Сергей Котов – Солнечные Звери (страница 40)
*Project Pitchfork — Acid Ocean
От песни веяло безысходностью. Как и от этого места. Наверно, это был правильный финальный аккорд, который облегчал расставание с этим миром.
28
Перед тем, как ехать в аэропорт, я зашёл в ближайший офис Сбера и купил инвестиционные слитки и монеты на все сбережения, оставшиеся после расходов на постройку убежища. Чтобы тащить всё это дело, пришлось приобрести небольшой чемоданчик усиленной конструкции. Ваня перевёл половину своего счёта в пользу родителей, а на то, что осталось, тоже купил слитки.
После этих манипуляций я ещё раз спросил его — точно ли он хочет идти с нами. Он ответил утвердительно, ни минуты не колеблясь. Что ж. Так тоже бывает. Я не стал копаться в его душе и проводить допросы с пристрастием; будет время или желание — расскажет сам, почему так сложилось.
«Шеф» позаботился о нас. Когда я попытался забронировать билеты на ближайший рейс до Горно-Алтайска, то обнаружил, что билеты уже куплены, причём в бизнес. Совсем не мелочь, учитывая, что предыдущий раз мы имели возможность принять душ в служебных помещениях танковой части под Читой. А доступ в бизнес-зал давал такую возможность.
По прилёту ждал ещё один приятный сюрприз: нас встречали. Служебная гражданская машина местной управы, внедорожник. Снова позаботился «шеф». Что ж — разумная мера, учитывая, что наш уход полностью соответствует его интересам…
Дорога вышла довольно утомительной. После многочасового перелёта спать уже не хотелось; приходилось пялиться в окно и раз за разом прокручивать в голове одни и те же мысли.
Никаких тревожных предчувствий у меня не было. Наоборот: я был расслаблен, настроен на философский лад. Уже ощущал себя в другом мире.
Поэтому заявление старлея, который отвечал за охрану объекта, застало меня врасплох: «А, они уехали. Пару часов назад. К ним заехал ваш друг, она его узнала и дала добро на доступ. А потом они поехали все вместе. Даже кошку забрали!»
Вот тут-то у меня и ушло сердце в пятки. Я сразу понял, что это мог быть за друг, и в тот же момент успел возненавидеть себя за благодушие и стремление сделать как-то по-хитрому, поблагороднее. Оставить врага в живых. Пускай и с намерением заставить его мучиться.
— Куда они уехали? Направление?
Глядя на моё лицо, старлей как-то сжался, потерял уверенность.
— Да по дороге, на север… если нужно — в миг найдём! Тут деваться-то особо некуда. В тридцати километрах есть старая железка, заброшенная станция, за ней — посёлок. И дальше необорудованный грейдер до ущелья… то там километров пятьдесят! Они наверняка в посёлок поехали… — забормотал он.
— Ключи, — бросил я, кивнув на служебный внедорожник, который стоял у ворот моего дома.
Старлей поколебался секунду, но потом передал плоскую шайбу ключа.
— Если нужно — мы можем дрон поднять. Точно скажем, где они, — добавил он.
— Поднимай, — кивнул я, уже направляясь к машине.
— Есть, — кивнул старлей, — в машине рация. Я буду на четырнадцатом канале.
— Принято, — кивнул я, — да. Оружие?
— По штатному расписанию в машине, — ответил старлей, — личное не могу без указания командира. Извините. Лучше застрелиться!
— Нам хватит штатного, — ответил я.
Я давно так не гонял. Думал, что утратил навыки экстремального вождения — но под влиянием адреналина они быстро восстановились. Ваня, к его чести, поездку никак не комментировал. Только крепко держался за поручень.
Минут через двадцать ожила рация:
— Первый базе, — судя по всему, с позывными ребята решили особо не париться, — подтверждаем визуальный контакт. Они стоят возле станции. Идут от машины в сторону заброшенных путей.
— Принято, база, — ответил я, — отбой.
Остаток дороги я толком не помню. Дорога свелась к мельтешению дорожного покрытия и борьбе с законами физики.
Я чуть не врезался в припаркованный у путей старый, покрытый многодневной грязью, УАЗик. Должно быть Даниил добыл его в части. И весь этот путь проделал на нём.
По науке надо было бы остановиться и осмотреть автомобиль. Но я не мог терять ни секунды, даже ради порядка, когда речь шла о моей семье.
Проскочив мимо, я остановился возле рельсов. Дальше ехать смысла не имело — только машину загубишь, на кочках да на кусках разного техногенного мусора, среди которых попадались ржавые тележки и колёсные пары.
Я выскочил из-за руля, даже не нажав кнопку дезактивации.
Не знаю, как я нашёл их. Наверно, звериное чутьё помогло. Я не тратил время на осмотр многочисленных подозрительных мест; сердце неудержимо тянуло меня в дальний конец бывшей станции, где на ржавом запасном пути стояли два крытых грузовых вагона.
Когда я пулей влетел внутрь, Даниил замер.
На полу была нарисована мелом какая-то сложная схема. В её центре стояла довольно большая клетка, с толстыми прутьями. По углам клетки, наверху, чадили небольшие факелы. Это было, мягко говоря, небезопасно, с пожарной точки зрения, но обращать внимания на такие мелочи не было времени.
Внутри клетки, среди узоров, склонившись над миской стояла кошка. На вид — самая обычная мурка, расцветки табби. Она на секунду подняла голову. Скользнула по мне равнодушным взглядом, после чего вернулась к трапезе.
У меня не было времени задумываться об очевидной нелепице: зачем кошке такая клетка, если она может легко пройти между прутьев — потому что Даниил был возле Алины. Он держал на руках моего сына.
Алина увидела меня. Замерла, широко раскрыв глаза. В них читалось огромное, невероятное облегчение, смешанное с удивлением. Она повернулась к Даниилу и что-то сказала.
Дальше всё произошло очень быстро. Я понимал, что могу не успеть, поэтому, указав на сына, выкрикнул:
— Забери!