Сергей Коротков – По ту сторону восхода (страница 49)
Бес вернулся в комнату связи, утер пот с лица, свалил часть снаряжения возле сидящего в полуобморочном состоянии бойца. Вколол ему обезболивающее, сунул в рот стероид, влил несколько глотков воды из фляжки. Стал накладывать тампоны на раны, бинтовать, клеить биоскотч. Пистолет снял с предохранителя, вложил в ладонь раненого. Набрал в рот воды, обрызгал лицо сержанта. Тот чуть пришел в себя.
– Слышь, парень? Я сейчас отлучусь еще за одним твоим сослуживцем, скоро буду. Ты держись, вот тебе оружие, аптечка, только на морфий сильно не налегай. Я мигом.
– Ты-ы хто-о? – простонал боец, закатывая глаза, но сжимая в руке рукоятку пистолета.
– Конь в синем пальто! Бес я. Все, паря, будь огурцом. И не смей помирать. Мне свидетели живые нужны. Раз уже я обосрался по полной…
Наемник вскочил, закинул ранец за спину, сунул пару магазинов за отворот комбинезона, автомат на левое плечо, штурмовую винтовку в правую руку, оглядел комнату, подмигнул бледному сержанту и выбежал в коридор.
На третьем этаже ему на глаза попался Пес. Но так внезапно, что палец на спусковом крючке не успел среагировать, а вот нога почему-то оказалась быстрее мысли. Удар в волосатую грудь дикаря, больше похожий на пинок, отправил того считать ступеньки. Хруст и стон подтвердили дальнейшую недееспособность врага. Бес помчался вдоль стены к грузовому лифту. Остановился, прислушался. Стрельба доносилась откуда-то сверху, но не от комнаты с оставленным сержантом. Во всем бункере, похоже, бой теперь велся только в районе расположения столовой.
– Егоров? Это я, Бес. Алле? – крикнул в темень коридорного тупика наемник.
– Принято, Бес. Давай, – ответил ему голос из темноты.
Через три минуты Бес тащил на плечах раненого инженера, который волочил ноги по полу, держа в руке автомат. Где-то недалеко раздался взрыв. Топот ног по лестнице сначала нарастал, потом затих. Снова начали стрелять.
– Бежим дальше, чувак! – хрипло пробурчал наемник, ускоряя шаг.
– Бежим? Да ты шутник, дружище! Спасибо тебе…
Они добрались до нужного коридора, прошли прямо по трупам, споткнулись, упали, закряхтели, снова поднялись, заползли в комнату. Сержант опустил безвольную руку с пистолетом, закрыл глаза и прошептал:
– Рация… Наши в столовой бьются одни… Им нужна подмога…
– Вот же блин на постном масле! – Бес сплюнул, сморщился и уставился на Егорова. – Армия спасения, чтоб вас, вояк, в дышло! Нашли скорую помощь, вашу дивизию…
– Бес, ты из нас самый целый… Нужно подсобить парням. Я займусь вызовом наших. За нас не переживай… Отобьемся… теперь-то уж точно отобьемся.
– Да понял я, понял. Уже лечу. Держитесь тут, пацаны. Чо, зря я вас, что ли, спасал?!
Они хлопнули по рукам, и наемник удалился.
Треш опустил «Вал» и отпрянул от щели в ограде базы. Посмотрел на Стелса и спросил:
– Послушай, у тебя клона в Пади нет случайно?
– Не понял…
– Уж больно ты похож на одного мужика, начальника разведки у Ярого. Тоже Стелс и вроде как Игорем кличут. Или у меня глюки? – сталкер сморщился, глядя прямо в глаза военсталу.
– А фамилия не Мациганов случайно? – резко побледневший, с перекошенным лицом военстал быстро приблизился к Трешу.
– Да я хрен его знаю, Мациганов или Марципанов! Краем уха уловил на мосту у Южного форта, как Ярый обращался к своему подчиненному. Только тот выглядел постарше тебя немного, чуть тучнее, здоровый такой малый…
Стелс утер лицо, будто груз усталости снял, глубоко вдохнул, громко выдохнул.
– Неужели жив, чертяка?! Неужели жив?.. – прошептал он, затем преданным взглядом уставился на сталкера. – Брат это мой родной. Близняшки мы с ним. Понимаешь?.. Он три года назад уехал в командировку в Рязань. Аккурат перед Катаклизмом… ну… перед Судным днем, по-вашему. Мы… ну, то есть вся родня, естественно, потеряли связь с ним и больше ничего о нем не слыхали. А он, получается, жив! И всплыл в Пади!
– Странные вы какие-то братья… – сталкер недоуменно смотрел на военстала. – Прозвища одинаковые – это еще можно понять, но имена?.. Что, с фантазией у родителей проблемы были?
Стелс улыбнулся.
– Просто родились друг за другом с разницей в три минуты. Папка тот еще эрудит-ленивец был, ага. Чтобы два раза не думать, обоих назвал Игорями. Все у виска крутили, мол, чо за нафиг, а он на своем настоял. Только по-разному нас всю жизнь кликал – старшего Игорем, меня Игорьком. Вот так, два сына с одинаковыми именами в семье росли. Проблем с этим хвата-а-ло! Брат потерялся перед Судным днем, а в Пади выжил и, видимо, прозвище взял как у меня. Не зная, что я жив и что служу под таким же позывным. Мы с ним в детстве, когда в войнушку играли, друг другу дали клички, так я Стелсом был. Невидимкой, стало быть…
– Видать, он подумал, что ты погиб, вот и взял в память о младшем брате его прозвище, – вздохнул Треш, собираясь еще что-то сказать, но взрыв у ворот бункера прервал беседу парней.
Сталкер прильнул к щели. Там, на территории объекта, шел бой, но пересечь легко простреливаемое пространство между оградой базы и входом в бункер равнялось неминуемой смерти. Пока преимуществом группы Треша являлось незнание врага об освобождении ее из плена и о подходе с тыла. Сталкер, даже разговаривая со Стелсом, размышлял о способах проникновения в бункер. И, кажется, придумал.
– Златка! Алле, золотце? Слышишь меня? – прошептал Треш в усик гарнитуры.
– На связи, милый.
– Нужно снять снайпера. Ты на лучшей позиции. Работай. Как только уберешь его, доложи. Я запущу своего клона. Только смотри, чтобы глаз не выпал от удивления.
Он улыбнулся, подмигнул Стелсу:
– Давай, дуй к своему командиру, втроем с наемником вливайтесь слева, воякам скажи, чтобы по правому флангу работали, я пущу клона по центру, если все тихо, сам следом рвану. Тогда в клещи берем базу, быстро и тихо зачищаем, потом сбор у ворот. Пулеметчика возьму на себя… Ну, или Злата сработает.
– Понял. Сделаем, сталкер. Спасибо тебе за инфу о брате! Вот же как получается – явились сюда друга нашего Ярого искать, а найдем… гм… я думаю, и его, и брата моего. Ты меня щас к жизни вернул, Треш! Известием о живом Игоре. Уважуха тебе, – военстал пожал руку следопыта и пополз в сторону канавы.
– Да не за что, Стелс-два, не за что!
Треш махнул рукой, подзывая пленного аборигена, сидящего поодаль. Тот явился незамедлительно. Как щенок уставился на своего хозяина. Разве что ноги не лизал.
– Вот что, Димон. Сейчас я тебя «малость приодену» и сделаю похожим на себя. Побудешь клоном моим на какое-то время. Так нужно для дела. Твоя задача – проникнуть в бункер незаметно, найти там полковника Харда, мельком показаться ему на глаза и чесать что есть мочи обратно. Зная любовь Харда ко мне, он сломя голову бросится вслед за тобой, тут мы его и спеленаем. Живой нужна нам эта сволочь, чтобы перед судом предстать народным! Чего вылупился-то? Да не боись, никто тебя смертником не засылает. Убивать тебя они точно не станут. По крайней мере, сразу. Ты… то есть я, мертвым нахрен им не сдался, ибо хотят выведать инфу секретную, место схрона святых артов и прочие тайны фирмы. Да и мы прикроем тебя. Сделаешь все тип-топ – отпущу на волю, похлопочу перед Старейшинами форта за помилование и возможность жить у них. Понял меня?
Пес закивал. «Ну, точно Му-му! Этот сделает… как пить дать, сделает», – подумал сталкер, доставая из контейнера нужный артефакт.
– Главное, ничего не бойся. После действия арта будут болеть голова и мучить дикая жажда, но это все фигня. Сделай работенку как надо, Синягин! Помаячь, потусуйся там, на живца вымани их, иначе мы горсткой бойцов сутки их выкуривать из этой крепости будем. Все, действуй!
Треш вложил артефакт «ксерокс», когда-то захваченный у клонов «Всевластия» на станции, в карман жилета на голой груди дикаря.
– Прислони его к телу, возьми меня за руку и скажи: «Я Треш, копия сталкера Треша».
Абориген сделал все как надо и тут же превратился в Избранного. Теперь они походили друг на друга как две капли воды, только оружия у лже-Треша не было.
– Мать честная, какой же я, оказывается, недооцененный красавчик, хорошо хоть ненадолго этот маскарад! – пробурчал сталкер, подталкивая своего клона к воротам базы. – Как скомандую, чеши прямиком к бункеру, прячась за препятствиями. Вздумаешь перейти на сторону «карателей», не я яйца тебе оторву, а Хард. Понял? Готов? Все, на старт, внимание… Злат, ну, и чего ты там, красотуля моя, молчишь? Заснула? Пора уже.
Через пару секунд сухой выстрел с опушки известил о работе снайпера. Сталкер удовлетворился результатами, глянув в свою оптику, толкнул лже-Треша, скомандовав: «Марш!» Тот побежал вдоль канавы, юркнул в проход между бетонными блоками КПП. Треш хмыкнул, вскинул «Вал» и засеменил следом за своим клоном.
Спустя пять минут несколько бойцов, перепрыгивая через пулеметчика, лежащего у ворот с дыркой в глазу, проникли в темный зев скалы. Снаружи, кряхтя и потея, остался Курган. Его раны не позволяли участвовать в зачистке бункера, о чем спецназовец горько жалел, но внешний сектор он решил держать во что бы то ни стало. План Треша ему импонировал, как и сам сталкер. Цели и мысли следопыта большей частью совпадали с его, капитана, желаниями, все говорило о том, что в лице этой парочки из Пади армейцы приобрели верных союзников и, вполне возможно, настоящих друзей.