Сергей Коротков – Сталкеры навсегда (страница 20)

– Вот это абзац!

На КПК всех спецназовцев от абонента-инкогнито пришла одинаковая эсэмэска:

«Срочно в Туманск. Улица Войнича, 13. Там то, что ты ищешь. И это только твое…».

– Это же адрес… Мля-я, это цель нашего рейда и всей операции! – сердито рявкнул Никита и долбанул кулаком по стволу осины.

Никита смотрел на эти строки в КПК и не мог поверить своим глазам. «Как это? Кто? Почему? Он вертел этот "наладонник", как его здесь называли местные, и пытался осмыслить прочитанное. Предатель! Стопудово, среди посвященных в детали операции имеется крыса. Тот, кто поставил своей гнусной целью навредить, испортить, уничтожить группу и, возможно, секретную установку. Кто же это может быть? Кто-то из руководства штаба? Но это маловероятно, чтобы сами организаторы операции желали ее невыполнения либо отрицательных результатов. К тому же с ними отсутствует какая-либо связь, и с их стороны тоже. Значит, что?

Кто-то среди своих в ГОНе? Наши!

Этого тоже не может быть!

Это не укладывается в голове, что кто-то в группе не желает достичь этой же группе цели маршрута. Добровольно попасть в рейд из две тысячи шестого года на десять лет вперед, в Зону, и при этом… Стоп. Почему добровольно? Кто сказал? Тут нет ни одного добровольца, рискнувшего на такую аферу. Здесь все либо по приказу командования либо случайные залетные. Так-так, та-а-к. Залетные? А случайные ли? Заложники. А Подпол? А Мешков? Они совсем не по приказу. За своих бойцов я ручаюсь. Хотя, всучи еще вчера кому-нибудь из них миллион баксов, так, глядишь, и поведутся, возьмутся за шпионаж. О, мля, чё-то я совсем плохо начал думать о своих».

Никита даже вспотел от таких рассуждений. Он встрепенулся и окинул строгим напряженным взглядом всех бойцов. Те мышками притаились, замерли, внимательно глядя на командира. По некоторым лицам было видно, что они тоже шокированы и озабочены новостью.

– Вот и доказательства слов этого громилы в экзоскелете! – первым нарушил молчание Холод. – Точняк сказал, что среди нас крыса.

– Ага, верно.

– А может, это он сам? Ну, этот предатель-стукач. Может, это бастионовец и черканул всем в Зоне, заложив нас врагам?! – предположила вслух Фифа, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Вряд ли. Точного места и адреса он не знает, и мы при нем не говорили, – ответил Корсар, задумчиво кусая губы, – да и помог нам Стас. И вывел мимо постов, сняв мину-ловушку, и тайник показал. И помочь в дальнейшем обещал.

– И что? Какой из «Бастиона» может быть союзник и друг? – прервал сталкера Родео. – Все начитаны, все проинструктированы насчет возможных опасностей и явных врагов. Там чётко сказано, что «Бастион» – главный противник, жестокий и сильный, бесцеремонный и бескомпромиссный враг.

– Так оно и есть.

– Вот-вот, командир.

– Тихо-о! – Никита поднял руку. – Сейчас всю Зону разбудите. Значит, так. Думаем, кумекаем все сами про себя. Анализируем. Мне на доклад только выводы. Факты, доказательства, алиби. И глядим в оба. Не только на кусты и тучи, но и друг на друга. Теперь каждый под колпаком, ёптеть. Вот никак не думал, что мне придется такое говорить и указки подобные давать своим боевым товарищам.

Никита вмиг погрустнел, вздохнул, кулаки невольно сжались, отчего хрустнул КПК. Бойцы переглядывались, ворчали, тихонько матерились. Командир посмотрел на толпу:

– Тут еще эсэмэска от наших из бункера. Спрашивают, как мы, где, все ли в порядке. Привет всем и пожелания доброго пути и скорого возвращения.

Снова обсуждения, вздохи, шорохи, скрип резины.

– Спасибо!

– И им привет, командир.

– Какого возвращения, если вон она, АЭС, еще толком не ушли от нее?! – пробурчал Родео – как обычно, он был недоволен.

Никита подумал и набрал несколько слов, с трудом попадая пальцем в перчатке в клавиши КПК. Он не стал сообщать, где они (мысль о шпионе в группе не отпускала), просто пожелал Рогожину выздоровления и уведомил его о двух раненых и прорыве через «Бастион». Затем убрал КПК и посмотрел на сталкера:

– Ну что, Сусанин, давай веди дальше.

Корсар улыбнулся и, проверив свежие показания ПДА на запястье, кивнул прямо на лужайку:

– Туда, на «радугу».

– Ого. Ну смотри, проводник. Штейт ауф, зольдатен, – шутливо обратился к товарищам Никита, хотя на душе скребли кошки из-за тяжелых мыслей о предателе в группе.

– Яволь, штурмбаннфюрер, – в тон ему ответил Холод и с улыбкой отскочил от командира, в шутку замахнувшегося на него кулаком со словами: «Я те дам, фриц недоделанный!»

Через несколько минут сводная группа спецназа ручейком вытекла из крайних кустов опушки и двинулась через поле, усыпанное телами снобов, прямо к аномалии, сверкающей всеми цветами радуги.

По пути Родео даже пнул одного из мертвых карликов, обозвал того грубым словом, нисколько не стесняясь девушки.

Эффект мигающей «радуги» сходил на нет, видимо, из-за восхода солнца за горизонтом. Переливы ее уже не вызывали восхищения красотой, зрелище утратило силу после боя с уродцами в рясах, рассеивания тумана и прогревания воздуха.

Анжела перестала стучать зубами от холода и ускорила шаг, пытаясь достичь аномалии и испытать на себе ее воздействие. Ее снова остановил Никита, а сталкер, обойдя «жаровню» и указав на ее присутствие остальным, вскоре очутился перед «радугой».

– Ничего особенного, – рассуждал он, стоя перед слегка мутноватым радужным полем в форме арки, – обыкновенное облако с красивой окантовкой. Чуть плотноватое, не жарит, не холодит. ПДА горит зеленым, показывая эту аномалию. Значит, уровень опасности нулевой, что нечасто увидишь, топча Зону. А, точнее, вообще никогда не видели зеленого символа на его экране. Но, блин, как приятно в этом сраном приборе увидеть хоть что-то хорошее! Эх-х!

Сталкер обернулся, махнул рукой. Бойцы стали подтягиваться ближе. Метров на тридцать от всех отстал Баллон, закинув РПК на плечо стволом вниз и уперев его коробом в плечо.

Холод следил за местностью через прицел СВД, сменив еще на опушке леса ночной на ПСО. По знаку командира все в группе сели на траву лужайки, наблюдая по сторонам. Но нет-нет, да косились на «радугу» возле Корсара и Истребителя.

– Ну что, командир, кто первым рискнет?

– Ха, ну ты даешь, прапорщик! Ты же заверил, что она нулевая. Давай, иди ты тогда, – Никита улыбнулся.

– Я? – сталкер еще раз глянул на аномалию размером с пятиэтажку. – Она вот-вот испарится. Пошли уже, разведка.

– Погнали, десантура. С богом. Или, как вы тут говорите, да хранит меня Чёрный Сталкер! Кстати, кто он такой, Корсар, этот Чёрный Сталкер? Местный божок? Идол?

– Ух, ёп, – Корсар скривился, – не надо так, Никит. Потом, позже поведаю эту историю-легенду, а сейчас поднимай людей. Пошли. «Радуга» не будет ждать долго.

Никита напрягся, глядя на сталкера, нырнувшего на ту сторону аномалии. Только мягкий хлопок раздался. И все. Корсар ничуть не изменился, ничего не случилось – сталкер развернулся и помахал рукой. Он что-то сказал, но звук не доносился до людей. Видимо, «радуга» еще была наделена и функцией звукового барьера.

Никита жестом показал своим подтягиваться, а по связи «Панорамы» отдал команду Холоду и Баллону прикрывать группу. Повернулся к аномалии и обомлел. За мнимой прозрачной стеной стояли два сталкера… два Корсара.

– Опачки! Не понял я. Гордон, где они?

– Офиге-е-ть! Чё за цирк тут?

– Гордон, ты видел это? Куда они подевались, ёб… меня Зона!?

– Динамит, заткнись там. Эфир не засоряй. Вижу я. Держи свой фланг и не ори на всю округу.

– Гордон, я Пегас. Тоже зафиксировал два нуля по объекту. Как в воду канули. Какие будут распоряжения?

– Пегас, Динамит. Сидим, ждем. Эти вояки нам не враги. Но и не смежники наши. Там, похоже, «пространственный пузырь» или что-то новое, раз они так махом исчезли. Десять минут в лежке. Отбой связи.

Командир пепловского квада Гордон опустил бинокль, взглянул на подчиненного рядом, в зарослях гигантского багульника, скривил губы озабоченным смайликом. Кивнул бойцу в чёрно-красной униформе «Пепла», лежащему с пулеметом в траве. Типа: «ну что думаешь?». Тот пожал плечами, скорчив такую же гримасу.

– Гордон, они у меня на прицеле были. Зачем упустили?

– Пегас, я сказал, тишина в эфире. Что не ясно?

– Понял. Сорри.

– Бл… Я те дам «сорри»! Лишь бы пострелять, завалить кого-нить. Вам не понятно, что они не наша цель? Да, военные, да, с какими-то бродягами и сталкером в проводниках. Скорее всего, военсталы. Так фигли мы их валить будем? Сам же видел, что от Ограды прут, несутся оголтелыми. От «Бастиона», поди, вырвались!? Охренеть, пацаны реальные! Но куда, зачем? И куда щас сгинули? Ладно, ждем десять минут. У нас ваще-то другая задача.

– Ха, командир, я не пойму, какие у нас вообще уже задачи! – не унимался снайпер по прозвищу Пегас откуда-то из «зеленки». – То сектор наблюдения и обороны «Юг» держать у Ограды. То поиск пропавшей группы Аперкорта, а щас, я понимаю, совсем уже другая цель.

– Слушай, Пегас, не засоряй эфир. Умри там. Но гляди в оба. Пуштун, запрашивай базу. Доложу. Там решат, куда нам дальше.

– Есть, командир. Сейчас сделаем.

Старший квада присел и тяжело вздохнул. Что-то сейчас не давало ему покоя и мешало думать.

Глава 5

Проникновение сквозь призрачную радужную аномалию почти никак не ощущалось. Три шага и все. А вот что все почувствовали на той стороне «радуги» полминуты спустя – это невозможно было передать никакими эпитетами и фразеологизмами. Одни междометия.