Сергей Ким – 2018: Северный ветер. Том 1 (страница 90)

— Сынок, — поморщился капитан. — Вот давай решать проблемы по мере возникновения, а?

— Сколько раз вам говорить, сир — никакой я вам не сы…

— Да уж бесспорно! — хохотнул моряк. — Я б такого сына с детства порол, а там, глядишь, и толк какой вышел… Но у меня только девки сплошняком. Во! Будешь сильно мне надоедать — не посмотрю, что с отцом твоим на одном корыте ходили — возьму и выдам за тебя свою средненькую, она у меня мегера знатная…

И расхохотался. Команда «Смарагда» с готовностью загоготала.

— Чего рты поразевали? — добродушно рявкнул капитан. — За работу!

Крепость Деррида уже как десять лет являлась главной базой речной флотилии на Магне — с тех пор как был в очередной раз потерян Дер-Годар, расположенный прямо в устье Великой. Несмотря на формальную принадлежность к Империи всего устья, левобережье до сих пор контролировалось слабо и налёты болотных племён были не редкостью, хотя больших набегов не случалось уже… Ну да, аккурат десять лет.

Правда сейчас от двадцати с лишним либурн осталось лишь половина, две из которых в данный момент находились в дозоре. Остальных же перебазировали далеко на север — держать речную границу между диоцезом Норик и Эосом Гефарой, ато захватившая унию Орда не оставляла попыток форсировать Великую и ударить по центральным провинциям.

Четыре боевых галеры и два десятка торговых судов, как имперских, так и скифских и даже одна лорча из Ванланга — вот и всё. Всё ж таки Деррида не только военно-морская база, но и достаточно важный торговый узел — от неё на север идёт тракт к Фориоке.

Так что вошедший в гавань кнорр под флагами одного из скифских кланов особого внимания не привлёк. Торговля с племенами, что живут близ Гирканского моря, конечно, подутихла после беспорядков в Восточном Пределе, но с наведением порядка корабли вновь потянулись в Империю. Когда сухопутный западногирканский торговый путь угас под ударами кочевников, с частью княжеств Дальнего Юга иначе как по морю безопасно торговать и не получалось.

В Новый Рим шли благовония и пряности, самоцветы, фарфор и шкуры экзотических тварей, а на Юг шли лучшие в ведомой Ойкумене доспехи и оружие, стекло, посуда и другое добро из северных уний.

Кнорр был большой, тяжело гружённый и потому с первого раза пришвартоваться у него не получилось, пришлось немного покружить по порту.

Стоящий на пирсе десятник морской стражи и старший смены аж извёлся, пока дождался — мало того, что под вечер заявились, так ещё и процедура оформления затягивается из-за всех этих манёвров…

Наконец кнорр замер у пристани, забросил швартовочные концы и спустил сходни.

— Ну и какая нелёгкая вас принесла, уважаемый? — недовольно цыкнул десятник. — Коменданта порта уже нет, ждите теперь до завтра. На берег до оформления пускать не положено.

— Вина на мне, благородный воин, — сокрушённо закивал головой прибывший купец — высокий смуглый скиф, с длинными чёрными волосами и здоровенной золотой серьгой в ухе. — Поскупился на лоцмана, понадеявшись на собственную память да на топляк напоролся — вот и задержались. Ты уж не серчай, воин, я свои грехи понял, а особливо скупость неуместную…

Купец слегка склонил голову, извлёк из-за пазухи богато расшитого золотом чёрного халата увесистый кошель и протянул его десятнику.

Тот спокойно принял мешочек, развязал, поворошил монеты, попробовал одну из них на зуб и сразу же посветлел лицом.

— Ну что ж, кто из нас не без греха, уважаемый? — ухмыльнулся стражник. — Что ж, бумаги я в конце-концов и сам могу оформить… Да и не буду заставлять вас, сир, до утра сидеть на корабле, когда совсем рядом есть тёплая постель и доброе вино. Но — только в виде исключения. И только после досмотра судна.

— Право слово, не стоит беспокоиться! — всплеснул руками купец. — Вы, конечно же, можете осмотреть моё скромное судно — там нет ничего запрещённого или контрабандного… Но, быть может, не стоит утруждать себя, о доблестный воин? Близится ночь — к чему тебе эта скучная рутина? Завтра я прибуду в комендатуру и утром же можно организовать досмотр…

Ещё один кошель перекочевал из рук в руки.

— Я вижу, что ты, уважаемый — человек чести, а двое честных людей всегда могут договориться, — щербато осклабился десятник. — Что ж, дело подождёт до утра.

Стоящие рядом бойцы лишь тихонько усмехались — официальной процедурой тут даже и не пахло, но в порту Дерриды уже давно сквозь пальцы смотрели на подобного рода вольности. Простые стражники платили долю десятникам, те — сотникам, те — коменданту порта, а уже тот был закадычным приятелем с городским головой… Рука руку моет, нога ногу чешет, как говорится.

— Я — Аменарх, сын Донарха, безмерно благодарен тебе, о воин! Да благословят Небеса твой нелёгкий труд! Нет границ моей радости, что в Империи есть столь честные и благородные люди!

— Не помню тебя, уважаемый. Первый раз у нас? Подсказать пару приличных постоялых дворов?

— Был бы весьма признателен, — склонил голову купец. — Нет ли чего достойного, но где-нибудь в стороне от порта? Я, признаться, не большой любитель… ммм… речного воздуха…

— Эй, Денус, я сколько раз говорил, чтобы всех этих рыбожоров гнали взашей от центральных причалов? Они нам когда-нибудь всех распугают своей тухлятиной… — бросил десятник в сторону одного из подчинённых, а затем снова обратился к купцу. — Как не быть? Есть такие. Значица, идёте до западных ворот, выходите, а там…

…На Дерриду опустилась ночь, и пара солдат, недовольно ворча, выдвинулась из казарм на обход пирсов, убивая время самым доступным из развлечений — болтовнёй.

— …можешь забыть, — зло сплюнул морской стражник. — И о беленьких, и о чёрненьких — обо всех. Денег в этом месяце — крокодил наплакал, а ещё начальству долю отдавать. Ты на что в бордель пойдёшь — на официальное жалованье, что ли?

— Да ладно тебе, Шед, — отмахнулся второй. — Торговля-то вроде оживилась…

— «Вроде бы», — передразнил его напарник. — У меня кузен на «Смарагде» гребцом, так он поговаривал, что опять болотники расшалились — вот их в дальний дозор и отправили. Того гляди и вовсе вся торговля в устье встанет. Тебе что — мало было, когда нобили на севере бузу подняли?

— Дык, их же успокоили, не? Говорят, там бастардке сотню лучших боевых магов из самой столицы прислали: она не то что весь Восток замирила — до самого Тёплого берега грозится дойти.

— Во-во, Тёплый берег, — снова сплюнул стражник. — А что мы уже сотню лет этих немытых дикарей из их камышей выкурить не можем — опять побоку! Не пойму я нашего Императора — такую торговлю можно было бы тут организовать, если покрепче в устье Магны вцепиться, да по берегам Гиркана всяких варваров взгреть… Да я б на месте Нашего Величества…

— Погодь-ка, Шед.

Второй имперец подошёл к краю пирса, поднял фонарь повыше, освещая грязную портовую воду.

— Чего там? Опять мертвяк всплыл?

— Не, пахнет как-то странно… — стражник принюхался. — Как будто бы земляным маслом…

— Вот чудило! Да откуда тут взяться…

Из люков стоящего рядом кнорра — того самого, что прибыл на закате — вырвалось яркое чадящее пламя. А в следующее мгновение корабль исчез в громадной огненной вспышке, испепелившей пару неудачливых стражников. Во все стороны полетели горящие обломки, но самое главное — вспыхнула сама вода в порту.

Из-за сумерек никто не заметил, что из прибывшего кнорра вытекал алхимический дистиллят нефти, который в другом мире назвали бы керосином. Корабль был доверху гружён бочками с ним, и команда с момента входа в порт начала потихоньку сливать его за борт и к ночи пятно керосина расползлось почти по всей гавани.

Полыхнувший в городе пожар сначала уничтожил все корабли у пристаней, вместе с самими пристанями, а затем и перекинулся на сам город. И лишь только слаженные действия городских вигилов позволили почти сразу же остановить огонь, отделавшись относительно малой кровью.

Однако итог был неутешителен — речная флотилия Магны лишилась восьми из десяти либурн, и протяжённую дельту Великой теперь прикрывало всего лишь две галеры.

В поднявшейся суматохе никто не заметил, куда делся тот самый скифский купец с большей частью команды…

Быть может, когда-то посреди священного Дер-Кадаша и высился какой-нибудь величественный дворец, построенный создателями древнего города, чьи имена канули в небытие. Но теперь в нём не было ничего, кроме руин… И разбитых всюду шатров Западного союза племён.

В Дер-Кадаш не жили, но встречались, чтобы обсудить важные вопросы народов Зелёного моря — здесь объявлялись войны и заключались вечные перемирия, что не выдерживали и нескольких лет. Здесь говорили о торговле, брачных союзах, разграничении пастбищ и вели религиозные диспуты, что приводили к кровопролитным сражениям.

— …Мы услышали тебя, Тёмный фейри, — рыкнул совершенно громадный — не менее восьми футов ростом — орк. — Мы услышали, что вы собираете племена Дальнего берега на войну с Римом. Но мы не услышали, почему мы должны к вам присоединиться?

— И ни слова о золоте! — рыкнул сидящий рядом орк, что был почти на голову ниже своего соседа, но всё равно был невероятно могуч. — Мы не какие-то там северные дикари, что за стальной меч и золотое блюдо готовы продать отца с матерью, не говоря уже о своих никчёмных жизнях!