Сергей Ким – Предатель (страница 50)
Музыка начала затихать, и мы с Ольгой остановились друг напротив друга в финальном движении.
- Благодарю за прекрасный танец, ваше высочество, - я поцеловал руку принцессы.
- На самом деле я не знала, что ты умеешь танцевать танго, - призналась Романович, слегка раскрасневшись.
- Ну, как ты уже могла заметить – во мне полно скрытых талантов…
- Превосходно! – к нам буквально подкатился князь Долгорукий. – Просто превосходно! Какой накал! Какие эмоции! Порадовали старика, порадовали… А то мне всё на молодёжь жалуются, а молодёжь у нас ещё ого-го! Барон, я похищу вашу прекрасную партнёршу на один танец?
- Как пожелает леди.
Леди пожелала станцевать с князем, а я отошёл отдохнуть…
Точнее – попытался это сделать.
Увы, но без внимания в этот вечер мне остаться не получилось.
Причём, выцепил меня не кто-нибудь, а лично ректор Академии.
- Лорд Винтер, - с улыбкой кивнул мне Долгорукий. – Или теперь правильнее говорить – барон Винтер? Не уделите пару минут?
- Разумеется, ваше благородие.
Вышли на балкон – вроде как воздухом подышать.
- Я признателен вам, барон, что вы не стали драться на дуэлях до смерти, хотя и имели на это право, - ректор сделал паузу. – Даже против Сагана.
- Я и так рассорился с кучей народа из Западных княжеств – мне до кучи только кровной мести не хватало, - я безмятежно пожал плечами. – Саган, кстати, сказал, кто его надоумил?
- А вы думаете, что его кто-то надоумил?
- Господин ректор… Я это не думаю – я это знаю совершенно точно. Студент, владеющий тёмной магией и способный нейтрализовать защиту дуэльной площадки? Он либо гений, либо его просто-напросто использовали. И что-то мне подсказывает, что второе вернее.
- Саган, к сожалению, мало что помнит, - вздохнул Долгорукий. – Мы официально исключили его из Академии и поместили под стражу, приставив лучших… специалистов. И да, мы знаем, что ему кто-то... или что-то помогло. Но никаких воспоминаний об этом у Сагана не осталось.
- Чистка памяти? – понимающе кивнул я. – Ментальный блок?
- Хуже. Заклинание забвения можно обернуть, а блок взломать, но части воспоминаний у него и правда нет.
- То есть совсем нет?
- Абсолютно, - слегка поморщился ректор. – Как будто их…
- …сожрали?
- Почему именно это слово? – моментально подобрался Долгорукий.
- Следователи Конгрегации выразились так же, да? – хмыкнул я. – Ожидаемо.
Граф пристально посмотрел на меня. Молча.
- Что? Если ему не стирали и не блокировали память, то это что-то нетипичное. И тут замешаны либо какие-то крайне редкие и специфичные чары, либо… Та Сторона. Что куда вероятнее, как по мне. И вполне естественно, что к расследованию привлечена Конгрегация – уверен, что они ещё не скоро снимут надзор с Академии.
- Для первокурсника вы, барон, слишком…
- Слишком, - не стал спорить я. – Но есть ли у меня выбор?
- Вы проницательны, барон. Вы – лучший ученик за последние годы, что поступал в Академию. У вас превосходные боевые навыки. И я уже молчу о вашем запредельном резерве магической энергии и способностях…
- Мои сёстры не хуже.
- Нет, хуже, - возразил ректор. – Но – хуже лишь вас. На фоне остальных они тоже значительно выделяются. И многих это… настораживает, знаете ли.
- Ну да, ну да, - понимающе покивал я. – Трое выскочек из провинции, маленький клан, старая кровь, не самый ходовой нынче Дар… Но я повторюсь – у нас не было выбора. Либо тебя сжирают монстры, либо ты сам пожираешь их всех. Ремесло егеря не способствует к смерти в постели от старости и к выживанию слабых. Просто долгое время нас всё устраивало.
- А вас, надо полагать, это не устраивает? – прищурился Долгорукий.
- Шон-гезин, - я невольно рассмеялся. – Просто чувство повторения – сегодня мне уже задавали этот вопрос.
- И что же на него ответили? Вы же на него ответили?
- Ответил. Потому что да – я считаю, что достоин большего и хватит сидеть уже в своей глуши. Наше призвание – убивать тварей. И в этом мы хороши. Но в мире хватает и других… чудищ. И ещё неизвестно, какие страшнее – те, что жрут крестьян на границе Ожога, или те, что развязывают от скуки войны.
- Винтеры почти никогда не вмешивались в политику, - заметил ректор. – Не считаете это своего рода предательством идеалов предков?
- И куда это нас привело? – усмехнулся я. – Политика – такая вещь… Либо ты интересуешься ею, либо она рано или поздно заинтересуется тобой. А что касательно предательства… Мне плевать, на самом деле. Пусть меня считают кем угодно – пусть даже и предателем. Я это как-нибудь переживу.
- Интрига против Запада во всяком случае – это не то, что можно было ожидать от провинциальных охотников на нечисть. Хорошо сработано – мои поздравления, барон. До кровной мести не дошли, смертельного оскорбления не нанесли, но вряд ли кто-то теперь захочет с вами связываться… Разве что, дабы выведать секреты. Пять напряжённых магических дуэлей подряд, а вы даже не показали признаков истощения… Признаюсь, даже я был впечатлён – не каждый взрослый маг на такое способен.
- Вопрос тренировок и контроля. Да, моя клетка куда более ёмкая, чем обычно, но и на заклинания я тратил значительно меньше энергии. Ни то, ни другое не является чем-то сверхординарным. Но подробностей раскрывать не буду, уж извините – клановый секрет.
- Понимаю. Но тем не менее вы всё-таки его продемонстрировали, чем привлекли к себе внимание. Вы же понимаете, что за такую ценность многие дома будут готовы на очень многое?
- А вы думаете, что я продемонстрировал все наши секреты? – я недобро улыбнулся. – Пусть пример Гедеминовича заставит задуматься – не найдётся ли в нашем арсенале управы и на другие Дары, что считались практически необоримыми?
- Если бы Золотой щит был столь абсолютен, то Конфедерацией правили бы Гедеминовичи, а не Рюриковичи, - заметил ректор. – Способов обойти такую защиту всегда хватало.
- Но я-то её не обходил – я её взломал.
- Да, и теперь твой метод изучат и повторят…
- О, удачи им всем, - фыркнул я. – Они могут искать енохианское число нужной чистоты хоть до Третьего Пришествия.
И это даже не было пустым бахвальством – самые продвинутые щитоломные чары создавали лучшие математики Пакта при помощи самых современных вычислительных машин. Повторить такое небольшой группой при помощи счёт и логарифмических линеек – просто-напросто нереально.
- Винтеры же его как-то получили. Значит, смогут получить и другие.
- И снова могу лишь пожелать им удачи, ведь она им понадобится. А что касается нас – это… ну вы знаете, - я улыбнулся. – Секретные семейные знания.
- Секретные знания можно украсть. А можно и вырвать силой…
- У Винтеров всегда имелось оружие последнего шанса, - сказал я. – Даже в самые тяжёлые времена мы не рискнули им воспользоваться, но… Кто знает, что будет сейчас? Всё когда-нибудь бывает в первый раз, знаете…
- Вы о том, что Заклинатели способны не только изгонять и убивать гейстов Голосом, но так же и призывать их? – нахмурился Долгорукий. – Это вообще-то крайне серьёзная угроза. Кто-то мог бы посчитать, что, например, Винтеров стоит… убрать. Сугубо в целях безопасности.
- Интересно, а этот кто-то рассматривал вариант, что призыв может быть завязан наоборот – на смерти Заклинателя? И тогда смерть одного из Винтеров будет максимально невыгодна тому, на чьей земле это произойдёт.
Ректор задумался. Серьёзно, надолго.
- А это вообще возможно? – наконец напрямик спросил он.
- Думаю, для вас, господин ректор, не секрет, что наш Дар, как и Дар клана Хименес, например, основан на частоте звука, заданного енохианским числом. Цепь Хименес смогли воспроизвести искусственно, Голос Заклинателей – нет. Пока нет, во всяком случае. И насколько мне известно. Однако не вижу причин, чтобы не существовало чар, чтобы превратить предсмертный выброс энергии в звук. Очень громкий и очень особенный звук…
- Не все города построены на угасших Ожогах, - покачала головой Долгорукий.
- Но многие, верно? И это не говоря уже о том, что ведь существует вероятность, что можно немного изменить частоту, чтобы Голос влиял не только на тварей, но и на людей. Как насчёт перспективы целого города, впавшего в безумие? На магов это, конечно, вряд ли подействует, но тем хуже для них – безумцы друг друга трогать не будут, а вот людей, кто оказался устойчив…
- Это всего лишь домыслы, барон, - резковато произнёс чародей.
- Может быть, - покладисто ответил я, не став спорить. – А, может быть, о чём-то таком написано в некоторых древних свитках…
- Секретные семейные знания, да?
- Они самые, господин ректор, они самые.