Сергей Курган – Артисты и клоуны. Роман (страница 14)
Тут надо объяснить, что Эрик – это младший брат Отца и Мони. Намного более младший. И хотя он уже взрослый, он еще не женат и живет с родителями. И потому Хася Ароновна продолжает его воспитывать. И, как мы скоро убедимся, разворачивающаяся сейчас сцена – это тоже воспитательное мероприятие.
Моня первым вновь обретает дар речи – впрочем, не вполне, а так, наполовину.
– Мама, ты… что? – лепечет он в ступоре. – Как же?…
Он совершенно растерян и не знает, как реагировать.
В этот момент в комнату вбегает Эрик, который слышал это представление из своей комнаты. Он в ужасе: естественно, он никого не бил. А уж маму – этого он не может даже вообразить! В глазах его стоят слезы. Выбежав на середину комнаты, он начинает бешено колотить себя ладонями по лбу.
– Мамочка! Кто тебя бил?! – истерично, сквозь рыдания выкрикивает он. – Что ты такое говоришь?! Мамочка! Как ты такое можешь говорить?!
Он падает на колени и начинает биться в истерике, продолжая лупить себя по лбу. Мать и Эдя смотрят на это иронично – они не «купились» на местечковую мелодраму в исполнении Хаси Ароновны, им только жалко несчастного Эрика. Давид смотрит на сестру с сомнением: он понимает, разумеется, что это всё – «театр», но не может взять в толк, зачем она его устроила. Сыновья же, попавшие «на удочку», попросту растеряны.
– Мама! Как это могло произойти? – спрашивает Отец дрожащим голосом, стараясь держать себя в руках, но переносить неясность всегда тяжело, и в итоге он все-таки взрывается: – Что тут было?! – кричит он.
Эрик, между тем, уже истерически рыдает, прижав обе ладони ко лбу, время от времени надрывно выкрикивая: —
– Мамочка! Когда я тебя бил?! Когда я посмел поднять на тебя руку?! Когда я тебя даже пальцем задел? Я бы убил себя!
И вот он, кульминационный момент!
– Ой, – говорит Хася Ароновна, делая отмашку рукой, – Он меня так оскорблял, что это все равно, что бил.
Вот оно! Оскорблял = бил. Вы шокированы? По-вашему, это разные, и даже очень разные вещи? Ну, так это вы так думаете. Но у бабушки Хаси свои понятия об этом.
Женщины переглядываются, на лицах их ясно читается: «ну, совсем уже…». «Совсем уже», говорите? Нет, не совсем: это есть воспитательный процесс. Вот смотрите и слушайте дальше.
– Что значит «оскорблял, мама? – спрашивает Отец, и тон его не предвещает ничего хорошего. – Что он тебе сказал?
Все выжидающе смотрят на Хасю Ароновну. Она выдерживает короткую паузу. Ах, как умело она эти паузы расставляет! Талант!
Наконец, она отверзает уста:
– Он сказал, что я ничего не понимаю, – отвечает она, – что я не хочу его слушать. Он сказал, что я его совсем не люблю. Мне, матери!
– И это все? – иронично спрашивает Эдя, которая с самого начала этого шоу относилась к нему со здоровым скепсисом. Она врач по профессии, а это ремесло, никак не способствующее легковерности и впаданию в иллюзии.
Вам тоже кажется, что то, что сказал Эрик – это ерунда, не стоящая такого «кино»? Просто парень сказал это «под горячую руку», под влиянием обиды или досады. Он, конечно, не думает, что мать не любит его. Это – так, вырвалось в минуту дурного настроения – вот и всё.
Всё? Это вы так думаете. А Хася Ароновна думает, что это совершенно недопустимо – посметь усомниться хоть на миллиграмм в том, что «мама его любит»! Она не была бы еврейской мамой, если бы смотрела на это иначе. И она устраивает воспитательный акт: такой, чтобы сын никогда его не забыл. Она хочет дать ему понять, что сомневаться в маминой любви нельзя – даже на одну минуту. Нет, на секунду!
Вот такие методы… Что, вам не нравятся? Вы полагаете, что это – чересчур? Автор с вами солидарен – надеюсь, вам от этого легче.
А спектакль идет дальше своим ходом. Его может остановить разве только конец света, никак не меньше.
– Он сказал такое матери! – упрямо повторяет Хася Ароновна. – Это хуже смерти. Я не могу такое слушать. Я умру.
И с этими словами она валится на кровать, глаза ее закатываются.
– Мамочка! – истерически кричит теперь уже Моня. – Что с тобой?!
– У нее обморок! – решает Давид – Скорей воды!
Моня выбегает из комнаты.
– Никакого обморока у нее нет, – спокойно заявляет Эдя. – Можете не волноваться. Я это как врач говорю.
Ох цóрес6! Эта ведьма сорвет всё дело!
Хася Ароновна рывком приподнимается на кровати.
– У кого нет обморока?! – кричит она. – У меня нет обморока?!
И она опять валится на кровать.
И в этот момент входит муж Хаси Ароновны — Лев Ильич.
– Что тут за гвалт? – спрашивает он недовольно. – Что это такое? Что с матерью? И почему Эрик на полу? Что вы все застыли, как соляные столбы?
– У нее обморок, – отвечает Отец.
– Нет у нее никакого обморока, – вновь спокойно парирует Эдя. – Она играет.
– И «наигрывает», – добавляет Мать, глядя на свекровь.
– Ша! – громко произносит Лев Ильич. – Хватит говорить все сразу! Если у нее обморок, надо звать врача.
– Врач уже здесь, – резонно замечает Эдя. – Я врач. И у нее нет обморока.
– Что-то я не понял, – раздраженно говорит Лев Ильич. – Так у нее так-таки есть обморок или нет?
И в эту минуту в комнату вбегает Моня… с ведром в руках – и подбегает к кровати.
– Мамочка! – кричит он со слезами на глазах. – Я здесь! Я принес воды!
После чего он выливает холодную воду из ведра прямо на постель.
Хася Ароновна резко вскакивает с постели, забыв про то, что у нее «обморок», вся мокрая. Вода стекает с нее ручьями.
Слишком убедительно изобразила. Переиграла…
– Ну всё, – тихо комментирует Мать. – «Гибель богов»…
Глава 8: «В ПОИСКАХ «НУЖНОЙ ВЕЩИ»
Что вы думаете о гаечках? А о скрепочках и планочках? Как? Ничего? А о пустых пузыречках?! Что, тоже ничего?!
А-а-а, вы думаете, что это всё – хлам и никому не нужная дребедень? Короче говоря, мусор, так? Да вы, батенька (или матушка) – конченый человек: вам не дано осознать высокое предназначение этих важных вещей. Вам с Отцом нашей славной семейки друг друга не понять! Полагаете, без этого барахла жить не только можно, но даже и нужно? Да вы просто ни черта не понимаете! Вы просто об этом не задумываетесь. А приспичит – где возьмете? То-то же… А у Отца – всё есть – и гаечки, и скрепочки, и много еще «нужных» вещей. И, главное, всё под рукой. Точнее, должно было бы быть под рукой, если бы… Если бы это всё кто-то не перерывал, не перекладывал всё время с места на место. Прямо напасть!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.