Сергей Коротков – Охота на Черных Вдов (страница 8)
Никита в который раз посмотрел на окно. Сквозь тюль еле заметны соседние девятиэтажки.
Что-то нехорошее, колкое засвербило в голове. И до этого такое же состояние наблюдалось. Плоховато!
Когда в душе неудобно, нужно прислушиваться к интуиции. К ней всегда надо прислушиваться! Топорков ЭТО проверял не раз. На деле. И всегда помогало. Пока.
Никита встал с кресла, оглядел живопись и скульптуры, взглянул в окно, скрываясь за портьерой.
Соседний дом. Дом как дом. Ничего подозрительного. Окна блестят на солнце.
Снайпер? Всё может быть. Ведь случай на Пушкина совсем не ординарный. Сквозит что-то!
Никита зашторил окно. Теперь плотная ткань навеяла тоску, мрак, но надёжность. Скрыла от посторонних глаз. Возможных потусторонних.
Топорков постоял, немного подумал и передвинул картину местного художника на другое место.
Но и этого показалось мало. Он огляделся. Наморщил лоб. И увидел скульптуру: бюст Андрея Сахарова…
…Человек высокого роста, стоявший у окна соседнего дома, чертыхнулся и оторвался от окуляра. Почесал пальцами ладони, поиграл желваками и снова приник к объективу «СУОНки».
Парня даже сквозь «тепловик» не видно. Вот гад! Просили тебя шторы закрывать да картину перемещать!? Теперь нужен инфраструктурный пунктир! Время уходит.
Мужчина в китайской ветровке опять поднял голову от устройства наблюдения. Немолодое покрытое оспинами и красными пятнами лицо, приняло оттенок мёртвого. Побледнело, зрачки запали, щёки втянулись, а губы сжались.
Человек что-то невнятно шепнул, закрыв глаза. Затем встрепенулся и вышел из состояния зомби. Дотронулся до винтовки, судя по ярлыку на цевье, латиноамериканской штучной сборки. Вздохнул. Бросил взгляд на спортивную сумку и бумажный свёрток, торчащий из неё «Спектр» – инфраструктурный пунктир-монокль специального назначения. Класс секретности – А2.
Снайпер-силовик даже не задумывался о последствиях своих действий. Не вспомнил о двух своих работах: снайпером в спецподразделении «Витязь» и силовиком в боевой организации «Чёрные Вдовы». И напрочь забыл о трупе женщины в коридоре – хозяйки квартиры, где сейчас находился сам.
Он припал к «Спектру» и стал рассчитывать координаты местонахождения парня. Кресло, голова. Через триста метров, сквозь стекла, тюль, шторы, полотно картины. Для спецвзгляда «Спектра» и 9-и миллиметровой тупорылой пули с СЦТ это не было помехой.
У него было задание, и был стимул для такой работы!
Полковник Сафонов, проинструктировав лейтенанта Буслаева – черноволосого угрюмого крепыша тридцати лет, вдвоём с водителем отправился к высокопоставленной персоне всех спецслужб России. Соблюдая все меры осторожности, самосохранения и страховки.
Он думал, что скрылся из района конспиративной квартиры незамеченным. Как и часом раньше появился здесь с Истребителем.
Но он крупно ошибался.
Двое силовиков из «Чёрных Вдов» попросту обошли пост внешнего наблюдения ФСБ и удачно проникли в подъезд. Нужный подъезд, где на пятом этаже дежурил профи седьмого подотдела ГУ ФСБ РФ Буслаев Руслан Тимурович. Лейтенант. В штатском.
Три минуты назад он, закончив разговаривать с объектом охраны Топорковым, снова насторожился и приступил к своим прямым обязанностям, выполняя приказ полковника. В принципе, он никогда и не расслаблялся. Ни в диалоге, ни дома, в семье, в ванной или на очке.
«Что ЕМУ надо было от меня?» – недоумевал Буслаев, прислушиваясь к звукам подъезда и чувствуя каждое изменение атмосферы. Руку держал на скобе спускового крючка «МСП».
Парень расспросил лейтенанта о запасном канале связи, секретном арсенале спецснаряжения, шифрах и фамилиях теперешнего седьмого подотдела. Что-то пробурчал насчёт Чёрных Вдов. Узнал про семью Буслаева.
«Что он хотел? А глаза блестели, как у росомахи! А физиономия, как печать, как старая обшарпанная дверь коммуналки. Загримировался конкретно! Слой штукатурки, как у Майкла Джексона! Етить твою налево! Что ему надо было?! – размышлял Буслаев, кусая губу. – Сафонов разрешил давать парню любую информацию. Любую! ОС и ОВ даже! Хорошо!»
Мысли эфэсбэшника прервали шорох платья и стук каблуков по ступенькам. Кто это может быть? Жильцы? Соседи? Противник?
Идёт женщина. С нижнего этажа. Почему не на лифте? Он рабочий. Так. Внимательно! Вспоминай лица хозяек и соседок. Сопоставь. Реагируй на мелочи мимики и жестов. Страхуй лифт. Слушай все звуки подъезда.
Лифт включился. Две секунды. Едет вверх. Восемьдесят процентов – сюда. 85. 90. 95.
– Парень, внимание! Посторонние на лестнице. Витя, Гоша. Внимание. Обоюдный подход к объекту, – отчеканил Буслаев в эфир и напрягся, заметив женщину с хозяйственными котомками.
Никита воспринял сообщение так же внимательно, как и поняла «наружка» ФСБ.
Топорков не знал, что у него на раздумья и действия остаётся полторы минуты.
Агенты внешнего поста наблюдения не догадывались, что это серьёзно и что их напарнику и коллеге грозит смерть. Но зашевелились, двинулись к подъезду.
А лейтенанту Буслаеву и вправду грозила смерть.
Он не узнал по фотопамяти женщину. В списке и числе жительниц дома её точно не было.
– Вы к кому, девушка? – спросил особист, пальцы его сжали рукоять небольшого спецпистолета.
– К Ерохиным, в сто пятьдесят четвёртую квартиру. А что? – возмутилась женщина, начав трясти сумками, из которых выпали две спелые хурмы.
– А-а-а… к Ерохиным… – замялся Буслаев, буравя незнакомку взглядом профи, но услышав лязг остановившегося лифта и скрип открывавшихся дверец, – Тревога! Тре…
Сотрудники ФСБ «Витя» и «Гоша» кинулись к девятиэтажке, надрывно вызывая по рации Сафонова.
Топорков услышал на лестнице и площадке сухие щелчки и стоны, отпрянул от двери и метнулся в комнату. Но застыл на пороге, вздрогнув от неожиданности.
Прямо в метре от него гипсовая голова академика Сахарова разлетелась на куски, рассыпавшись по креслу и полу. Вслед за этим раздались звон стекла на окне и хруст картины. Портьера шелохнулась, родив на ткани дыру величиною с олимпийский рубль СССР.
Фокус, уловка сыщика Шерлока Холмса удалась. Сыграла-таки свою роль подставная фигура!
Никита моментально переиграл ПДД и увидел косяк двери. Не случайно заметил, а именно увидел, направленно и запланированно. Старый хитрый приём должен выручить и здесь!
Топорков запихал документы в бумажную папку и засунул её под тренерку на грудь. Ей-богу бронежилет! Липовый!
Выхватил «Зарю», приготовил к боевой деятельности «Стерлинг Мк-7» и ловко полез на дверной косяк, выступающий над стенами комнаты на два сантиметра.
Невольно вспомнилась родная Шумень, перестрелки в помещениях. Грозный, Чечня. Городская война. Выживание и смертельные поединки. Когда за любым поворотом или стеной таился враг, где тебя ждали боль и вечная тьма.
Упираясь руками в потолок и осторожно передвигая в удобное положение ступни ног, искривляясь всем телом, парень занял исходную позицию. Этакий червь на стене!
Аккуратно дотягиваясь до спускового крючка пальцем, Никита услышал щелчок в замке входной двери.
Без скрипа, шороха и возни в квартиру проник враг.
Как паук, спец из «Чёрных Вдов» шевелил конечностями и пробирался по коридору. Страшный зрачок набалдашника ПБС «Макарова» глядел вперёд по ходу движения тела и глаз человека.
Прошла минута. У Топоркова начали затекать спина и запястья левой руки. В коленях появилась предательская дрожь от перенапряжения.
Спас случай! В подъезде громко заговорили, где-то хлопнула дверь. Кто-то ругался.
Киллер шмыгнул в кухню, профессионально осмотрел туалет и ванную комнату, мастерски безопасно для себя расхабаривая двери, затем подкрался к комнате. Время на задание истекало, крики на лестнице торопили к действиям. Но он тщательно продолжал поиск и осмотр.
«Вот чёрт!» – подумал Топорков, выворачивая кисть правой руки с зажатым в ней оружием.
В комнату влетела граната вроде «Зари» или «Астры», для светошумового эффекта.
Без слов! Что делать в такой ситуации?
Доли секунды, секунда. Сейчас ещё две и всё! До конца жизни если не слепой, то глухой, точно. Бывает и труп.
Никита отпустил руки и расслабил тело. Начал падать. И в воздухе выстрелил в размытую фигуру. Ещё выстрел. В район головы и шеи. Почти контрольный.
Сам опрокинулся и пружиной взмыл вверх, зажимая ладонями уши и зажмуривая глаза. По инерции падения прыжок не удался, но тело кулём повалилось на только что ликвидированного киллера.
Страшный треск и ужасный гул прокатились по квартире, оглушив людей в подъезде и соседскую кошку.
Ослеплённый умирающий мужчина в клетчатой рубашке извернулся, вздрогнул и замер. Из его ушей и носа брызнула кровь. Никита присел на корточки так низко, что ягодицы коснулись пола. «Стерлинг» устремил взор в коридор. Никого!
Опасаясь снайпера в соседней «девятине», Топорков скрытно миновал коридор и прихожую, выглянул на лестничную площадку.
Неподвижное тело Буслаева на ступеньках и труп женщины у батареи отопления с окровавленным лицом. Рассыпанные там и сям фрукты, крики и испуганные причитания соседей.
Парень стрелой прыгнул к лифту. Но лифт был уже кем-то занят и, судя по всему, подъезжал к этому этажу.
Топорков быстро осмотрелся и кинулся наверх, через этажи. К полутёмной загрязнённой железной лестнице, чердаку и спасительной крыше. Он надеялся на спасение!