Сергей Коротков – Война Купола (страница 42)
Купол раздал команды, бойцы, до этого косо поглядывающие на диковинный портал и подслушивающие разговор двух старших, резво перегруппировались, заняли исходные. Часть из них стволами наружу, другие в сторону светящейся арки. Скол и Паровоз уставили дула пулеметов в эпицентр портала, а Купол не сводил глаз с манипуляций Стража.
Грешник вынул из поясных контейнеров три артефакта. Один из них походил на яркую грушу дюшес, другой напоминал амбарный замок, третий просто походил на драгоценный камень кровавого оттенка.
– Это «янтарь», «факс» и «рубин», – пояснил Страж, уловив мысли Олега, возясь с диковинками из своей реальности, – одни из самых дорогих и чудесных артефактов Пади. Для вас, во имя вашей свободы не жалко, да и Армада оценит. Только вот…
Грешник замолчал, помещая один за другим все бесценности в один контейнер, снятый с ремня. Купол подумал, что Грешник увлечен процедурой совмещения артефактов, поэтому притих, но потом понял, что ошибался. Страж продолжил:
– …Только я не смогу закрыть портал между вами и Падью.
– Кажется, я понял, почему! У тебя нет больше дубликатов этих артов?
– Ага. И найти такие же в Пади, честно говоря, получится не скоро. Может быть, никогда. Хотя, у Треша имелись подобные, но его еще самого найти нужно. Иногда это сложнее, чем отыскать очередной «янтарь».
– И че делать бум?
– Что делать? – Грешник утер вспотевший лоб плечом, посмотрел на стоявших рядом ополченцев, подмигнул. – Пока закрывать эту брешь. Из прошлого в настоящее. А уж отсюда проход в будущее, в мою реальность, покумекаем позже, как сбацать. А ну… отходим все на десяток метров.
Скол с Паровозом метнулись по эскалатору вверх, спотыкаясь и толкая друг друга. Купол отошел назад, но неотрывно смотрел на руки Стража с напяленными на них фольгированными перчатками. Видимо, оставался один шаг до чуда, и это чудо Олег хотел увидеть воочию.
– Осторожней, Купол. Я сейчас метнусь в твою сторону, не хочу застыть в позе сломанной березы ногами в Золотой Орде, башкой здесь, в двадцать первом веке. Готов? Пожеланий никаких нет?
Олег прищурился, разглядывая ухмылку Стража.
– Например?
– Ну… вдруг ты мечтаешь попасть в прошлое, к Наполеону или в рейхстаг. Пока не поздно, а, Купол?
– Мечтал когда-то. Во снах или лежа в кроватке, с солдатиком игрушечным в руке, фантазируя и начитавшись исторических и военных книжек. А теперь? – Олег вздохнул. – Теперь после явления
– Гм. Понял.
Грешник сунул в контейнер третий артефакт, закрыл крышку ячейки, повернул маленький тумблер в ее оболочке и тотчас бросил все это в сердцевину портала. Контейнер не успел долететь до блестящей ауры, а Страж уже очутился возле Купола.
– Смотри, Олега. Смотри и не говори потом, что не видел!
И командир ополченцев, и все его бойцы, да и сам Страж с любопытством созерцали картину волшебного явления. Не было грохота, вспышек, смертоносных разрядов. Контейнер, угодивший в чрево портала, просто глухо пыхнул, мигнул искрой, будто только-только зажгли бенгальскую свечу, и сработал. Мигающая арка булькнула, чавкнула и погасла. В воздухе запахло озоном, он стал снова прозрачным в том месте, где только что светился вратами в другой мир. Словно и не было ничего.
Тишину прервал Грешник:
– Ну, вот и все. Цирк закончился, все сдали по пятерочке и гуляем.
– Вить, а это… Портал точно исчез? – спросил недоуменный Купол.
– Точнее некуда. Иди, потрогай руками.
– И это точно тот самый портал, откуда попаданцы из прошлого являлись сюда?
– Да.
– Вау! Отлично. Блин, Страж, ты красава! Объявляю тебе благодарность с занесением.
– Ага, служу Армаде и трудовому народу! – нарочито шутливо ответил Грешник, и оба расхохотались. Купол облегченно и радостно, Страж – от смешной немой картины. И от ощущения своей безмерной помощи этим парням.
– Пацаны! – Олег крикнул на весь зал, переводя взгляд с парапета на парапет, где ютились его бойцы. – Все-е! Баста, карапузики, кончилася песня. Попаданцам дорога в наш город закрыта. Навсегда. Победа!
И под приветственные овации и гогот друзей, словно в подтверждение слов командира все коридоры, зал и тоннель озарились светом. Лампы под сводами метро включились, вентиляция заработала, где-то за стенами загудели пневмоприводы, а эскалатор дернулся. Лестница поехала, чуть не опрокинув стоявших на ней людей.
Источник сбоя аномального континуума действительно исчез, навсегда закрыв вход в Энск. Навсегда ли?..
Еще одна радостная весть ждала ополченцев при выходе их в тоннель. С появлением электричества в метро ее бывшие работники запустили один локомотив с тремя вагонами и вовремя подкатили на нем к группе Купола. Правда, по пути пришлось затормозить, врезавшись в баррикаду из трупов мутантов, поохать и сконфузиться от вида мертвых уродов, луж крови и тысячи пустых гильз. Напуганный машинист и бойцы из звена Духа недоумевали, что здесь произошло и живы ли их товарищи, ушедшие в рейд.
Встретились.
– Ряха, как я рад тебе, дружбан! – бросился в объятия старого знакомого Репей. – И знаешь, ты очень кстати тут.
– Мужики отремонтировали состав, сразу запустили, как включили свет, – пояснил прибывший боец, парень спортивного телосложения, с немецким пулеметом через плечо, – Дух к вам отправил. Сказал, вдруг вам помощь нужна или еще что. Киса вон с нами да тот инженер-метростроевец. Медичка с нами и десяток бойцов. Пива вам взяли и факелов еще соорудили.
– Красавчик, – подошедший Купол похлопал по плечу детину, приветливо улыбнулся, – Дух тоже молорик. Нам колеса… то есть транспорт рельсовый не помешает. У нас радость, Ряха. Мы нашли и закрыли портал. Теперь попаданцы к нам не пройдут. Это нужно отметить. Всем по бутылке пива и полчаса привал. Я пока с инженером перетру кое-что.
– Олег, я бы поторопился с выходом из Спецметро к моему порталу, – встрял Страж, – вопрос с мутантами остается открытым, не хотелось бы снова схлопотать гон зверья в нашу сторону.
– Вить, согласен, но ты знаешь, как мы ждали этот миг?! Искали брешь в «куполе», теряли друзей. Дай им немного выдохнуть. Полчаса, не больше.
– Смотри сам.
– Тебе домой сильно охота?
– Да при чем тут это? Мне Гура доставить нужно, портал захлопнуть. И за вас волнуюсь. Если тебе показалось, что с мутантами легко и быстро можно справиться, то ошибаешься. Эти твари были еще не самые страшные и сильные. Да и ждали мы их.
– Ой, братишка, не пугай нас, – бросил стоявший на раздаче пива Паровоз, – давно пуганые. Справились с этими, порубаем и других.
– Смелый ты больно! Но хочу предупредить еще раз. В Пади хватает гадов в таком обличье, что мама не горюй. Те же мимикримы, телепаты, огарки, рогачи.
– Это еще кто такие?
– Мимикримы невидимы и весьма кровожадны. Подбираются тихо и незаметно, хватают жертву, иногда рвут на части, чтобы быстрее кровь заполучить фонтаном, но зачастую сковывают сильными объятиями и впиваются в тело, щупальцами сосут кровушку. Попасть в такого из оружия – редкость, вырваться из захвата – бесполезняк.
– О, ё!
– А телепаты?
– Эти на расстоянии действуют, мощным ментальным ударом подчиняют волю жертвы и делают с ней что хошь.
– Секос?
– И это могут, – Грешник ухмыльнулся, – сделают так, что сам все побросаешь и овощем побежишь к нему, отдашься всяко, потом умрешь от его истязаний и… и снова будет тебя иметь во все… гм… ну ты понял.
– Звездец!
– Ого. Просто красавчик какой-то! Жеребец.
– Ну да. Я посмотрел бы на это.
– Зад темноте еще больше будешь подставлять, так и узнаешь скоро.
– Иди ты…
Хохот и недовольные ворчания слились в один шум, Купол махнул рукой:
– Кончай базар! Ну вот что за люди?! Только им поблажку дашь, разрешишь отдохнуть или глоток алкоголя, так сразу начинается гнилой базар. Дети малые, ей-богу!
– Точно.
– Да уж прямо, подумаешь, порамсили малеха.
На глазах у изумленной Богдо, прибывшей с локомотивом и инженером, Страж, вынувший очередной артефакт из поясного контейнера, прилепил его к ране Середы. Семен взбодрился, морщины на его изможденном лице расправились.
– «Чакра», – пояснил Грешник, разгибаясь, – один из немногих артов Пади, лечащий раны за час-два. Любые. Ну… или почти любые.
– Да ладно-о?!
– По чесноку. Заживет и не вспомнит. Диковинки аномалий.
– Так скоро и я не нужна буду со своими лекарствами и навыками, – грустно промолвила Богдо.
– Поверь мне, сестричка, зубы рвать ты точно сможешь всегда, – сказал Паровоз и заржал.
– Ну, тебе я и сейчас могу проредить твой гнилой забор.