Сергей Коротков – Смерти вопреки (страница 70)
Тотчас Корсар схватил агонизирующее ослабевающее тело карателя и дернул на себя, прикрываясь от возможного обстрела другого противника. Ладонь нырнула в открытую кобуру, нащупала рифленую рукоять ПЯ и изготовила пистолет к стрельбе. В десяти метрах возникла фигура «черного» с винтовкой навскидку. Две секунды сомнений, стрелять или нет в неприятеля сквозь своего боевого товарища, погубили нападающего. Из-под массивного плеча заколотого ножом штурмовика захлопал пистолет сталкера. Не целясь, в неудобной позе, с наваленным на себя телом мертвеца, Корсар почти от бедра стал расстреливать врага методично, не спеша, нащупывая его слабое место. Пули почти все попадали в цель, ложась рядом друг с другом. Голова, грудь, живот, таз, бедро, голень. То есть, шлем, броник, щиток, щиток. Десяток патронов ушло в расход, а «черный» только отшатнулся пару раз да охнул. Но зато удалось напугать бойца – нервы расстреливаемого не выдержали. И он повернулся боком, чтобы уйти с траектории выстрелов, еще умом не понимая, что пистолет не может причинить вреда экзоскелету. И что в его руках штурмовая винтовка – гроза любого противника. Три последние пули Корсар всадил под мышку «черному», отпустил тело мертвеца и пустой пистолет, сорвал с нагрудного кармана РГД, вскочил и бросил ее в скрюченного от боли карателя. Не дожидаясь последствий действия гранаты, запрыгнул на изувеченный подоконник и нырнул внутрь задымленного помещения, хватая в охапку свой АК-107. Взрыв. Вопль. Стон.
«Ну, а теперь фанфары от всех сталкеров Зоны!». Корсар привстал, держа автомат наготове, быстро прицелился и дал короткую очередь. Никогда в лицо старался не стрелять, но тут особый случай. Израненный осколками гранаты штурмовик упал кулем и уже не двигался.
– Оревуар, бляха муха! – крикнул сталкер и показал пальцем непристойный жест.
С торца здания ухнул взрыв, и затрещали выстрелы. Там еще шла схватка и, по-видимому, парни его отряда нуждались в помощи. Корсар торопливо зарядил подствольник последним ВОГом, проверил магазин автомата, осторожно вылез из окна наружу, поменял обойму оброненного ПЯ, сорвал с трупа гранату и ГП-37, огляделся. Никого. Дым пожарища третьего этажа и сверкание «фонтана» слева во дворе сельпо. «Не разбудить бы аномалию эту, а то засыплет округу углями лавы». Сталкер закинул трофейное оружие за спину и побежал к углу. «Стреляют, значит, еще живы пацаны!». И он оказался прав…
«
«
«
«
«
«
Погода выдалась в этот день не ахти. Мартовский дождик, холодный и затяжной, казалось, проникал во все закоулки тела, моросил, мочил снарягу и экипировку. Одна польза была от него – обозначил некоторые аномалии на местности, шипя паром при контакте с ними. Мурашки и постоянная дрожь бодрили, спины потели, в горле сохло. Объяснение было очевидно – впереди высилась Большая Ограда, за ней комплекс Станции. И кругом, видимо, бастионовцы! Близость жесткой радиации и супермутантов тоже не радовала. Совсем.
Ни солнца, ни отблеска Купола, ни привычного карканья воронья. Пелена серых туч, грязные комья снега кое-где да чернь холодной земли. Болотина чавкает под ногами. Тоскливо и мерно гудит котельная на АЭС. Абзац полный! И в таких условиях еще и воевать!
Хрюкнувший в чахлых кустах свинорыл сморщил от удивления и без того плоскую уродливую морду размером с передок разбитого «Запорожца», дернулся и исчез.
Между травяных кочек мелькнула аскарида, удирая прочь, не успевая вонзиться в чрево насыщенной влагой почвы. Поскрипывала изъеденная ржавчиной бочка между двух рытвин, и недалеко булькала лужа оранжевой жидкости неизвестного происхождения. В Зоне всегда что-то новое появляется. Особенно после Выбросов. А он вчера был. Значит, сейчас пока хоть в этом плане спокойно.
Два десятка вооруженных людей сидели на корточках, ощетинившись стволами, ПДА и оптикой. Молча, не издавая никаких звуков, ожидая команды старшего и сообщения дозора.
Это был сводный отряд, наспех собранный для рейда на АЭС, для прорыва обороны периметра Станции, освобождения Истребителя и проводов группы спецназа домой, в свое измерение и время.
На лицах бойцов, грязных, обросших, печальных и сосредоточенных, застыли тоскливые выражения. Было и страшновато, и волнительно, и грустно. В иной мир уходили друзья. Те, кто уже год делил радости и горести, потери и приобретения, пил и ел с местными из одной посуды, прикрывал, выручал и всячески помогал. А теперь готовились навсегда покинуть Зону и товарищей. Было больно и горько.
Корсар вздрогнул и опустил бинокль, повернулся к Холоду:
– Ден, есть знак от Зубоскала. Чисто.
– Понял. Ну что, братва, работаем? Согласно плану. Подъем.
– Работаем, братишка!
Бойцы обменялись жестами, и отряд разбился на две группы по десять человек. Вот одна из них короткими перебежками выдвинулась вперед, пригибаясь, четко следуя за Корсаром и Тагилом с детектором аномалий и летящими болтами. Оставшиеся во главе с Холодом приникли к оптическим прицелам и мушкам стволов. Страховали первую группу.
Через десять минут звено Корсара достигло Ограды и залегшего там Зубоскала. Осмотрелись. Начали форсировать преграду. Вскоре Тагил дал знак, что все спокойно и можно выдвигаться остальным.
Ден оторвался от оптики СВД, глянул на строгое и уже чумазое лицо Фифы, подмигнул и бросил через всем плечо:
– Баллон, держишь жопу. Орк – правый фланг, Док – левый. Остальные в центре. Вперед, парни.
– Есть.
– Поняли.
Вскоре вторая группа достигла Ограды, рассредоточилась вдоль стены, контролируя полукруг местности перед собой. На той стороне уже находились несколько человек отряда, прощупывая путь к Станции среди нагромождений спецтехники и стройматериалов промзоны.
Страшная необычная тишина вокруг и бездействие «Бастиона» ничуть не успокаивали. Скорее, наоборот. Подозрительная пустота и отсутствие обороны Станции пугали и угнетали пуще прежнего.
– Хотя бы стрельнули, мля! Совсем тошно в непонятках этих, – проворчал Бодайбо, тихонько сцеживая слюну сквозь зубы, – знать бы, где говно зарыто. А то запах есть, а…
– …Тихо ты. Накаркаешь щас! – цыкнул на него Бродяга, смахивая с брови накопившуюся влагу и снова берясь за цевье автомата.
– По этому поводу анекдот есть, – прошептал Тагил, – волк вертит Колобка, вынимая член из ширинки, и говорит обеспокоенно: «Ты хоть бы пернул для ориентира!».
Несколько человек заржали, кто нервно, кто от души облегченно, но строгий голос Корсара вмиг обрезал тихий хохот:
– Еп. Заткнулись все! Тишина, на. Ишь развесились тут. Ща будет вам веселуха.
– А мы че, против, что ли? Легко-о.
– Ню-ню.
– Да тихо вы там!
В молчании и неподвижности прошли минуты. Почти все перебрались внутрь периметра АЭС, ловко занимая позиции и принимая удобные положения. Замеры радиации еще с той стороны Ограды показали норму, чему отряд очень удивился. Кое-кто все же натянул респираторы и противогазы. Док один был одет в РЗК. Гарнитуры связи у разведчиков давно сгинули, еще с осени, когда в Зоне прошла большая перезагрузка. Тогда волна от АЭС, обойдя территорию Купола, сбила все настройки радиовещания и компьютеров, погрузив Зону на двое суток в мертвый эфир. После этого Регистратор связь наладил, а вот локалки ИПУ бойцов перестали работать навсегда. С тех пор изъяснялись только языком жестов и знаков. Изредка через КПК.
Дымовая шашка, закинутая Орком за штабеля бетонных плит впереди, почадив пять минут, потухла. Но этого времени хватило, чтобы перелезть Ограду и скрыть себя от возможных снайперов Ока. Вновь распределились по звеньям. Нашли и притаранили лестницу, приставили ее к огромной стене, чтобы сталкерам быстрее и легче можно было выбраться обратно.
– Ну что, Холод, и дальше по плану? – спросил Кэп, потирая нагрудный щиток бронежилета с символикой «Пепла».
– Точно так, капитан. Двинули.
– С богом!
Квад «Пепла», которым руководил Аперкорт, устремился по левому краю, пятерка Корсара по правому. Ядро спецназовцев, которых старались сохранить живыми и здоровыми, следовало по центру, с отставанием метров в тридцать-сорок.
Облачность снизилась до верхней части ВТ-2, даже извечный башенный кран утопал кабиной в пасмурной пелене. Аномалий минимум, артефактов ноль, зверья никакого. Благодать перед смертью. Это озвучил Зубоскал.
– Типун тебе на помело твое! – зло бросил Тагил, страхуя метнувшегося вперед Бодайбо.
– Дык… ясен перец, эти уроды задумали чего-то! Молчат, притихли, ждут, чай, когда ближе подойдем да скучкуемся.
– Тише ты.
– Ждут, говоришь? – Корсар сплюнул, прищурившись. – Может статься и так. Ну-ка…
Он жестом показал своим двигаться дальше в том же темпе, а сам дождался группу Холода и знаками подозвал его. Бойцы продолжали контролировать сектора, тихонько перебирая ногами на корточках.
– Слышь, Ден, тут тема такая, – сталкер уставился на разведчика, не сводящего пристального взора с верхних уровней корпуса, – «Бастион», поди, нас в одной точке ожидает? Засаду устроил явно.