Сергей Котов – И пришёл охотник (страница 2)
В целом лазертаг мне понравился. Да, пришлось попотеть и побегать, и я в очередной раз пообещал себе всё-таки начать ходить в фитнес. После игры был банкет на открытом воздухе, с шашлыком и кострами. Помню, какое облегчение я тогда испытал от того, что вся эта беготня и пострелушки были понарошку, не на самом деле.
А потом наступило двадцать четвёртое число.
Помню панические звонки и сообщения в мессенджерах от бывших коллег из айти. Попытки уточнить у меня, в какую страну я убегаю, чтобы, значит, «держаться вместе». Будто ни один другой сценарий для меня не предполагался…
Стыдно признаться, но я ведь действительно смотрел варианты перелётов. Правила натурализации. Подбирал площадку… но не полетел. Сложно даже сказать почему – ведь у моих прежних коллег были железные аргументы, что надо валить. А мне и сказать-то им было нечего: слов не находилось. Просто на душе как-то щемило странно от самой мысли, что я буду просыпаться где-то в незнакомом городе, в тысячах километрах от Москвы, когда у нас такое происходит.
Поначалу казалось, что это ненадолго. Месяца три, потом договорятся, порешают, будет всё как прежде. Вернутся бывшие коллеги, снова откроются международные офисы.
А потом наступила осень и частичная мобилизация.
Тут уже свалили даже те, кто до этого был настроен оптимистично и не сомневался в скором «договорнячке». Из знакомых айтишников остались единицы, в основном на высоких постах в крупных компаниях. Даже те, кто формально не уволился – релоцировались в зарубежные офисы.
А вот коллеги – писатели реагировали гораздо более сдержано. Не уехал никто. И я тоже дёргаться не стал, вполне сознательно. Хотя валить подговаривали даже родственники. Но у меня что-то внутри включилось, упрямое и пофигистичное. Для себя я решил, что, если получу повестку, то пойду воевать, бегать не буду.
При этом шансы на эту самую повестку были высокие: я отслужил срочку, получил специальность, регулярно обновлял свои данные в военкомате, всё, как положено.
Однако повестка не пришла. Возможно, потому, что я часто переезжал, меняя квартиры, а в военкомате не спешили менять учёт несмотря на то, что я всё подавал вовремя.
Некоторое время мне было сложно писать. Я задерживал продолжения, раздражая читателей, но ничего не мог с собой поделать.
Потом пошёл поток негатива из-за рубежа. Комментарии под моими книгами на «Амазоне». Вроде бы те же самые читатели, которые с восторгом читали о приключениях Москита, вдруг начинали брызгать отборной ненавистью, призывая на мою голову всевозможные проклятия, будто бы это я, лично, был в чём-то виноват перед ними.
Я удалил страницу в «Фейсбуке» и перестал читать комментарии.
Вслед за негативом резко просели продажи за рубежом. Я даже хотел убрать оттуда свои книги, но разрыв договоров предполагал пени, и я не стал связываться. Да и чувство противоречия проснулось. Остаться назло. При этом выросли продажи на родине, что не могло меня не обрадовать.
Мобилизация прошла, жизнь покатилась дальше своими чередом.
Вот только вскоре выяснилось, что некоторые мои знакомые оказались в зоне боевых действий. В основном давние читатели. Кто-то был мобилизован, кто-то пошёл добровольцем. Со многими я регулярно переписывался, старался помогать.
При этом я никогда не писал первым. Честно говоря, было страшновато: что, если напишешь сообщение – но ответа так больше и не получишь? Но сам я всегда отвечал, откликался на просьбы, да и просто поговорить о чём-то никогда не был против. Понимал, насколько это может быть важно для тех, кто там.
Кто-то действительно со временем перестал выходить на связь. Но я старался не думать о плохом. До последнего надеялся на лучшее, пока не узнавал точно.
Новые читатели «оттуда» тоже начали появляться. Удивительное дело: приключения Москита оказались неожиданно популярны именно там. Сначала я удивлялся – как так выходит, что выдуманная галактическая игровая война с игровой системой прокачки вдруг заинтересовала тех, кто реально каждый день рискует жизнью? А потом понял, что мои книги были частью той, гражданской нормальности для них. Что они давали возможность отдохнуть психологически, разгрузить голову.
Аккаунт с именем «Алексей Гусев» добавился ко мне в подписчики в конце осени двадцать второго. На аватарке – силуэт в камуфляже и балаклаве.
Я зашёл на страницу, чтобы убедиться, что это не бот. Таких тоже хватало, и они безжалостно банились.
Человек оказался реальным. Минимум перепостов, достаточно собственных фотографий, мыслей, даже видео.
Конечно, я добавил его в друзья.
Некоторое время мы обменивались лайками, комментировали посты друг друга. В общем, обычное сетевое общение автора с читателем – с учётом, конечно, специфики.
Как и в остальных случаях, я никогда не писал первым, однако старался следить за боевым путём Алексея. А он будто специально выбирал самые горячие места, в хронологическом порядке: Пески, Соледар, Бахмут, Работино, Крынки. Каждому новому посту или фотографии я радовался, и ждал следующего.
Так продолжалось несколько лет.
И вот пару месяцев назад у Алексея начали появляться фото со знакомыми крымскими пейзажами. Причём он был в форме и явно на службе. В конце концов, я не выдержал и, нарушив собственное правило, спросил его насчёт места, где он находится.
Выяснилось, что не так давно его перевели в Крым, и теперь он в составе отряда морского спецназа занимался охраной и обороной западного побережья. Тоже, конечно, боевая работа, с обычным мирным временем не сравнить. И прилёты бывают, и опасность вполне реальна. Но это далеко не Бахмут.
Как-то так само собой получилось, что мы начали общаться чаще. И вот пару дней назад я зачем-то обмолвился, что, возможно, осенью буду в Крыму, и предложил лично встретиться. Так сказать, выйти из виртуала.
А сегодня получил ответ. «…заезжай, постреляем!» Не просто встретиться-пообщаться – а именно вот так.
Вспоминая всё это, стоя на балконе и наблюдая за золотой Москвой, я вдруг понял, что это не тревога меня накрыла, а какое-то странное предвкушение. Будто я впервые собирался за границу или что-то в этом роде.
В кармане джинсов завибрировал смартфон. Я достал его, разблокировал и прочитал сообщение от нового контакта в «Телеграме», с уже знакомым аватаром – человек в камуфляже и балаклаве: «Привет. На связи. Как проедешь КПП – пиши, сброшу координаты, куда ехать».
«Договорились!» – набрал я в ответ.
И вроде бы окончательно успокоился, понимая, что заднюю уже не дам.
Вернувшись в комнату, я снова сел за рабочий стол и открыл ноут. Начал смотреть возможные маршруты до Крыма. Вроде бы самый простой и очевидный вариант – по М-4 и через мост, с остановкой в Ростове на ночь. Все нормальные люди так ездят. Но тут я посмотрел на красно-коричневый участок огромной пробки перед мостом, и что-то начал сомневаться. А потом принялся перебирать альтернативные варианты.
Пока я прокручивал карту, зазвонил телефон. Мама.
– Привет, – ответил я.
– Привет, Миша! У тебя всё в порядке? – в мамином голосе отчётливо сквозили тревожные нотки. Её способность чувствовать на расстоянии моё настроение не переставала меня удивлять, хоть мы и знакомы вот уже без малого тридцать лет.
– Да, мам. В полном, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.
– Знаешь, мне сегодня сон приснился… нехороший…
– Мам, ну не начинай, – вздохнул я. – У меня правда всё отлично.
– Заедешь на выходных?
Я автоматически взглянул на календарь на экране компьютера. Сегодня уже пятница. Как быстро летит рабочая неделя, когда ты не ходишь в офис.
– Нет, мам, не смогу, – ответил я. – У меня поездка намечается.
– Куда собрался? На море? Так вроде уже был месяц назад! Опять в Египет? Там опять тревожно, может, не стоит? – скороговоркой произнесла мама.
– Нет, не Египет, – ответил я. – Хочу в Крым сгонять. На пару дней.
– Миша, подумай хорошо! Там тоже сейчас неспокойно! Говорят, перебои с бензином бывают, и вообще…
– Мам, сейчас везде тревожно, – ответил я. – Вообще везде! Что теперь, не жить, что ли?
– Мишенька, ну что ты такое говоришь?..
Мы поболтали ещё несколько минут о разном. Я пообещал заехать сразу, как только вернусь из поездки. И привезти каких-нибудь крымских сувениров.
Пока мы разговаривали, карты в браузере успели построить несколько вариантов маршрута. Среди них – два через новые территории: один через Мариуполь, другой через Донецк. Честно говоря, донецкий вариант показался мне странным: слишком уж большой крюк. Но, присмотревшись внимательнее, я заметил, что он проходил через единственный контрольно-пропускной пункт, где не было пробки.
Немного подумав, я открыл поисковик и набрал: «Гостиницы в Донецке». Полистал, почитал отзывы. Почти сразу стало ясно, что в городе серьёзные проблемы с водой – но это меня не остановило. Нашёл отель, где этот вопрос, по отзывам, был решён локально. «Шахтёр» – гостиница рядом с «Донбасс-Ареной», огромным стадионом, построенным когда-то к чемпионату мира. Место показалось мне подходящим, и я забронировал номер на завтра.
Оставалось только собраться в дорогу. Я уже тянулся, чтобы закрыть крышку ноутбука. И тут иконка «Телеграм» вспыхнула и замигала. Сообщение от контакта со включенными оповещениями.