Сергей Колесников – Кипр. Альбом-путеводитель (страница 6)
Для этого исторического периода на Кипре характерна культура Филиа, ознаменовавшая возникновения новой фазы освоения острова людьми, вероятно это была очередная волна переселенцев-индоевропейцев, прибывших с материка через Анатолию, ныне территория Турции. Приблизительно с 2800 года до н. э. изделия из бронзы начали заменять более ранние, сделанные из чистой меди, но кроме того, изменилась и идеология, и верования – в частности, получили распространение новые погребальные обряды, что явно свидетельствует о серьезном постороннем влиянии, ведь все, что связано с погребением, составляет одну из наиболее консервативных частей человеческой культуры, подверженную наименьшим изменениям. Именно с этими изменениями на Кипре связывается начало Раннего Бронзового века, который продлился почти полторы тысячи лет, с 2500 по 1900 года до н. э. Под влиянием более прогрессивных пришельцев, кипрское общество активно развивалось. Первоначально переселенцы привнесли неизвестные ранее или мало известные и не получившие особого распространения технологии поиска месторождений и добычи медной руды, а также выплавке из нее чистого металла. Однако без развития торговых связей с материком сама по себе добыча меди была в достаточной мере бессмысленна – такого количества металла на самом острове не требовалось. А вот активная торговля предоставляла возможность получения и накопления богатства, что в свою очередь требовала приобретения и развития других ресурсов и технологий. Прибывшие около 2400 года до н. э. переселенцы из Анатолии принесли не только познания в горном деле и металлургии, но и новые методы строительства зданий, новые рецепты в кулинарии, гончарном деле и ткачестве. Но это не все – переселенцы весьма основательно подготовились к исходу, они привезли с собой крупный рогатый скот – коров и волов, использовавшихся как тягловые животные. Вместе с волами на Кипре появился плуг, а с ним невиданные ранее возможности обрабатывать значительное количество земли и снимать урожаи, превышающие потребности для, собственно, выживания, что произвело на острове без преувеличения локальную сельскохозяйственную революцию. А изобилие продуктов питания, в свою очередь, стало движущей силой для быстрого увеличения населения и ассимиляции переселенцев с местными жителями, что в конечном итоге изменило и его этнический состав, образовав более-менее однородную обособленную общность людей – в этом случае, наверное, уже уместно говорить о «народе Кипра», ранних киприотах.
Дальнейшее развитие технологий, торговли и общества привело к постепенному переходу к периоду Среднего Бронзового века на Кипре, продлившемуся не так долго, с 1900 по 1600 годы до н. э., во время которого на Кипре появляются поселения раннего городского типа, в планировке которых уже есть некий общественный центр, прообраз агоры. Тогда Кипр был главным и важнейшим поставщиком меди для всех крупнейших государств этого периода: между островом и хеттами в Анатолии, минойским Крит, Египтом фараонов и городами-государствами Сирии процветала торговля, стимулируя экономическое и общественное развитие. Ранние города становятся общественными и торговыми центрами, в которых возникает местная аристократия и купечество.
Кирения. Некрополь Карми, один из склепов.
Образовавшийся примерно в 1900 году до н. э. некрополь Карми в Кирении на Северном Кипре, вероятно, использовался до конца периода Среднего Бронзового века – в находящихся там богатых гробницах нашли последний покой люди, явно обладавшие немалыми средствами и, судя по количеству склепов, такие небедные люди были многочисленны. Углубленные в землю склепы по планировке напоминают жилые дома – с внутренним двориком и комнатами вокруг него. Археологические находки свидетельствуют об активных торговых связях жителей этого поселения – кроме типичной для этого периода местной керамики, там присутствовали происходящие с Крита минойские чаши, а в одном из погребений умерший был облачен в египетский убор из синего бисера.
Там же, на стене, ведущей к склепу номер 6, обнаружено грубое изображение человека – самый ранний объемный образ человека, найденный на острове до настоящего времени. Хотя невозможно точно определить принадлежность, принято считать его образом богини плодородия. Тем не менее, можно с полной уверенностью утверждать о развитых представлениях жителей Карми о загробной жизни, и о существовании неких верований, связанных с высшим и всемогущим существом, а может, и о какой‐то форме раннего религиозного культа.
В период Средней Бронзы и позднее Кипр испытывает сильное влияние минойской культуры, ведь города-государства Крита были одними из основных его торговых партнеров. Люди, по тем или иным причинам переселившиеся с Крита на Кипр, привнесли не только свою керамику и орудия, но и присущие им верования: по всей видимости, численность переселенцев-минойцев была довольно значительной, если судить по наличию минойского храма в Пигадесе (Северный Кипр) с характерными бычьими рогами, водруженными на каменный алтарь.
Это время было для Кипра мирным и плодотворным. Но вот наступление следующего исторического периода – периода Поздней Бронзы – принесло многие потрясения и в конечном итоге превратило Кипр в территорию греческой культуры, греческого языка и преимущественно греческого населения. Начнем с того, что около 1600 года до н. э. влияние критской минойской культуры на острове постепенно уменьшается, а вместо нее утверждается раннегреческая микенская культура. Эта перемена означает начало позднего бронзового века на острове.
Невозможно осознать, что именно происходило на Кипре в этот период, если параллельно не рассматривать историческую обстановку во всем Средиземноморье. А то, что произошло, называется не иначе, как «катастрофой бронзового века». Здесь воедино слились и природные катаклизмы, вроде землетрясений, нанесших невосстановимый урон минойской цивилизации, оставивших от великолепных дворцов-лабиринтов Кносса одни развалины, и столкновение греческих племен с малоазийскими – напомню, Троянская война и гомеровская «Илиада» именно об этом, а не о красавице Елене, и нашествие гиксосов в Египте, и пришедшая по неизвестным причинам в движение лавина варварских, хотя и греческих (или, по крайней мере, говоривших на греческом языке и его диалектах) племен, устремившаяся с севера в Среднюю Грецию и Пелопоннес. Фактически, это было Великое Переселение Народов – только времен бронзового века. Это явление еще в древние времена с легкой руки египтян получило название «нашествия народов моря». Затронуло оно практически все Средиземноморье и не обошло стороной и Кипр.
Из разных источников, в том числе современных событиям, можно с достаточной долей достоверности определить племена, участвовавшие в нашествии, хотя и не все из них известны исторически. Если, скажем, довольно ясно, кто такие дорийцы, филистимляне, фригийцы, ахиява или акайваша (ахейцы, они же – данайцы), тевкры (так греки называли троянцев), то вот о происхождении шерданов, тирсенов, турша, чаккаль, данунов, шакалеша, гарамантов, луков идут ожесточенные научные споры. Великому Гомеру удалось добавить к этому перечню неразберихи – помимо перечисленных, слепой поэт упоминает среди троянских союзников еще и дарданов (это, наверное, местное племя, ведь Троя стояла у пролива Дарданеллы), карийцев, ликийцев, меонов, мизы, пафлагонцев, пеласгов, фракийцев. Очевидно, далеко не все «народы моря» имеют греческие корни – основную массу, вполне вероятно, составляло древнее доиндоевропейское население запада и юго-запада Малой Азии. Однако несомненно и то, что их союзниками были греки – как минимум, ахейцы.
Примерно понятно и направление этого нашествия – из региона Эгейского моря, с Балкан и из Малой Азии, и с территории Греции волны народов хлынули и морем, и сушей по направлению к Египту на юге, и к Хеттскому царству (территория современной турецкой Анатолии) на севере. Об этом говорят и письменные источники, и материальные следы – уничтоженные поселения и государства.
Примерно понятно, почему грекам-ахейцам потребовалось завоевывать Трою, а потом, по крайней мере их части, отправиться на Кипр, а не возвращаться в Грецию – все потому, что в Ахейской Греции в это время вовсю хозяйничали дорийцы – тоже греки, говорившие на дорийском греческом наречии, и их, по‐видимому, фракийские и иллирийские союзники, занятые как раз в это время добиванием прекрасной микенской культуры. Пусть Микены и Тиринф, как крепости, устояли, но все остальное хозяйство было окончательно разрушено, и Микены с их Львиными воротами пришли в полнейший упадок. Крито-микенской культуре повезло еще меньше – кроме прочих бедствий, на острове произошло ужасающей силы землетрясение.
Итак, дорийцы со товарищи выдавили ахейцев с их исконной территории. Ахейцы отправились завоевывать Трою (она же – Илион), населенную тевкрами, дарданами и некоторыми другими анатолийскими народами, что подтверждается и тем, что языком Трои был лувийский. Победили, но Троя, всегда испытывавшая эллинистическое культурное влияние, все же не стала греческим городом, и ахейцы сами превратились в скитальцев, ведь их собственное хозяйство уничтожили дорийцы. Разрушенную Трою заняли фригийцы, затем алеанские греки и, наконец, римляне. А ахейцы с волной народов моря покатились дальше – Троянская война не стала для них триумфом победителей, а, скорее, послужила отправной точной для начала великого переселения.