Сергей Ким – Предатель (страница 16)
- Тем более, что искать никого особо и не требуется, - в голосе ректора мелькнули нотки иронии. – Наследник Мазовии весьма… импульсивен, скажем так. А его поступки часто носят необдуманный характер. Однако, Академия предпочитает не вмешиваться в отношения между студентами.
- Если Академия гарантирует, что это и дальше останется конфликтом двух студентов, а не наследника Мазовии и сына провинциального графа, то меня это вполне устроит.
- В Академии учится наследник Мазовии, а не сам великий герцог, - нахмурился Долгорукий. – Всё влияние, что доступно в этих стенах, в них же и рождается.
- Хорошо, - кивнул я. – Дальше. Онейромант. Я поймал его при попытке влезть мне в голову. Сами понимаете, что это означает.
- Да, проступок тяжёлый… - ректор стал откровенно мрачен. - Ведь это может быть квалифицировано и как попытка выведать секреты семьи Винтер… Я готов пойти на отчисление этого студента, но вас это, я так понимаю, всё равно не устроит?
- Не устроит. Он и так видел то, что не должен был.
Хотя, обычный человек этого времени и решит, что мне просто снился какой-то чудовищный кошмар…
- Лорд Винтер, напомню, что стирание памяти – вещь чрезвычайно опасная и может быть применена лишь по решению суда, - переплёл пальцы ректор.
- Нас устроит и более простая компенсация. Но лишь при условии, что онейромант примет Обет Молчания. Не тотальный, но касающийся всего, что связано с нашей семьёй. А также его Дар должен быть публично обнародован.
Дар сновидцев – один из тех, что не принято афишировать. Известный каждому встречному онейромант – это, считай, уже половина онейроманта. Каждый будет знать, что поблизости есть такой субъект, каждый разумный маг предпримет меры защиты… И да, каждый кошар теперь будут валить на него.
Испытываю ли я к нему жалость? Вообще нисколько. Вторжение в чужой разум – не то, что можно оставлять безнаказанным.
- Это… приемлемо, - подумав, ответил Юрий Алексеевич. - Я займусь этим. А что касается остальных?
- Ну, если им охота и дальше посещать лазарет на регулярной основе, то это их дело, - ухмыльнулся я. – Главное, чтобы это осталось всё тем же «конфликтом между студентами».
- Пока вы не стали студентами Академии, так и будет, а вот дальше в дело вступит дисциплинарный устав, - усмехнулся Долгорукий. – И тогда вам всем будут грозить исправительные работы.
- Не страшно. И последнее. Вернее - последние, - я ощерился. - Те, кто пытался вломиться к моим сёстрам.
- Возможно, в данном случае не стоит горячиться, лорд Винтер, ведь ничего же не случилось…
- Только потому, что мои сёстры могут постоять за себя. Они же все пытались… «преподать урок». Всем нам. Думаете, они просто шли пожелать им спокойной ночи? Если на такие случаи в Академии закрываются глаза…
- Нет, - холодно произнёс Долгорукий. – На такое мы глаза закрывать не станем. Но и смертей я допустить не могу.
- О смертях речь и не идёт, - заверил я ректора. – Просто позвольте мне с ними немного… переговорить. И дайте шесть разрешений на дуэли – я знаю, что они позволены в Академии. Не прямо сейчас – позже.
- Хотите закрепить… переговоры? – в голосе Долгорукого мелькнул лёгкий интерес.
- Скорее – не допустить развития конфликта. Думаю, пара переломов заставят их в будущем воздержаться… от необдуманных действий. Но у вашего лазарета определённо прибавится работы.
- У нас хороший лазарет и хорошие целители, - лицо ректора стало неожиданно жёстким. – Но вы же понимаете, лорд Винтер, что обо всех этих вопиющих вещах мы сейчас с вами говорим лишь по причине… неоценимых услуг, что ваша семья оказала Академии.
- Прекрасно понимаю, ваше высочество, - дипломатично улыбнулся я. – Иначе сегодня я бы до последнего стоял на версии, что просто встал ночью прогуляться и к дракам в западном факультете не имею не малейшего отношения.
- Кредит нашего доверия не бесконечен. Помните об этом.
- Я это прекрасно понимаю, Юрий Алексеевич. Поэтому постараюсь не злоупотреблять им.
…И вот только поэтому я сейчас и выходил на трибуну.
Вообще, я сильно сомневался, что и правда оказался лучшим студентом при поступлении, который каким-то образом умудрился набрать за теорию и практику аж сто девяносто девять баллов. Нет, ну за испытание в лесу – ещё ладно… Но теория? И литература, мать её так? Это что, господин ректор, вот так решил отблагодарить меня за всё хорошее? Ну тогда это даже как-то мелко совсем…
Второе место с минимальным отрывом в два балла заняла Ольга Романович, которую только на сегодня в виде исключения выпустили из лазарета. Принцесса чувствовала себя уже довольно неплохо, хотя всё ещё восстанавливалась после ранения.
Третье, с результатом в сто девяносто один балл… заняла Вилли. Что вызвало у неё восторг поистине титанических масштабов. Эйла тоже проиграла ей всего два балла и заняла четвёртое место. Хильда, к нашему (а главное - её) полнейшему изумлению, оказалась в первой двадцатке. И списать бы на то, что за практическую часть ей поставили максимум баллов… Но получается, что и теоретические экзамены она весьма недурственно сдала. Значит, не зря готовились к поступлению? Значит, не зря… Может же учиться, когда надо. Просто ленивая. Паразитка такая…
Я вышел к трибуне и окинул взглядом всех собравшихся, коих тут насчитывалось почти тысяча, если считать преподавателей, охрану, прочий персонал и немногочисленных гостей.
- От лица всех первокурсников хочу сказать, что рад приветствовать всех собравшихся здесь! – зычно произнёс я, нашёл взглядом стоящего в первом ряду Западного факультета с кислой миной Гедеминовича и улыбнулся.
Ничего заранее я не готовил и не заучивал. Что я, совсем косноязычный пень, что ли? Не первый раз приходится выступать перед публикой, но почти никогда у меня не было времени или возможности подготовиться. Так что же, сейчас двух слов не свяжу?
- Уверен, что наши старшие товарищи станут нам добрыми наставниками, а мы в свою очередь сделаем всё, чтобы не посрамить гордого звания учащихся Московской Академии магии и высокого волшебства! Думаю, все знают, что в этом году поступить сюда было… весьма непросто. К сожалению, кому-то не повезло, и они уже никогда не получат второго шанса попасть сюда… Но мы – те, кто всё-таки прошёл – своего шанса упускать не должны. Да, мы пришли сюда по разным причинам, но не бывает неправильных дорого, если все они ведут в правильное место. И даже если между нами есть какие-то разногласия… - я усмехнулся. - Что ж. Время рассудит, кто из нас прав, а кто нет.
Глава 7
После окончания церемонии присоединился к теперь уже своему факультету.
Меня встретили Вилли, Хильда… и Анна с Эйлой. Впрочем, вступлению Валконен в ряды «фениксов» можно, в общем-то и не удивляться – белорусские кантоны формально не зависели ни от кого, но тем не менее сохраняли крепкие связи с соседями.
А вот Югай выглядела несколько… озадаченной.
- Так ты, оказывается, откуда-то с земель Большого стола? – поинтересовалась Эйла.
- Практически, - невозмутимо ответила Анна. – Я из Таймырского княжества.
- Это же не Большой Стол, верно? – наморщила лоб Хильда.
- Ты определённо должна подтянуть свои познания в географии, о моя недалёкая старшая сестра, - притворно вздохнула Вилли. – Это Новгород.
- А по шее? – осведомилась блондинка. – И, между прочим, я ведь угадала – это не княжество Большого Стола.
- То-то и оно, что угадала. А должна была знать. Ты же не пифия, чтобы по картам гадать.
- Таймыр? – хмыкнул я. – А почему не Гуанси?
Югай внимательно посмотрела на меня и улыбнулась.
- Тоже угадал?
- Окончание –гай, что дают лишь корейцам на русской службе - значит, ты откуда-то из новгородских факторий. Фамилия Ю нехарактерна для материковой корейской аристократии, но встречается в южных колониях Когурё. Где пересекаются новгородцы и корейцы? Гуанси, Висайя, Папуа, Сулавеси. Фамилия Ю похожа на древнекитайскую, значит Гуанси. Так что нет – я не угадал, а просто сделал логический вывод.
- Восхитительно, - Анна беззвучно зааплодировала. – Я действительно впечатлена, лорд Винтер. Ты первый, кто… сделал такой логический вывод.
- Далеко же тебя закинуло от дома, подруга, - присвистнула Хильда.
- Вообще-то я родилась и выросла в Новгороде, - слегка насмешливо ответила Югай. – Так ещё вопрос, что мне считать домом.
- И почему же тогда ты попала к нам?
Мы обернулись к говорившему. Вернее, говорившей.
Анастасия Владимировна из великого дома Рюриковичей дружелюбно улыбалась нам. Из-за её спины нерешительно выглянула Горислава и украдкой помахала нам. Было сложно не отметить, что девушки очень похожи между собой – темноволосые, сероглазые. Сёстры, кузины? Рюриковичи, южная ветвь. Спасибо Эйле – просветила. Если в точных науках Валконен оказалась не столь ультимативно сильна, как показали результаты экзамена, то вот в деле определения принадлежности к кланам ей всё равно равных не было.
- Здесь… будет интересно, - невозмутимо произнесла Анна, бросив на меня быстрый взгляд. – Мне так кажется.
- Что ж, мы рады всем, - Анастасия оглядела нас и широко улыбнулась. – Отлично, мы урвали половину первой дюжины и двоих из первой тройки! Винтеры, да? Я не слишком много знаю о вашей семье, но здорово, что вы теперь среди «фениксов». И… надо будет с вами ещё поболтать и поблагодарить за спасение моей кузины Славы. Но это позже. Так! Первокурсники! Все ко мне!