короны и присяги будет для них гораздо легче, и добавятся сторонники. Не надо перекладывать на завтра решение важных проблем — аукнется.

— Да, конечно… — Она обняла меня. Заглянула за плечо, где визоры на стене показывали некоторые моменты хода операции по вправлению мозгов Сенату. — Почему лично не следишь за всем этим? — Кивок в ту сторону. — Раньше ты всё-всё контролировал, каждый чих своих людей.

— Плох тот дирижёр, музыканты которого не умеют играть по партитуре. У них есть план. У них есть руководители. У руководителей уже есть определённый опыт. Должны справиться. Я подключусь, если возникнет внештатка. А она может возникнуть в любой момент, как только спецалы выдвинутся из казарм.

— Давай всё же следить за происходящим? Прошу тебя!

Чмокнул её в висок, отпустил и последовал совету. Тем более, специалы таки из казарм выдвинулись.

Сенатор Домингес де Арагуайя сегодня решил поработать с документами и просителями. То бишь избирателями. После обеда был назначен очередной балаган по передаче власти наследной принцессе, но он и сам не горел желанием тратить на клоунаду время, да и хорошие люди намекнули, что лучше держаться в тренде и не делать глупости вроде появления в зале заседаний. Дескать, дни Веласкесов сочтены. Сочтены они или нет (в последнем он сомневался), но даже в случае их победы он всегда сможет прикрыться тем, что боялся, и поэтому не поехал на это заседание. Как и прошлое, так и все, которые будут после. Всё же он — гражданский, у него даже оружия нет! У телохраниетеля — есть табельный огнестрел, да и толку с того телохранителя, если тебя решат грохнуть кланы из первой десятки? А потому к десяти он был уже на рабочем месте и провёл несколько встреч с бабушками-пенсионерками, просящими чего-то там эдакого, очередной защиты от сильных мира сего в родной провинции, а также с двумя бизнесменами, с которыми говорили о неких взаимных инвестициях. Он инвестирует в их бизнес на родине, организуя сенатскую проверку конкурентов, а они инвестируют в его будущую избирательную кампанию. Коррупция? Какая коррупция? Себе лично он не берёт ни центаво, как можно так плохо думать о хорошем человеке!

Вызов от администратора стал неожиданностью. Последний раз ему звонили по «горячей» местной линии, когда предупреждали, что вот-вот будут учения по ГО, будут отрабатывать пожар в здании. Это было два года назад. Учения он не любил, они отвлекали от работы, и арендодатель офиса таким вот образом сглаживал неприятное впечатление. Ибо они, владельцы коммерческой недвижимости, люди подневольные, к ним приехали — они учения и проводят. А ему нужно время для закрытия важных программ и завершения переговоров, которые могут пострадать при внезапном отключении связи.

— Слушаю, — ответил он, переключив селектор.

— К вам поднимаются. Бойцы. С оружием. Говорят, департамент безопасности. Документы в порядке.

— Что за чушь? — сразу не въехал он, но когда осознал сказанное, спина его покрылась холодным потом. — Кто-кто поднимается?

— Бойцы. Документы безопасности. С винтовками Гаусса, в шлемах, скафах.

— Спасибо, что предупредили! Буду благодарен… — бросил он, отключая селектор, не договорив. После чего побежал к окну.

Двадцать шестой этаж, окно в принципе не открывается. А если бы и открылось — куда прыгать? Значит, только через здание. Бегом выскочил в приёмную, где красила ногти проверенная сотрудница, которую он держал для работы, прекратив спать с нею несколько лет как.

— Сеньор де Арагуа… — привстала она, но он не слушал и помчался дальше:

— Потом! Всё потом!

Выскочил. Вперёд, по коридору. Лестничная клетка. Открывающийся лифт, из которого показались массивные, просто огроменные для такого коридора боевые лёгкие скафы цвета серого хаки. Вправо, к следующему пролёту лестницы. Топот ног следом — кто-то ведёт их, этим парням сообщили, где он. Плохо. А вот и лестница. Сзади уже ветерок в спину от несущихся фигур. Юркнул на лестничную площадку. Вниз? Внизу точно ждут. Вверх?

Не думая, он помчался вверх. Когда пробежал один пролёт, сзади снизу послышался треск выбиваемой, срываемой ударом с петель, двери. Тяжёлые шаги потопали по лестнице следом.

Он бежал быстро. Он мог бежать быстро! Но всё же куда сравниться с тренированными бойцами «Братства» в костюмах с сервоприводами. Но поймали его не те, кто бежал сзади, а другие, вставшие прямо перед спасительной дверью на следующий этаж. А снизу почти догнали преследователи в таких же доспехах, как у этих.

— Сеньор Домингес де Арагуайя, приказом её высочества Фрейи Веласкес вы задержаны для препровождения на рабочее место, — произнёс один из встречающих, с откинутым лицевым щитком. — Это не арест и не покушение на вашу жизнь, просто вы, как народный избранник, обязаны присутствовать на заседании государственной важности.

Двое его орлов тут же подхватили сеньора сенатора под руки, оторвав от земли, и понесли к лифту — на глазах у всего офиса, всего здания.

«Ну хоть не убивают, приличия соблюдают» — прокралась в сознание спасительная мысль, не давшая сойти с ума от страха.

Очередное, второе за сутки заседание, было «срочно-срочно» объявлено вчера. Инициировано молодой девчонкой, быстро теряющей власть. Он не сомневался, что в случае смерти матери, ей не дадут усесться на трон. Нет, конечно дадут, как можно! Вот только должность королевы станет чисто декоративной, при условном «коронном совете», который и будет вершить все дела. Но пока королева Лея жива, ни ему, ни большинству его коллег по партии, да что там греха таить, в принципе большинству его коллег были не интересны её телодвижения. Зачем портить то, что работает? Королева — болеет, борется за жизнь, лежит в больнице. Но правительство работает. Сенат тоже занимается чем-то, ради чего его члены и были избраны «народом», то бишь соответствующими региональными и не очень спонсорами. Кланы занимаются бизнесом. Местные власти — коммунальными проблемами. Силовики ловят преступников и борются с террористами — и как показали последние события, неплохо борются, что-то у них всё же получается. Зачем тянуть на себя одеяло и выпендриваться, забирая себе номинальную власть? Он не понимал. А потому поступил сегодня мудро, отправившись в гости к Фелиции.

Фелиции не было и тридцати, и главное её достоинство, ну, кроме сисек, конечно, было то, что её к нему не подвели. Многих подводили, подкладывали. Через него прошла армия девочек, работавших на кого-то. Но Фелицию он сам нашёл на одной из помоек во Флоре, сам привёз в столицу, отмыл и сделал человеком. Жена, этот его железобетонный тыл, честно блюдёт все договорённости и не лезет к нему в дела и в душу, а он не смотрит, сколько денег она потратила, и на что именно. Даже те клубы с молоденькими мальчиками пусть посещает — лишь бы до конца играла роль прилежной супруги. А вот кто сводил его с ума…

Любовница встретила во всеоружии, впрочем, как обычно. Девочки, выжившие на помойке, выбившиеся с оной в люди, понимают, что по чём в этой жизни, и, зацепив удачу за хвост, Фелиция по полной отрабатывала имя, делала всё, чтобы её удержать. За это он тоже любил эту дрянь. Хватит, наелся великосветских потаскух, что начинают качать права после полугода отношений!