Сергей Ким – Орден геноцида (страница 9)

— Прекрасно, Хильдегарда, прекрасно, — я искренне поаплодировал ей. — А ты оказывается неплохо помнишь «Бестиарий» магистра Брема.

— То-то же, — хмыкнула кузина и стянула из корзинки Вилли печенье. Впрочем, младшая сестра на это ни капельки не обиделась.

— Теперь перейдём к эликсирам…

— О мой бог, — Хильда сделала вид, что ей плохо, упала на ковёр и принялась по нему кататься. — Ну, давай хоть в этот раз без этих эликсиров, а? Ну, у Вилли же получается хорошо, вот пусть и будет нашим клановым зельеваром!

— Кто есть член клана Винтер? — занудным голосом произнёс я.

— Боевая единица в себе! — взвыла кузина, не прекращая кататься туда-сюда.

Увы, но с тех пор, как из всего рода у нас осталась лишь одна крохотная ветвь, специализацию мы себе позволить больше не могли. Когда в клане всего полдюжины человек, уже не до такой роскоши, как выделять отдельных зельеваров, артефакторов, лекарей, боевиков и теоретиков…

Собственно, теоретическая магия под нож пошла первой — когда первостепенным становится вопрос выживания, то научные изыскания отсекаются сразу. Туда же пошла и артефакторика, тем более, что Винтеры никогда и не славились, как большие мастера по изготовлению чародейских механизмов. А все оставшиеся области в большинстве свелись к тому необходимому минимуму, что должен знать каждый из бойцов клана. Как сварить себе что-то несложное в помощь, как подлечить себя или родича, как привести в порядок артефакт, ну и всё такое.

Каждый член клана Винтер — боевая единица в себе.

Высший приоритет — умение действовать в одиночку. В любых условиях. Против любого врага. Против любого количества врагов.

Такова судьба кланов, которым когда-то не повезло. Такова наша судьба.

— Против чего применяется «шпац»? Хильда?

— Это противоядие, — прекратила кататься сестра.

— Уже хорошо. А против чего?

— Яд… насекомых?

— Близко.

— Пауков.

— Верно. Восемь баллов. Зелье «гимпель». Вилли?

— Противоядие. От яда змей.

— Молодец, двенадцать. Зелье «блиц». Хильда?

— Усиливающее. Ускорение реакции, обострение чувств.

— Время действия? Комбинации?

— До двух часов. Можно наливаться вместе с любыми усилителями до второго ранга.

— Отлично, двенадцать.

— Теперь пушки! — азартно воскликнула Мина. — Как думаете, нам может быть полезна бронебойная винтовка?

— Если она бронеход дырявит, то даже черепушку мамута возьмёт, — Хильда привстала, подперев голову кулаком. — Я бы от такой игрушки не отказалась.

— Я просто напомню, что в Войну за Эльзасское наследство саксы умудрялись мазать из своих «панцергеверов» даже по цели типа сарай, — заметил я. — Ну, то есть по королевским бронеходам АBW-5.

— Так «П-геверы» — это уже старьё, — возразила Вилли. — В Пакте уже испытывают новые винтовки — одна под усиленный 8-миллиметровый патрон, а вторая под 20-миллиметровый.

— Хрена себе, — присвистнула Хильда. — Да это уже не винтовка, а настоящая пушка. Хочу.

— «Панцергевер» под 13-миллиметровый патрон весил больше пуда, — хмыкнул я. — Сколько же весит монстр в полтора раза больше калибром? К нему колёсный станок и пара лошадей прилагаются, не?

— Не писали, — слегка смутилась Мина. — Но вот лёгкий панцергевер должен весить фунтов тридцать. У папы винтовка не намного легче, так что управиться можно.

— Восемь миллиметров против бронеходов? — хмыкнула Хильда. — Залипуха какая-то… Ай!

Сестра получила очередной воздушный щелбан.

— Следите за своим лексиконом, юная леди, — сурово произнёс я. — Вы же столбовая дворянка!

— Херанка… — потирая лоб, буркнула Хильда и взвыла, когда я ей отвесил уже не щелбан, а полноценный шлепок по заднице. — Больно же, дурень!

— Нет сквернословия — нет боли.

— У этого 8-миллиметрового просто огромная навеска пороха, — азартно продолжала тем временем Вилли. — Втрое или вчетверо больше, чем в обычном патроне того же «манлихера»! Отсюда и пробивная сила.

— Представляю, что может сделать такая пуля, даже без силы Праха, — задумался я. — Огромная сила и скорость поможет ей пробить броню, но в обычной пуле нет ни магии, ни взрывчатки. Единственное, что она может сделать — начать рикошетить внутри бронехода. Но как-то это слабо… По гейстам она была бы куда эффективнее — пробив ту же нагрудную пластину урса, она бы рикошетила ему по внутренностями.

— Оу… — сказала Хильда. — Звучит… здорово.

— Про отдачу не забываем. Такая дура наверняка лягается не хуже Мур-Мура, — резюмировал я. — А ещё — бронебойная винтовка нам явно не по карману

— Угу, — грустно протянули девушки.

Ну, в самом деле — это ж во сколько такая штука может обойтись? Наверняка не меньше чем, в полтысячи рублей золотом. Или даже в тысячу, чем дэв не шутит. А на такие траты у нас лишних денег нет…

Хотя, у нас вообще нет лишних денег.

Что нынче является источником достатка дворянских семейств? Да много чего на самом деле. Шахты и рудники, мануфактуры и торговые компании, банки и корабли.

Магические кланы рождались и жили для войны и во имя войны. Война их кормила, война давала им власть и деньги…

Но это всё в прошлом, а на дворе двадцатые годы двадцатого века от Рождества Второго Спасителя. И в этом времени кланы, что зарабатывают, продавая свои мечи и охотясь на тварей — атавизм. Пережиток древности. Ходячий антиквариат.

А мы даже не наёмничаем. Из взрослых — только дядя, куда ему бросать несовершеннолетних нас? Его жена умерла много лет назад, мои родители — тоже. Ближайших родственников нет, родня моей матери и матери сестёр — далековато и им в общем-то на нас плевать. Древность рода, чистота крови да редкий Дар — вот и всё, что есть у нас. Вот и всё, за что нас хоть немного ценят другие кланы.

Хотелось бы мне это изменить? Конкретно мне, конкретно для себя — нет. Я вполне доволен той жизнью, что живу и которой буду жить дальше. Мне уже шестнадцать, а значит — этой осенью я, да и Хильда, скорее всего, отправимся в какое-нибудь училище, готовящее боевых магов. Ничего сложного, ничего выдающегося — просто набраться знаний и немного обточить навыки, после чего… Знаю, что Хильда думает стать наёмницей, а дядя, вероятно, не станет ей препятствовать. Несколько лет в наёмниках — неплохой вариант, чтобы заработать немного денег и присмотреть какого-нибудь жениха. Пусть небогатого, но чтобы из хорошего рода и готового войти в наш клан. А я…

А я, скорее всего, хоть даже и не возглавлю наш род в будущем, но буду хранить этот дом. Буду охотиться на гейстов — как дядя, как отец, как дед. Получать небольшое жалованье от князя, что-то зарабатывать от продажи редких трав и минералов из земель Ожога да ингредиентов, остающихся от гейстов. Посватаюсь к какой-нибудь в меру симпатичной девице из небогатого, но знатного рода, да и буду жить-поживать, да детишек наживать…

Был ли я недоволен такой перспективой? Вовсе нет. В конце концов, я не амбициозен. И мечты какой-нибудь большой и великой у меня нет. Хватит и того, чтобы мои сёстры были живы и счастливы, а жизнь была относительно спокойна… Ну, насколько вообще может быть спокойной жизнь стража Арафа, пусть даже и такого маленького Арафа, как Печорский Ожог.

Единственное — Вилли бы пристроить получше… Как? Ну, я вполне могу и перебиться без платного обучения — вон, пойду в училище княжеской дружины, там бесплатно. Может, что-то подзаработаю во время учёбы, вот и хватит на что-то получше, чем провинциальный институт нашего княжества. Не Беловодье, конечно, и не Киевская Академия магии и высокого волшебства но что-то относительно приличное поискать можно — в Перми Великой и Новгороде, например…

Хотя, вот как подзаработать — это, конечно, вопрос… Кое-какие сбережения у меня есть, конечно — скопил, продавая разную хурду Ожога. Есть кубышка и у дяди — это железно. Но нужно больше. Попробовать на время каникул наняться в морскую экспедицию к северным островам? Там лишней паре рук, способной колдовать и держать винтовку всегда рады. Морские путешествия ж всегда опасными были, это сейчас с изобретением железных и броненосных кораблей стало попроще, но всё равно…

Ну и нельзя списывать со счетов то, что к северным островам ходят не ради моржовых клыков и медвежьих шкур, а ради руин Древних. А шариться по осколкам Арктиды — тоже занятие не из безопасных. И это я как потомственный охотник на гейстов, живущий рядом с Ожогом, говорю.

…Меня отвлёк громкий и резкий стук в окно.

Вилли немедленно вскочила и побежала его открывать, впуская в дом большого взъерошенного ворона.

— Хунин! — радостно воскликнула девушка, хватая птицу и начиная гладить его по перьям. — Хорошая птииичка…

«Птииичка» была вообще-то старше дяди и, вероятно, всех живущих ныне Винтеров вместе взятых. Но ворон тисканье Вилли стоически терпел.

— О, — Хильда перевернулась на полу и посмотрела на сестру снизу вверх. — Папа что-то прислал?

Мина активировала запоминающий кристалл на лапке ворона и в воздухе зажглась алая надпись:

«Буду к ночи. Можете не ждать. Всё завтра»

— Так, — я поднялся на ноги. — Значит — всем спать. Завтра ж на охоту.

Глава 5

Проснулся я рано — от боли в челюсти.

Пропускать удары от Хильды — это всегда чревато. А когда она зла от выговора — тем более. Пусть я и парень, а она девушка, но мы ещё и маги. Больше того — потомственные боевые маги, у которых раньше первого поцелуя всегда есть первый убитый враг или гейст. То, что для обычных людей начали придумывать только в этом столетии… Ну, там равенство полов всякое. Или как там его бишь? Суфризм, что ли? В общем, это для обычных людей — что-то новое, а чародейки равных прав добились много веков назад. Вот как выяснилось, что когда дело касается магии, то мускулы становятся не столь важны, как магический ранг, так и добились. У обычного рыцаря были братья, ещё братья и самые младшие братья, которые могли встать в строю, а вот у колдовского рода были ещё и сёстры, дочери и тётки. Которые даже при минимальном обучении увеличивали число бойцов клана вдвое, а то и втрое. А у кого магов больше, тот, в сущности, и побеждает в большой войне или в войне на истощение…