Сергей Кулагин – Сборник рассказов «Ужасы Абсурда» (страница 10)
– Твоя история, конечно, очень занятная, бабулечка, я верю тебе, но идти на мост, чтобы встретить зайца, мне кажется бредом. Прости, пожалуйста, я не хотела обидеть тебя, – тихо проговорила Варя, видя, как побледнела бабушка.
– У него остался один шанс, – тихо проговорила она. – У Микитки. Да и у вас с Леночкой единственный способ остаться подругами и сёстрами – отвадить от неё силу нечистую. Потом уже ничего не исправить.
Глянула Варя на часы, а времени почти час ночи. Не стала звонить маме, как обычно, показалось ей уже слишком поздно. Со странным чувством легла спать и всё думала об интересной и страшной истории, которую рассказала ей бабушка.
На следующий день после обеда побежала к Зерновым. Посмотрела на дом Маргариты, соседки: не похож он на ведьмовское логово. Облицован красным кирпичом, и крыша такая красивая, цветы у ограды растут. Разве может у злой ведьмы быть такой дом?
Погуляли с Леной, Варе так и хотелось ей рассказать историю бабушки, но что-то останавливало её.
– А ты знаешь легенду о зайце? – вдруг спросила Лена.
Варя замотала головой, делая вид, что слышит о ней впервые. Подруга вкратце рассказала знакомую историю о семействе Верещагиных и о том, что раз в году заяц приносит палец ведьме, которая не хочет больше творить зла.
– Так ты тоже ведьма? – прямо спросила Варя. – У тебя же нет пальца.
– Ага, – рассмеялась подруга, – это же заяц откусил.
Девушки рассмеялись, Варе стало легко на душе. Тёплый июльский ветер нёс с реки запах свежести и прохлады. Свет фонарей освещал дорожку.
Внезапно девушки заметили движение на мостике. Варя, чуть не вскрикнув, сжала руку подруги. Прошептала:
– Смотри, там кто-то есть.
Лена сначала подумала, что Варвара шутит, а потом и сама заметила тень, а в свете луны очертания зверька. Это был заяц, который остановился на середине моста, словно ожидая, когда его позовут.
– Глянь, какой хорошенький, – проговорила тихо Лена, подошла к краю мостика и, присев, поманила зайца. Он медленно перебирал лапками.
В зубах Лена заметила у него что-то светлое – это был палец. Стало ей страшно, глянула она на место, где не хватало безымянного пальца, в глазах у неё потемнело и сделалось вдруг дурно, замутило. Варя подошла к подруге, та обернулась и посмотрела таким взглядом, что девушка закрыла рот руками. Это был взгляд ведьмы. Неужели, подумала Варвара, всё, что рассказывала бабуля, правда.
– Ответ за тобой, – услышала Лена голос. Звук исходил от зайца, хотя тот не шевелил губами. – Решай сама, на чьей ты стороне? Тьма или свет поведут тебя.
Внутри Леночки точно боролись две сущности – одна хотела схватить и задушить посланца с пальчиком в зубах, вторая же чуть не плача умоляла отречься от мрака и стать по-настоящему счастливой.
– Лена, я не хочу, чтобы ты стала ведьмой! – вдруг заплакала Варя.
Что-то в душе Лены дрогнуло, она вспомнила маму Зою, хотя голос нашёптывал ей неоднократно, что эта женщина не её мать. Потом подумала о папе, о друзьях, и перед глазами возник образ кирпичного дома старухи Маргариты, которая жила одна. Одиночество пело ей песни, целовало в закрытые веки и шило саван для будущей смерти.
– Я хочу быть человеком, – со слезами в голосе выкрикнула Леночка.
– Так будь им! – прозвучал голос откуда-то сверху.
Варя видела, как рассказ бабушки из прошлого обретал реальные очертания. Зайчик подскочил к Лене, её рука словно вспыхнула, и на месте отсутствующего пальца появился новый.
Мост засиял голубым светом. Зайчик начал расти, пока не превратился в десятилетнего мальчика. На нём были холщовые штаны, простая льняная рубаха. Прямые волосы шапкой закрывали лоб, из-под чёлки на девушек смотрели добрые серые глаза Микитки. Он улыбался и отступал, пока не растаял в сияющем свете.
Сделалось темно, звёзды рассыпались по небу. Девушки вышли на середину моста и, обнявшись, плакали. Леночка знала, что родители ей не родные, а тут ещё Варя призналась, что они двоюродные сёстры.
– Всё будет хорошо. Идём ко мне, у бабушки всегда есть пирожки, самые вкусные. Она столько всего знает о наших предках, обо всём мне рассказала. Я слушала и думала, что всё это просто легенда, а мы, оказывается, самые настоящие участники этой истории.
– Да, – вздохнула, соглашаясь, Леночка и снова обняла подругу. – Сейчас позвоню маме и скажу, что пойду к тебе.
– С ночёвкой?
– А можно?
– Конечно, бабуля будет только счастлива.
– Особенно если в её волшебную копилку попадёт история о том, как зайчик снова стал Микиткой?
– Да, – улыбаясь, кивнула Варя.
Николай Кадыков
«ПРАЗДНИКУ – БЫТЬ!»
На центральной площади маленького немецкого городка стояла огромная ель. Когда её посадили – неизвестно, хроники были утеряны во время одной из войн, прокатившихся по городку в прошлом веке. Но старейшие горожане вспоминали, как в детстве они водили хороводы вокруг этой ели, и уже тогда она была высокой. Вполне возможно, что это было самое старое дерево в этой части Европы.
И вот теперь ель печально смотрела по сторонам и вспоминала прошлое. Много веков люди украшали её на Рождество и Новый год разноцветными гирляндами, с любовью развешивали игрушки на ветках, сыпали на широкие колючие лапы конфетти и забрасывали ленты серпантина к самой вершине. А какие ярмарки устраивали на праздники! На целый месяц площадь занимали бесконечные лавочки и лотки с новогодними подарками, хлопушками и петардами. На каждом шагу продавались всевозможные угощения, сласти и конфеты, мороженое и сладкая шипучая газировка. Вокруг таких лавочек постоянно вертелись дети, протягивая весёлым продавцам монетки, выпрошенные у родителей. Взрослые же жители городка особенно уважали ярко-красные киоски, в которых продавали яблочный и апельсиновый пунш.
Но недавно всё изменилось. Сначала в размеренную жизнь горожан вмешался карантин, по причине эпидемии какой-то странной болезни. Нет, ель тогда наряжали игрушками и гирляндами, но ярмарку отменили, и всё праздничное время дерево простояло в одиночестве, без привычных хороводов и весёлого гама вокруг. А потом ель и вовсе перестали наряжать, хотя карантин давно отменили. В рождественскую ночь на площади больше не собирались люди, лотки с подарками пропали, и лишь иногда к ели украдкой подбегали местные дети и тихо стояли рядом с ней.
Ель долго не могла понять причину такого странного поведения людей, как ни прислушивалась к разговорам прохожих. Следует отметить, что все деревья, цветы и даже грибы прекрасно понимают человеческие языки и очень любят, когда люди с ними разговаривают. Кроме, пожалуй, высокомерных баобабов, которые упорно отказываются считать людей разумными, отводя им место где-то между термитами и тараканами. Остальные деревья даже пытаются отвечать людям, но те никак не научатся разбирать слова в шелесте листьев и скрипе веток. Правда, иногда люди понимают язык некоторых грибов, но для этого им нужно эти грибы съесть.
Ещё у деревьев есть поразительные успехи в некоторых науках – математике, физике, химии. Живя сотни лет, они постоянно проводят разные эксперименты, и поэтому открыли многие законы намного раньше людей. И даже поделились знаниями с ними – все знают про случай, когда гениальная яблоня объяснила закон Всемирного тяготения посредственному человеческому учёному, догадавшись сбросить ему на голову яблоко. Или когда черёмуха – отличный химик – во сне с помощью запахов, втолковала человеку систематизацию химических элементов.
Причину отмены праздника ели поведал клёст, подслушавший разговор людей в местной ратуше. Оказывается, некоторым людям не нравится отмечать Рождество, и чтобы их не обижать, было решено праздник отменить. Что, по мнению ели, было довольно нелогично, ну не нравится тебе вид наряженного дерева – не смотри, но не мешай веселиться остальным. Впрочем, люди никогда не отличались любовью к логике, и об этом старой ели было хорошо известно.
Ель отвлеклась от тягостных раздумий и решила, что традиции забывать нехорошо. Не хотят люди праздновать и её украшать? Ну и ладно, украситься можно и самой, ничего хитрого в этом нет. Ель приметила трёх людей, проходящих мимо неё – низкорослых, смуглых и черноволосых, как на подбор – наклонилась и схватила каждого за шею колючими лапами. Потом выпрямилась и замерла. Люди дёргали ногами, пытались оторвать от шеи еловые ветки, но тщетно – дерево было намного сильнее. Минут через пять они затихли и просто висели, покачиваясь на ветру.
«Прекрасные получились украшения», – удовлетворённо подумала ель.
Ещё через десять минут вокруг дерева стала собираться толпа. Все кричали и указывали пальцами на висящих людей, многие снимали происходящее на телефоны. Потом приехали полицейские машины, их «мигалки» окрасили окрестные дома в синий и красный цвета.
«Прекрасный получился праздник, – радовалась ель. – Всё, как раньше. И людей много, и горят разноцветные фонарики. Даже полицейские сирены так празднично звучат. Так, что это? Пожарные приехали, тоже решили к нам присоединиться? Лестницы выдвигают, хотят мои украшения снять? Топоры несут… Пожалуй, праздник можно заканчивать. И так хорошо повеселились».
Ель разжала лапы, и тела висевших упали на землю. Их быстро отнесли к подъехавшей «скорой», и толпа стала расходиться. А ель всё смотрела на разноцветные огоньки, бегающие по стенам зданий вокруг площади, и думала про то, что на следующий год праздник нужно будет непременно повторить.