Сергей Ким – 2018: Северный ветер. Том 2 (страница 6)
- Как обычно – ты говоришь отвратительно логичные вещи, - поморщилась чёрная жрица.
- Там будут леса, а с нами будет Шари – думаю, со своими сородичами она в случае чего общий язык найдёт.
- Сергей, не забывай - Шари только четвёртый месяц как выбралась из своего леса.
- И ты не забывай, что ей пришлось повзрослеть за эти четыре месяца едва ли не больше, чем за четыре года.
Эрин вновь побарабанила пальцами по броне «тигра» - на этот раз откровенно раздражённо.
- Я... Мне нравится путешествовать с вами, - наконец произнесла апостол. – Я бы хотела, чтобы всё и впредь было так же, как и сейчас.
- Нам тоже нравится, что ты путешествуешь с нами, - кивнул Сергей. – Мне – точно. Слушай... Разгром Орды и даже поход на север – это же не так долго, реально пара месяцев всего, из которых основное время на дорогу уйдёт. На Земле будет январь – я поговорю, чтобы нам всем дали небольшой отпуск. Выберемся во Владимирск, посмотрим на современный город, покатаемся на лыжах...
- Звучит неплохо... - прищурившись, улыбнулась девушка. – Звучит как обещание! А Шари отпустят? На Земле же нет фейри.
- Ей будет достаточно выучить слово «косплей», и никаких вопросов не возникнет – только очередь желающих сфотографироваться.
- И что это такое, этот ваш косплей?
- Это когда кто-то наряжается эльфами или прочими вымышленными персонажами.
- Дикость какая, - фыркнула апостол. – Но мне нравится! И значит... увидимся после победы над Ордой?
- Да, - улыбнулся Вяземский. – Конечно увидимся.
- Чудно! – воскликнула Эрин и неожиданно наклонилась к майору.
Порывисто обняла его и поцеловала в щёку.
- На удачу! – крикнула апостол и рванула прочь...
Сергей поймал её за руку, развернул, притянул к себе и поцеловал Эрин – не в щёку, в губы. Обнимать и целовать её у всех на виду, глядя в сказочного фиалкового цвета глаза оказалось... волшебно.
- Вот теперь у меня достаточно удачи.
...Вяземский посмотрел на руку, которую остановил лишь в последний момент и на спину уносящейся прочь Эрин. Потёр щёку, посмотрел в зеркало заднего вида броневика, усмехнулся.
- Может, и правда стоило так сделать?..
«Может, и стоило», - беззвучно ответил он сам себе из отражения. – «А, может, она и правда лишь хочет, чтобы «всё и впредь было так же, как и сейчас». Ты же помнишь, что Эрин тоже всего двадцать, и она впервые выбралась в большой мир? Вряд ли хочет связывать себя какими-нибудь серьёзными отношениями...»
- Если не отпустит это наваждение – сделаю так в следующий раз, - усмехнулся Сергей.
«Звучит как обещание».
2
В то время как на Земле уже минула половина ноября, и личный состав 68-го армейского корпуса перешёл на зимнюю форму одежды, на Светлояре наступившая осень совершенно не ощущалась. Так что число желающих выбраться на материк резко снизилась, а число заявок на перевод в Особый регион с Земли наоборот – увеличилось. Мягкий климат, умеренная влажность и температура около +28 манила российских военных с невиданной силой. Особенно после необычайно жаркого июня, дождливого июля, так себе августа, холодноватого сентября и традиционно мерзкого октября.
С момента вступления Орды в пределы Нового Рима минуло уже почти две недели, и пока что ситуация складывалась отнюдь не в пользу имперцев. Пара пограничных острогов на границе Гефары ещё умудрялись держаться, но в основном не благодаря храбрости и стойкости защитников, а потому что расположились они в местах, до которых диким особого дела не было. Расквартированный вдоль границы с Сорока Племенами 80-й пограничный легион огрызался, но вынужден был отступать на восток под натиском варваров. Что в перспективе могло кончится и вовсе печально, учитывая поступившую информацию о том, что ещё одна армия Орды ударила по землям лесных фейри, явно намереваясь пройти сквозь их территории до Империи.
Дорпат готовился к обороне, в нём же сосредоточились и остатки северных легионов. Подход основных сил Орды к городским стенам был уже делом всего нескольких дней: дикие прорвались далеко на юг, перерезали Железный тракт и окружили главную базу квартировки легионов – Шаурай, где оказалось много раненых после приграничных сражений.
Положение слабо укреплённой крепости было критическим – гарнизон держался уже второй день под превосходящими ударами противника, но день третий мог и не выдержать.
Поэтому было принято решение о форсировании операции, и российская армия начала действовать раньше, чем закончилось сосредоточение имперских войск.
- Китеж, это 6-12, прибыла в район работы, - Нарсиваль заложила вираж на своём «супер тукано». – Наблюдаю до десяти тысяч солдат противника. Над Шаураем имперский флаг, повторяю – Шаурай ещё держится. Проломы в стенах, пожары. Ситуация критическая. Запрашиваю разрешение на атаку.
- 6-12, атаку подтверждаем. Сожгите всех.
- Принято, - улыбнулась Нарси и бросила второму пилоту, - Игорь Иванович, держитесь.
Гарнизон под командованием трибуна Фрамера удерживал Шаурай уже второй день, хотя второй вчерашний штурм едва не закончился поражением имперцев. Бой был отчаянный – Орда бросила на приступ все силы, но легионеры пусть и большой кровью, всё же удержались.
Впрочем, третий день осады должен был стать без вариантов последним – у имперцев в строю оставалось едва пять сотен способных биться легионеров. Спасти их могло разве что чудо...
...«Тукано» рухнул вниз, разрывая низкие слоистые облака, заложил горку и снова спикировал, дав первый залп НУРСами. Четыре блока по двадцать 80-миллиметровых ракет С-8, способных одним залпом накрыть площадь размером с футбольный стадион. Удар по скученной массе пехотинцев, готовящихся к штурму, произвёл просто чудовищный эффект.
Штурмовик пронёсся над войском Орды, заложил вираж, повторил боевой заход. И так раз за разом. Нарсиваль, демонстрируя завидную выучку, снова и снова накрывала НУРСами наиболее плотные скопления противника, что уже на втором заходе было не так-то просто – Орда начала панически разбегаться.
Восемь десятков ракет кончились достаточно быстро, но в запасе ещё оставался контейнер со спаренной 23-миллиметровой пушкой и два крыльевых 12,7-миллиметровых пулемёта. И ушастая лётчица намеревалась истратить все имеющиеся к ним боеприпасы.
Штурмовка превратилась в свободную охоту, «супер тукано» нарезал круги вокруг Шаурая, находя более-менее крупную группу противников и обрушивая на них пушечно-пулемётный огонь.
Помимо непосредственного огневого воздействия, Нарси давила ещё и на психику, постоянно уводя штурмовик в облака, а затем пикируя оттуда. ГШ-23 стреляла со звуком, напоминающим треск разрываемой простыни, а затем на землю обрушивалось полсотни снарядов, превращающих тела людей в кровавую кашу.
Нарсиваль свою работу выполняла без особых эмоций, но методично и обстоятельно, будто ведя
Две дорожки от попадания 12,7-миллиметровых пуль НСВТ, заменивших некогда штатные «браунинги», перечеркнули отряд в сотню человек и напоследок накрыли боевого элефанта, свалив животное наповал.
Всё, патроны кончились тоже.
- 6-12, работу закончила. Противник потерял несколько сотен солдат, рассеян и деморализован.
- Принято, 6-12. Возвращайтесь в Надежду.
Нарсиваль напоследок снизилась к Шаураю, сбросила скорость и заложила круг вокруг крепости, несколько раз качнув крыльями.
- ...И что это было?.. – в общем-то риторически спросил Фрамер, стоя у подножья крепостной башни и провожая взглядом... что-то.
Это птица? Это дракон? Но крыльями не махал, да и вообще создавал впечатление чего-то… чего-то рукотворного. Летающий крест какой-то. Да и любой птице такая скорость даже и не снилась, не говоря уже о чудовищном рёве.
К тому же, Фрамер мог бы поклясться, что сквозь пузырь силового щита разглядел пару человеческих фигурок внутри этого… «креста». Что-то из арсенала механической магии гномов? Машина уже не наземная или морская, а летающая?
- Гнев богов... – кто-то из молодых легионеров послабее духом даже на колени рухнул.
- Аааставить! – центурион Дамастр не поскупился на несколько крепких оплеух и пинков, поднимая ослабших духом на ноги. – Какие, к воронам, боги?! Боги – это тьфу! Плюнуть и растереть! Если и есть что-то в этом мире такое могучее, то оно может быть лишь на службе имперской армии! Верно я говорю, сир?
И вопросительно посмотрел на Фрамера.
Что всегда нравилось трибуну в старом служаке Дамастре – так это простота мышления и непоколебимая уверенность в мощи Нового Рима. Самая лучшая армия, самая сильная магия, самое могучее оружие – в Империи всегда всё самое лучшее.
- Разумеется, центурион, - Фрамер кивнул и тут же пожалел об этом, потому как голова взорвалась от резкой боли.
Сказывался вчерашний удар по шлему. Сотрясение головы волновало трибуна куда больше свежего глубокого шрама на лице – глаз цел, рожа и до того не шибко красивая была, будет шрам, но от шрамов раньше времени в отставку не отправляют. А вот после ран головы – очень даже.