Сергей Кисин – Особенная стать России (страница 3)
Активность Ватикана значительно усилилась после Четвёртого крестового похода, в ходе которого в 1204 году была взята столица схизматиков Константинополь, а Византийская империя, духовный центр православия, более чем на полвека оказалась под протекторатом католического Рима.
В Кёнигбергской летописи за 1204 год сообщается, что папа Иннокентий III направил послов к галицко-волынскому князю Роману Мстиславичу с предложением принять католичество в обмен на королевскую корону с тем, что в этом случае папа «отдаст под его власть всю Русь». Князь Роман показал легатам свой меч, заметив, что привык брать всё необходимое железом, а не молитвою. Что вскоре стоило ему жизни от предательской руки несостоявшихся единоверцев.
В Ватиканском архиве хранится послание от 7 октября 1207 года, которое папа Иннокентий через кардинала Виталиса адресовал «духовенству и мирянам» Руси, которых Ватикан пытался склонить к унии. В нём говорилось: «Хотя вы до сих пор были удалены от сосцов вашей матери, как дети чужие, но мы по возложенной на нас, недостойных, от бога пастырской обязанности просвещать народ его, не можем подавить в себе отеческих чувств и не заботиться о том, чтобы здравыми убеждениями и наставлениями привести в соответствие члены, сообразно вашей главе… О, если бы вы захотели уразуметь, понять, предвидеть до конца и, прогнав мрак от умов своих, возвратились с неверного пути на истинный путь и покорились бы учительству того, кого Спаситель наш поставил главою и учителем всей церкви!».
Для вящей наглядности «истинного пути» на Галичину были отправлены венгерские войска короля Андраша II и польские краковского князя Лешко Белого. Историк и религиовед Борис Рамм замечал: «В Галицкую Русь выехала целая рать латинского духовенства, были изгнаны православные священники, началось принудительное „обращение“ в католичество. Венгерские оккупанты встретили ожесточенное сопротивление в народе. Пытаясь его сломить, они перешли к террору. Православные церкви подвергались разрушению. На их месте воздвигались католические костелы».
Очередная попытка перекрестить Русь завершилась в 1221 году, когда дружины новгородского князя Мстислава Удатного выбили оккупантов из Галича.
Попытки предпринимались и позже до монгольского нашествия. На Русь приезжали доминиканцы, «прелестные письма» от имени папы Григорий IX отправлялись князьям Юрию и Ивану Всеволодовичам, но те оставляли их без ответа.
При этом своему легату Балдуину Альнскому папа Григорий IX писал: «Епископу Семигальскому, легату апостольского престола епископ Григорий, раб рабов Божьих. Тебе как брату вверенной нам властью вменяем, чтобы все христиане, в пределах границ твоего посольства живущие, не помышляли заключать мир или перемирие ни с язычниками этих земель, ни с рутенами, и не собирать чинш, пока ты остаешься легатом, без твоего согласия. Всеми силами постарайся унять противников, живущих в пределах твоей легатской области».
Для более весомого давления на рутенов-русичей предписывалось наложить запрет на поставки на Русь оружия, железа, меди, свинца, лошадей и продовольствия. Показательно, что столь популярные в наше время «экономические санкции» были наложены как раз в период, когда в Новгороде разразился сильнейший голод, а с Востока угрожала страшная опасность.
Следует пояснить, кем были духовные отцы католической церкви, отправлявшие с одного из знаменитых римских холмов многочисленные уверения в христианской любви и дружбе на «варварскую Русь».
Папа Григорий VII, в миру Ильдебрандо Бонизи, сын тосканского кузнеца. Известен несколькими подвигами на Святом престоле. Именно ему принадлежит введение в 1075 году целибата-безбрачия для всех католических священников – института, который в православии обязателен только для чёрного духовенства.
Именно этот папа в январе 1077 года достиг апофеоза многолетней борьбы за инвеституру с европейскими монархами: отлучённый от церкви император Священной Римской империи германской нации Генрих IV босой, простоволосый, во власянице три дня покаянно молился перед тосканской крепостью Каносса, куда его отказывался пустить папа, запершийся там со своей любовницей маркграфиней Матильдой (ничуть не нарушая целибата).
Французский писатель Лео Таксиль так охарактеризовал папу Григория VII: «Это он поддерживал избрание Григория Шестого, купившего престол (рассчитывая использовать последнего для проведения своих реформ), а впоследствии выступал за его низложение. Это благодаря его влиянию и интригам Николай Второй получил тиару; это он заставил кардиналов избрать Александра Второго без санкции императора. Это ему Петр Дамиани написал: „Я уважаю папу, но тебе я поклоняюсь, простершись ниц: ты делаешь его господином, а он тебя богом“. И далее, жалуясь на его безграничный деспотизм и огромное честолюбие, он называет его „святым сатаной“. Позднейшие историки именовали Григория Седьмого еще и „адской головешкой“».
Папа Иннокентий III, надев тиару, сразу провозгласил: «Власть королей простирается только на отдельные области, власть Петра обнимает все царство». Папа был просто одержим идеями борьбы с еретиками, язычниками и восточными схизматиками огнём и мечом, для чего инициировал создание Тевтонского ордена и Ордена меченосцев. Эти ордена в начале XIII века под предлогом крещения устроили настоящий террор на южных берегах Балтики, практически полностью уничтожив народ пруссов. Выжившие были насильственно латинизированы, утратив и язык, и традиции своего племени.
Иннокентий стал идейным вдохновителем Четвёртого крестового похода, когда рыцари-пилигримы вместо вожделенного Иерусалима вдруг резко изменили направление и штурмом взяли ненавистный Ватикану «схизматический» Константинополь.
Вишенкой на папском торте оказался крестовый поход против альбигойцев Южной Франции, когда будущий основатель ордена доминиканцев Доминик де Гусман и граф Симон де Монфор с благословения Его Святейшества устроили геноцид в Гаскони, сгубивший по некоторым оценкам не менее 20 тысяч человек.
Лео Таксиль заметил: «Весь христианский мир был потрясен страшным зрелищем: люди, вздернутые на виселицах, сожженные на кострах, замученные пытками только за то, что они отдавали свои помыслы одному всевышнему богу и отказывались верить в пустые церемонии, придуманные людьми».
Именно этот папа предлагал князю Роману «отдать ему Русь» под цивилизаторскую десницу.
Папа Григорий IX (Уголино деи Конти де Сенти) обессмертил себя тем, что в 1231 году учредил инквизицию для борьбы с язычниками и еретиками. Под теми и другими понимались жители прибалтийских племён, Новгородского и Псковского княжеств, на которых папа направлял мечи крестоносцев.
Так что русские князья были вполне в курсе, с какими просветителями и культуртрегерами имеют дело.
После Батыева же нашествия для очередной волны ватиканской активизации появились новые основания: крушение единого государства под ударами монголов, завоевание духовного центра православия Константинополя крестоносцами в 1204 году и основание на базе Византии католической Латинской империи, давние попытки Ватикана вовлечь Русь в унию с католицизмом с последующим подчинением римскому понтифику.
С другой стороны, в 1267 году великий хан Менгу-Тимур выпустил ярлык об освобождении православной церкви от дани «как первые цари их пожаловали». В этом документе оговаривалась неприкосновенность церковного недвижимого имущества: «церковные земли, воды, огороды, винограды, мельницы, зимовища, летовища» и возвращение ей всего ранее отобранного. «А что церковные люди: мастера, сокольники, пардусницы, или которые слуги и работницы, и кто ни будет их людей, тех де не замают ни на что, ни на работу, ни на сторожу». В столице Золотой Орды Сарае в 1261 году даже была создана Сарайская православная епархия. Покровительство монголов церкви имело вполне осязаемый смысл – священничество не только провозглашало «многая лета» ханам, но и удерживало население от восстаний захватчикам.
То есть, для ватиканской пропаганды проордынская ориентация русского духовенства была настоящим подарком.
На это и указывали католические посланцы, подчёркивая непатриотический характер «схизматиков» и отказ их от сопротивления «варварам». В свою очередь Ватикан предлагал русским князьям в ответ на смену веры королевскую корону из рук папы и военную помощь от «братьев-крестоносцев».
Таким образом, перед владетелями разгромленного феодального государства возникла малорадующая дилемма: либо сохранить православную веру, но полностью интегрироваться в огромную Монгольскую империю на правах мелкого нойона, исправно платить ясак и «налог кровью», отправляя воинов сражаться под ханскими бунчуками, либо сменить веру, принять папскую инвеституру, но получить королевскую корону с последующей гарантированной кровавой войной с Ордой. В первом случае из страны вымывались бы наиболее здоровые и сильные мужчины (военные, ремесленники, мастеровые, учёные, хлебопашцы), красивые и здоровые женщины в качестве рабынь, обрекая территорию на запустение и обнищание. Во втором – затяжная война в компании сомнительных союзников, уже не раз битых монголами, но жаждущих расширения своего влияния на новые территории.