Сергей Коротков – Гонка преследования (страница 34)
– Товарищ майор, это Рысь, разрешите обратиться?
– Слушаю, капитан. Есть новости?
– Докладываю. Вышли на прямой контакт с целью. Захватить ее не удалось. Помешали черные, вступились за него. Пришлось поменять план, вынужден был обойтись без кровопролития и потерь. Цель помечена маячком, снабжена накопителем и снарягой, в данный момент проникает в город. Ведем визуальную и радиоэлектронную слежку. Черные рядом. Действовать самостоятельно и отдельно не имею возможности. Какие будут указания?
– Накопитель у него? Он один пошел в логово? Капитан, ты уверен, что он выполнит задание, порученное твоей группе?
– Уверен. Прокачал его. Парень дерзкий, борзый, но шустрый малый. Вижу в нем того, кто сможет для нас сделать все как следует. Под мою ответственность.
– Хорошо, Рысь. Держи меня в курсе дел. Оперативно. Если нужна помощь, сообщай.
– Есть. Помощь явно понадобится, поэтому прошу подготовить тактическую группу с броней и винтами. На всякий случай.
– Рысь, ты же знаешь, полеты над закрытой территорией с блуждающими аномалиями чрезвычайно опасны. Насчет брони и штурмовой группы понял, принял. Для оперативности формирую ее сейчас и выдвигаю на указанные координаты. Жду привязку. Как понял?
– Понято, товарищ майор. Отбой связи.
Решение больше не красться по лесу и смело идти по открытой местности Трешу далось нелегко. Все же это была не его тактика. Его вотчина – лес, естественные укрытия, ловушки, чтение знаков, преследование. А здесь топай прямо, морду кирпичом под душной маской респиратора, молчи, не глазей, держи осанку. Но план хитроумный, ничего не скажешь. Хитрый и наглый, как и любил Страж. Благо его проконсультировал Аперкорт, даже пароль сектантов сообщил, ранее перехваченный в радиоэфире. Он собрал волю в кулак, постарался дышать ровно и делать шаг четче, словно у Вечного огня, как в молодости, в школе. В горле пересохло, между лопаток и под мышками вспотело. Все же в этой змеиной шкуре, в чужой враждебной экипировке, он чувствовал себя крайне неуютно.
И тут лжелегионер увидел мобильный пост «Бастиона», заметивший и его. Они стали сближаться.
– Брат, назови свое имя и пароль, – строгим голосом встретил Треша старший тройки легионеров, судя по положению ладони на рукояти «Отбойника», готовый открыть огонь на поражение.
– Рядовой Рамштайн, позывной тройки Матильда, пароль Кристофер, – таким же ледяным голосом ответил Треш, ощущая, как страх сковал его конечности.
– Матильда? Но вы пропали еще четыре дня назад. Как же… – опешил младший офицер-легионер.
– Блуждающая аномалия, шайзе! – зло проговорил Треш, респиратор которого только ужесточал нотки в голосе. – Я обязан срочно доложить старшему офицеру Прайсу, я валюсь с ног и не намерен долго беседовать здесь, под возможным прицелом наших врагов.
– Я понял тебя, брат. Приветствую тебя! – кивнул офицер-сектант. – Конечно, проходи. Я сообщу на базу о твоем воскрешении.
– Яволь.
Треш прошел мимо трех хорошо вооруженных истуканов и долго ощущал на затылке их тяжелые взгляды. Он миновал ворота со станковым пулеметом и стационарным постом бастионовцев, сообщив пароль и им. И, оказавшись один, на ходу выудил усик гарнитуры рации и сообщил:
– Я внутри. Тот дозор хочет сообщить обо мне их руководству. Примите нужные меры, друзья.
– Не руководству, а командованию, – раздалось в динамике наушника. – Тебя понял, Рамштайн, хе-хе! Сейчас сработаем по крысам.
В тот момент, когда Треш шел по улице мимо броневика «КрАЗ Кугуар» с сидящими на нем двумя бойцами «Бастиона», позади, там, откуда он явился, раздалась пальба. Сначала редкая и хаотичная, затем интенсивная. Легионеры запрыгнули в бронеавтомобиль, который газанул и устремился на звуки перестрелки. Треш выдохнул и поспешил дальше, прижимая к боку «Вал». Отвлечение сил охраны города и ликвидация их дозора удались.
– Треш, офицер уничтожен, остальные ранены и залегли, – сообщила гарнитура рации голосом Аперкорта. – Их силы прибывают, мы оттягиваем их в лес. Ты как?
– Я нормально. Спасибо, дружище! До связи.
Треш прислушался к удаляющейся какофонии боя и нырнул во двор жилого дома. Теперь предстояло выбрать НП и провести, как говорят вояки, рекогносцировку местности. Для этого он выбрал один из высоких домов, проник внутрь через грязный обветшалый подъезд и обустроился на верхнем этаже. Абсолютно не догадываясь, что прямо над ним, на крыше девятиэтажки, давно размещен НП снайпера-легионера…
Паут наконец-то дождался появления Шрама. Тот вышел покурить на свежий после грозы воздух из подвала базы «Бастиона». «Ишь, респиратор на морду натянул, чтобы скрыть рану. Видать, Треш порядком проштопал тебе физику, кореш! Теперь ты воистину самый Шрам из всех Шрамов. Та-ак, и куда ты у нас поперся? Надо же, один, не боишься!»
Пять минут спустя наемник наколотил в КПК сообщение Трешу.
Сталкер, не торопясь надевать обратно на лицо респиратор, отпрянул от запыленного окна с наполовину выбитым стеклом, еще раз осмотрел некогда жилую комнату. На всей утвари: старой советской мебели, вышарканном паласе, настенных фотографиях и детских рисунках, на выцветших шторах и грязном полу – на всем стояла печать большой беды. «А ведь когда-то здесь ютилась семья, наверняка отец читал газету вон в том кресле, мать бренчала на кухонке посудой, а девочка, судя по куклам в углу, напевала песенку и играла возле цветка…» Он с грустью глядел на высохшее растение в цветочном горшке, осознавая, как же все-таки давно все это происходило. В груди защемило, он спешно покинул квартиру и очутился на лестничной площадке. Нос к носу столкнувшись со снайпером, спускавшимся с крыши дома…
Глава 14. Накал страстей
Туманск был одним из трех городов Зоны, которые местные жители вынужденно оставили после взрыва на Станции. Теперь и все эти годы он являлся неким символом глобального апокалипсиса, примером ужаснейшей на Земле техногенной катастрофы, болячкой на теле планеты. И если сама Станция, находившаяся в трех километрах от Туманска, долгое время оставалась эпицентром сильнейшей радиации, то в этом городке с радиационным фоном было намного спокойнее. Фонило в основном во всех подвалах, закрытых помещениях, в канализации. Места открытые и продуваемые, высокие сооружения не носили следов радионуклидов, что, в общем-то, наукой объяснялось.
Но в Туманске кроме этого стоило опасаться и других факторов. Сюда частенько забредали мутанты, коих с каждым годом хоть и становилось меньше и меньше по причине их интенсивного истребления аборигенами Зоны, но все же уровень опасности еще не снижался. Станция, в ходе проведенной боевой операции лишившаяся источника атомной энергии и заражения, перестала убивать округу радиацией. Но Выбросы почему-то возобновились, и причину их образования никто не знал. Для этого нужна была серьезная научная экспедиция, но на Большой земле по непонятным причинам направлять ее в Зону не торопились. То ли снова олигархи нуждались в бесценных артефактах, которые плодила Зона, то ли она все еще нужна была для каких-то серьезных секретных дел. А может, кто-то из сильных мира сего не хотел раскрывать ее тайны, обладая ими в одиночку.
Так или иначе, Туманск одновременно и пугал, и притягивал к себе. Местами зашкаливающая радиация, страшные хищники, всесильные легионеры – и все это в одном месте – действительно остужали пыл даже самых ретивых и смелых бродяг. Больше нигде в Зоне не было столь смертельно опасного места, как в этом запыленном городишке. Но все же тайны, связанные с советскими военными и научными разработками, закрытые места, недоступные для человека, обилие артефактов в подземельях, еще не тронутые квартиры и склады – все это манило мародеров, ученых и исследователей, искателей приключений и противников «Бастиона». И если со сталкерами, наемниками и бандитами, промышлявшими в населенных пунктах в поисках наживы, все было предельно ясно, как и с военными и провоенными группировками типа «Пепла», «Анархии» и «Возрождения», то что там делали легионеры натовской структуры, никто не понимал. Бастионовцы либо что-то знали, чего больше никто не знал, либо после разгрома их базы на Станции просто нашли место подальше, потише и с такой славой, которая заставляла остальных держаться подальше.
Но среди аборигенов Зоны и даже за ее пределами ходили упорные слухи о некоем секретном объекте № 101, оставшемся со времен СССР. Что могло находиться там, в пункте, относящемся к черте города, где не могли вестись какие-либо биологические, химические или термоядерные исследования – для этого на территории вокруг АЭС существовали специальные полигоны и подземные лаборатории?
Этот вопрос еще больше дразнил авантюристов всех мастей, грезивших сокрытыми в недрах таинственного бункера несметными запасами оружия, провианта, спецоборудования, артефактами и раритетами прошлого, компьютерами, напичканными бесценной информацией.