Сергей Красиков – Возле вождей (страница 14)

После этого случая Девятое управление охраны срочно создало службу аквалангистов-подводников, куда желающие поступить проходили с неимоверными трудностями. Их испытывали почти как космонавтов: крутили на центрифугах, до изнурения заставляли плавать, нырять в двенадцатиметровую трубу, на ее дне находить в полной темноте акваланг, надевать его и всплывать на поверхность.

Не многие выдержали испытания. Но те, которые освоили новый вид службы, неоднократно доказали впоследствии ее необходимость в самых невероятных экстремальных ситуациях.

22 января 1969 года миллионы людей прильнули к экранам телевизоров. Из Москвы шел прямой репортаж о встрече космонавтов Волынова, Елисеева, Хрунова и Шаталова после совершения ими совместного космического полета.

Телекамеры крупным планом показывали улыбающиеся лица виновников торжества, встречающих их членов правительства, выделяя при этом Леонида Ильича Брежнева, а также тысячи восторженных москвичей, высыпавших на улицы и приветствующих праздничный кортеж. На всем пути следования его к Кремлю репортаж вели телезвезды того времени:

— Кортеж правительственных машин приближается к Боровицким воротам, и через несколько минут герои-космонавты прибудут в Кремль, где состоится чествование и вручение государственных наград.

То были последние ликующие слова репортажа, которые услышали телезрители. Прямая трансляция внезапно оборвалась. Возобновилась она лишь через час. Показывали церемонию награждения, которая производила странное впечатление. Звезды Героев Советского Союза вручал почему-то не Брежнев, а Подгорный. Чувствовалась какая-то растерянность как среди награждаемых, так и среди награждающих. Бледные лица, дерганые фразы, нервные движения.

Было видно — что-то произошло.

А произошло следующее: по оперативным данным службы охраны стало известно, что из одной воинской части Ленинградского военного округа с двумя пистолетами Макарова исчез дежурный по части младший лейтенант В. Ильин. Об исчезнувшем говорили, что от него можно ожидать всякого, так как он отличался непонятной странностью и чудаковатостью. Русский, а кожа смуглая, вид цыганистый, за что и получил Ильин прозвище Копченый.

На политзанятиях заявлял, что комсомол себя изжил. Старшему по званию мог задать вопрос, почему у нас монополия одной партии. Неодобрительно отзывался о вводе советских войск в Прагу. Эти данные были сообщены начальнику Главного управления службы охраны.

А Ильин тем временем находился в Москве в гостях у дяди-милиционера. Милиционера вызвали на службу, а Ильин, услышав, что Брежнев следует в кортеже во второй автомашине, быстро переоделся в дядину милицейскую форму и отправился в Кремль.

Случайно кремлевской охраной в этот день был сокращен милицейский пост, следивший за порядком среди посетителей, следующих в очередях в Алмазный фонд и Оружейную палату.

Появление около музеев переодетого в милицейскую форму Ильина ни у кого подозрения не вызвало, а, наоборот, было воспринято как обычное служебное задание. Ильин влился в наряд милиции и начал активно наводить порядок среди очереди около Боровицких ворот, чем окончательно сбил с толку сотрудников госбезопасности.

Расчет был точным: при въезде на возвышенность в Кремль автомашины здесь скорости сбавляют и становятся более доступными для обстрела, но по пути у машины Брежнева не то произошла задержка, не то сотрудники подсказали Генсеку меры безопасности, в результате чего автомашина его двинулась не второй, а пятой.

Как только огромный кортеж, окруженный эскортом мотоциклистов, приблизился к Боровицким воротам Кремля, раздались выстрелы. «Милиционер Ильин», пропустив первый лимузин, метнулся ко второму, следовавшему в кавалькаде, и открыл огонь одновременно из двух пистолетов — в упор по лобовому пуленепробиваемому стеклу, отчего оно покрылось паутиной трещин.

В машине находились космонавты Береговой, внешне очень схожий с Брежневым, Леонов, Николаев, Терешкова и сотрудник госбезопасности Г. А. Романенко.

Залитый кровью, бессильно обмяк на рулевом управлении водитель.

Но Ильин не прекращал огня до тех пор, пока не расстрелял две обоймы. Одна из пуль, срикошетив, попала в плечо мотоциклисту эскорта, но, превозмогая боль, он направил мотоцикл на террориста и сбил его с ног. Преодолевая шоковое оцепенение, к Ильину со всех сторон бросились охранники, навалились, заломили руки. А Михаил Николаевич Ягодкин разоружил Ильина.

Стрелявший не сопротивлялся. У него закатились глаза, изо рта хлынула белая пена. Стоящие в оцепенении милиционеры с ужасом узнали в бившемся на брусчатке в нервном припадке того самого младшего лейтенанта, портрет которого сообщался в оперативной сводке.

Вторая автомашина при убитом водителе покатилась назад и создала затор движению через Боровицкие ворота. Несмотря на касательное ранение спины, космонавт Андриан Николаев перехватил у раненого водителя руль и припарковал автомашину к обочине.

Леонид же Ильич, увидев затор кортежа возле Боровицких ворот, приказал водителю следовать в Кремль через Спасские ворота.

Раненый водитель на следующее утро скончался в больнице. Кроме А. Николаева, пострадал и космонавт Г. Береговой: ему осколки разбитого стекла сильно повредили лицо. Очень перепугалась Валентина Николаевна Терешкова.

Узнав о том, что стрелял он не по тому, по кому предполагал, стрелявший впал в невменяемость: он думал, что во второй машине едет Брежнев, и ему предназначал свои пули.

Бившегося в истерике террориста в милицейской форме скрутили, сунули под нос нашатырный спирт, затолкали в «Волгу» и прямиком увезли в Лефортово.

Не замедлил появиться анекдот: когда о покушении рассказывали старому полуглухому маршалу Буденному, престарелый воин, недослышав, о ком шла речь, поинтересовался:

— Жив остался?

— Жив, — отвечают. — Не достали пули.

— А саблей не пробовали? — спрашивает маршал.

В следственном изоляторе задержанный сообщил, что он Ильин Виктор Иванович, 1948 года рождения. Русский. Окончил Ленинградский топографический техникум. Служит в Ломоносово под Ленинградом. Воинское звание — младший лейтенант. Прихватив утром два пистолета Макарова с четырьмя полными обоймами к ним, он прилетел в Москву рейсовым самолетом Аэрофлота, чтобы осуществить задуманный террористический акт против Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева.

Следователи были потрясены не тем, что террорист собирался занять кресло Брежнева и создать свою, некоммунистическую, партию. Достойна изумления технология покушения: ни на одном этапе не вызвавшая срыва, кроме как на последнем этапе, во время стрельбы.

Прибыв в гости к дяде, он мечтательно обронил:

— Хочу космонавтов посмотреть. Дал бы ты мне завтра свою форму. В ней прошел бы я в Кремль. А так много ли на улице увидишь.

Но дядя решительно оборвал разговор:

— Ты что, спятил? Знаешь, что за это полагается?

Ильин засмеялся и умолк. Когда же хозяева ушли, быстро облачился в летнюю милицейскую форму. Затем сел в метро и благополучно вышел на остановке «Охотный ряд». Там вынырнул на морозный воздух и прямиком пошел к проходу Боровицких ворот, около которых, по его расчетам, должен был проследовать кортеж в Кремль с космонавтами и руководством страны.

Этот маршрут он изучил досконально и мог воспроизвести с закрытыми глазами. Удивительно, что его пребывание в летнем легком плаще на январском морозе никого не смутило. Ильин благополучно объявился около Боровицких ворот, где милицейское оцепление сдерживало нетерпеливую публику, наугад втиснулся между стражами порядка. Оказалось, что место, какое он занял, находилось на стыке двух подразделений. Милиционеры строя покосились на вновь прибывшего младшего лейтенанта, но в первом подразделении поду-мали, что он из второго подразделения, а во втором — что из первого.

А когда к нему приблизился гражданин крепкого телосложения и полюбопытствовал:

— Ты чего здесь стоишь?

Ильин вальяжно ответил:

— Поставили — и стою.

У штатского вопросов больше не оказалось, и он ретировался.

Исследователи и по сей день ломают голову в догадках относительно подлинных мотивов и странного поступка Брежнева, необъяснимо покинувшего кортеж и своевременно отбывшего от места вполне возможной своей гибели. Полагают, что, когда стало известно о побеге вооруженного офицера из воинской части, профессионалы спецслужб не исключили возможности его появления в Москве именно 22 января, на встрече космонавтов, с участием на ней руководства страны. Получив соответствующую ориентировку, охрана Брежнева для перестраховки на всякий случай произвела перестановку машин в кортеже. Однако по собственной инициативе охрана не может изменить ни маршрут следования охраняемого без его согласия, ни порядок следования. Давал ли Брежнев на это «добро» или сам вне всякой связи покинул кортеж, неведомо. По словам одного из охранников, Леонид Ильич будто бы при отъезде из Внуково воскликнул:

— А мы-то чего лезем вперед? Кого чествуют, нас или космонавтов?

Потому-де автомобиль Генсека произвел перестановку и’ свернул к Спасским воротам. Но вполне вероятно, что, получив тревожную информацию о гулявшем по стране злоумышленнике, Брежнев, не объясняя сотрудникам подлинную причину изменения маршрута, сам вовремя перестраховался.