Сергей Ковалёв – История Рима (страница 154)
При таких условиях серьезная драма становится литературным жанром: она предназначена для чтения, а не для сценического исполнения. Крупнейшим представителем такого рода литературной драмы был Сенека. От него дошло восемь трагедий: «Медея», «Эдип», «Федра», «Агамемнон», «Неистовый Геркулес», «Геркулес на Эте», «Троянки» и «Фиест». «Октавия», посвященная трагической судьбе дочери Клавдия и первой жены Нерона, написана в стиле Сенеки, но ему, вероятно, не принадлежит.
Драмы Сенеки подражают греческой трагедии по форме. Содержание их берется из того же арсенала греческой мифологии, откуда черпали свои сюжеты великие афинские трагики V в. Однако римский автор внес в трагедию много нового. В соответствии с тяжелой для римской аристократии эпохой, в которую жил Сенека, и его личным пессимистическим мировоззрением, его трагедии проникнуты ужасом и отчаянием. Его герои — сильные личности, обреченные на страшные мучения и гибель. Ни один светлый луч не освещает эту бездну великих страстей, ужасных преступлений и безысходного отчаяния. Вместе с тем персонажи Сенеки схематичны, однотонны, и их характеры почти не меняются в ходе действия. Они являются воплощением одного какого-нибудь чувства, одной страсти. Они рассудочны и больше декламируют о своих переживаниях, чем действительно переживают. Сенека риторичен, стих его гладок, но монотонен и растянут.
Необходимо отметить еще одну черту драматургии Сенеки: у него весьма часты выпады против деспотизма, против царей и тиранов. Хотя эта черта являлась общим местом греческой риторики, но весьма вероятно, что она была отражением и римских политических условий эпохи террористического режима.
Трагедии Сенеки оказали сильное влияние на развитие драматургии нового времени, начиная с эпохи Возрождения.
Зодчество и изобразительные искусства
Римское искусство времен империи продолжает эллинистические традиции республики, но перерабатывает их в новом духе. Таким путем создается официальный стиль ранней империи — «августовский классицизм». Огромная строительная деятельность эпохи Августа плохо представлена в наличных памятниках. Так, ни один из храмов, построенных Августом в самом Риме, не сохранился. Некоторое представление о сооружениях общественного характера дают остатки огромной «базилики Юлия» на форуме, построенной Цезарем, но сгоревшей и восстановленной Августом. Характерным для нее было широкое использование арок — архитектурный прием, в котором, как известно, римляне являлись наиболее оригинальными.
Столь же самостоятельными были римляне в области скульптурного портрета. Уже в последние столетия республики искусство портрета достигло высокой степени совершенства. Здесь соединились староиталийская традиция изготовления реалистических восковых масок предков И влияние эллинистического искусства. Некоторые портреты II—I вв. до н. э. поражают своим документальным сходством.
Век Августа внес в скульптурный портрет новые черты. Изображения Августа и членов императорской семьи, не теряя сходства, приобретают идеализированный характер. Этот тип «героизированного» портрета сохраняется на всем протяжении I в. в официальном искусстве.
Эпоха расцвета римской империи (Флавии и Антонины) в области зодчества отличается монументальностью и полным развитием римских оригинальных черт. Амфитеатр Флавиев поражает своей грандиозностью, широким применением арок и целесообразным использованием пространства. Пантеон («храм всем богам») Адриана, представляющий большое круглое здание с огромным купольным сводом, также является одним из совершеннейших созданий римского зодчества. Триумфальные арки представляют полное развитие принципа полукруглого свода. Этот архитектурный прием приобретает самодовлеющий характер: арка отрывается от строительного комплекса и становится самостоятельным архитектурным сооружением, цель которого — прославить мощь империи.
Реализм римской скульптуры ярко проявился в так называемых «исторических рельефах». От эпохи Августа до нас дошли фрагменты так называемого Алтаря мира. Его рельефы изображают праздничную процессию, в которой выступают сам император, члены его дома и приближенные. Портретное сходство фигур соединяется здесь с некоторой неподвижностью и официальной торжественностью всей композиции.
В дальнейшем исторический рельеф приобретает более реалистический характер. Таковы изображения на арке Тита. Здесь представлено триумфальное шествие легионов во главе с их вождем. Солдаты несут трофеи, захваченные в Иерусалимском храме. Рельефы поражают смелостью композиции, умением передать трехмерность пространства и жизненностью массовых сцен.
Еще совершеннее с этой точки зрения рельефы на знаменитой колонне Траяна, изображающие сцены из дакийских войн. Наряду с документальной точностью (вооружение римских воинов, типы даков и проч.), мы находим в них необычайную живость и динамичность. Столь же реалистичны и выразительны рельефы на колонне Марка Аврелия в Риме, хотя в них уже начинают выступать черты упадка.
Эпоха Адриана принесла возрождение греческого классического искусства в скульптуре. Примером этого являются, в частности, портреты красавца Антиноя, любимца Адриана. В них явно чувствуется влияние идеализирующих тенденций; черты лица почти теряют портретное сходство.
После «греческого возрождения» эволюция художественного стиля (особенно в архитектуре) идет от классических образцов к вычурности, грандиозности и напыщенности. Таковы триумфальная арка Септимия Севера в Риме, развалины его дворца, так называемый «Септизоний» — декоративная постройка на Палатинском холме (203 г.), термы Каракаллы и др.
Рельефы на триумфальной колонне М. Аврелия, при внешнем подражании колонне Траяна, обнаруживают элементы упадка: отсутствие обработки деталей и влияние «варварского» стиля.
Эта эволюция греко-римских художественных форм во II—III вв. происходит под прямым воздействием провинциального искусства. В провинциях художественный стиль испытал сильнейшее влияние местных стилей: восточного в Сирии, финикийско-карфагенского в Африке, кельтского в Галлии и т. д. В архитектуре римского Востока создаются пышные и вычурные синкретические формы с преобладанием живописных эффектов, с нагромождением деталей, с яркой раскраской. В Галлии и Германии на основе народного искусства возникает так называемый «галло-римский стиль». Наиболее интересными его образчиками являются надгробные рельефы с реалистическим изображением сцен из повседневной жизни.
Очень стойко держатся традиции римского скульптурного портрета, давшие еще в III в. такие непревзойденные образцы, как мраморные бюсты Гереннии Этрусциллы, жены императора Деция, и императора Филиппа Араба.[508]
Мы, к сожалению, не имеем сохранившихся образцов римской станковой живописи. Зато в большом количестве дошла декоративная стенная живопись главным образом из Помпей. Это — отдельные сцены и картины, ландшафты, архитектурные детали и целые комплексы, орнаменты, натюрморты и т. д. Линейная перспектива верна только приблизительно. Распределение света и теней, как правило, резкое. Набор красок довольно ограничен. Среди этой живописи, обнаруживающей сильные эллинистические влияния, настоящие портреты редки, но иногда встречаются прекрасные образцы, например, портрет Прокула и его жены, хранящийся в Неаполитанском музее.
Пески и сухой климат Египта сохранили нам от эпохи империи несколько великолепных реалистических портретов, написанных красками на деревянных досках. Они накладывались на лица мумий и имели ритуальный характер.
ГЛАВА Х
КОНЕЦ АНТОНИНОВ
Марк Аврелий
В самом начале правления Марка Аврелия зашевелились варварские племена на севере: в Британии и Германии. Германское племя хаттов даже перешло границу и подвергло опустошению римские пограничные области. Еще опаснее было положение в восточных провинциях. В последние годы Антонина началась война с парфянами из-за Армении. Римские войска потерпели поражение в Армении, и парфяне вторглись в Сирию. В 162 г. Марк отправил туда свежие войска под верховным командованием своего соправителя Люция Вера. Последний, правда, лично не принимал почти никакого участия в руководстве операциями, но его полководцам Авидию Кассию и Стацию Приску удалось вытеснить парфян из Сирии, занять Армению, а к 165 г. — даже Месопотамию. Но в это время на Востоке начался голод и вспыхнула эпидемия чумы, что сделало невозможным продолжение военных действий. С парфянами пришлось заключить мир, причем римляне удержали за собой только часть завоеванной территории.
Армия вернулась домой, оба императора отпраздновали триумф и наградили себя титулами «Парфянский», «Армянский» и «Величайший». Однако внутреннее положение империи резко ухудшилось. Возвратившиеся войска принесли с собой чуму, которая распространилась по всей империи и в течение нескольких лет свирепствовала в Италии и в западных провинциях. В 174—175 гг. началось огромное крестьянское восстание в Египте.[509] Восставшие разбили римские отряды и чуть было не захватили Александрию. Только сирийскому наместнику Авидию Кассию, подоспевшему с войсками, удалось спасти положение. Неспокойно было и в Галлии, а Испания подверглась опустошительным набегам мавританских племен из Африки.