Сергей Ким – 2018: Далёкое Отечество (страница 31)

Так что теперь следовало вживаться в новый клан. Если забыть о том, что вокруг люди, а не фиари, и не обращать внимание на всё волшебство и чудеса вокруг, то, по правде говоря, ничего выдающегося в происходящем не было — если бы старейшины посчитали нужным, то могли бы выдать Шари замуж в другое племя. Где точно так же пришлось бы вживаться в новый клан… Ну, почти что точно так же.

Пока что клан людей в зелёном казался девушке куда более похожим на племя фиари, чем имперцы. Глаз фиари повсюду замечал, что федералы на каждом шагу следуют принятым традициям. Никто, например, не въезжал к ним в ворота просто так — каждый совершал определённый ритуал. Согласно ритуалам, они приветствовали друг друга, молниеносно определяя более старшего по каким-то им одним ведомым признакам. Девушка ещё не понимала язык, но уже узнавала некоторые слова, которые чаще повторяли.

Лагерь федералов напомнил Шари муравейник — на первый взгляд вроде бы беспорядочное мельтешение всего и вся, но на деле — чёткое и строгое следование традициям.

Шари даже попыталась было поприветствовать новых соплеменников по их обычаю — коснувшись пальцами правой руки виска, но Ан-Хак тут же поправила девушку. Во-первых, так можно было делать, если на голове был какой-нибудь убор, а то выходило неуважение к правильности исполнения традиции. А во-вторых, так приветствовали друг друга лишь посвящённые в воины. Кем Шари, естественно, не была.

Вскоре вернулся Сергей, но почти сразу же вновь ушёл по каким-то важным делам, поручив одному из своих воинов — Эриксону — показать жилище для всех прибывших.

Новый дом оказался огромной коробкой, обшитой металлом со всех сторон и даже тут дверь была целиком выкована из металла! Шари приходилось слышать о жилищах, которые некоторые северные кланы переняли от северян-урхари и северян-людей, но на них «модуль», как его назвал Эриксон, походил мало. Множество небольших комнат, каждая — на шесть мест (и даже кровати эти безумно богатые люди в зелёном умудрились сделать из металла!!). Как раз на всех прибывших и хватило — три человеческих женщины, Ливия, Шари, ну и Эрин разумеется. Девочку-кояна потом пообещали доставить к её новой матери.

Люди в зелёном из уважения к Ан-Хак предложили ей отдельное жилище, достойное её величия, но та отказалась, решив остаться со всеми. На время, по крайней мере.

Всеобщее восхищение вызвали великолепные огромные зеркала и подаваемая из металлических трубок вода. О такой штуке, как водопровод Шари слыхать приходилось, но вживую она видела такое впервые. Вода, правда, девушке не слишком понравилась — она неприятно пахла чем-то совершенно незнакомым и на вкус была не лучше. Но пока что фиари не видела ни одного родника или речки, где можно было бы омыться, так что с хоть и неприятной, но доступной водой, похоже, стоило смириться.

Отдельно для Шари и Ан-Хак был организован визит к местным лекарям, чья обитель поражала необычайной чистотой и совершенно кошмарным сочетанием ужасных запахов. Будь её воля, Шари бы с удовольствием сбежала, но рядом была Ан-Хак, и бегать от лекарей было бы совершенно по-ребячески.

Лекарь людей в зелёном, как ни странно, оказался на вид самым обычным человеком в зелёном. Правда, в белой накидке поверх пёстрого костюма — видимо, как знак принадлежности к знахарям. Что удивило Шари, он пользовался лишь артефактами, но никакого волшебства фиари не почувствовала. Впрочем, федералы вообще с волшебством обращались очень своеобразно — сплошные артефакты и только артефакты. И при явном умении владеть тонкими силами почти каждым — ни одного мага. Странно, конечно, но чего только не бывает на свете? Чем дальше, тем яснее понимала это девушка.

Потом пришёл черёд получить новую одежду — естественно зелёную, но иной расцветки. Всякие ремни, обувь…

Одежда людей в зелёном Шари, если честно, не понравилась — не особо удобная. Не говоря уже о совершенно тяжеленной и такое ощущение, что деревянной обуви — низких жёстких сапог на шнуровке, которые моментально начали натирать ноги. Будь на то воля девушки, она бы оставила всё своё, но за время вынужденных скитаний добрая охотничья одёжка фиари поизносилась. И даже сапоги, что было особо досадно. Но выбирая между тяжёлой солдатской обувью и странного вида зелёными сандалиями, девушка всё-таки сделала выбор в пользу сапог. Вообще-то она могла бы и без особых затруднений ходить босой, но никого босиком Шари в селении не увидела, поэтому решила не выделяться.

Удивительно, но переодевшись в одежду федералов, Шари стала привлекать существенно меньше внимания, чему поначалу даже удивилась. Но, немного подумав, решила, что причина того, что люди в зелёном обращали на неё так много внимания не в том, что она фиари, а в том, что она просто непривычно выглядела.

Правда, неожиданно появилась проблема с забавной шапкой с козырьком, которую нельзя было нормально надеть, не снимая повязку с перьями. А снимать её Шари отказалась наотрез — традиции традициями, но ведь и девушка тоже имеет право не отказываться хотя бы от кое-каких собственных обычаев? Ан-Хак в ответ на это задумалась, пообещала что-нибудь придумать, а пока что закрепила шапку с козырьком на плече Шари, как делали некоторые из увиденных людей в зелёном.

Уже все вместе в сопровождении Эриксона проследовали на трапезу, которая проходила под навесом из странного вида ткани. Непривычно высокие столы, за которыми приходилось сидеть на диковинного вида белых стульях, не сколоченных, а будто бы отлитых из единого куска чего-то, напоминающего кость. Ложки из металла, посуда из фарфора, соль и специи, небрежно стоящие на каждом столе — люди в зелёном всё так же демонстрировали своё богатство, тратя его как будто какую-то мелочь.

А вот еда федералов оказалась вполне простецкой — густая похлёбка с неизвестными травами и кореньями, опять же неведомая белая крупа и варёное птичье мясо. Не евшая уже второй день Шари смела всё это в мгновение ока, найдя эти немудрённые яства настоящей пищей богов.

Заминка возникла только с непонятного вида яркими коробочками, которые выдали местные кухари. Что с ними делать — не знала даже всеведующая Ан-Хак, которая начала крутить коробочку в руках, обнюхивать её и даже готовиться разгрызть. Выход подсказал Эриксон — оказывается, с помощью специальной соломинки нужно было её в особом месте проколоть. Внутри оказался какой-то приятный на вкус ягодный напиток.

Шари про себя подивилась такой изобретательности и даже изощрённости в столь немудрённом деле, но в целом подобное не одобрила — по её мнению куда проще было бы просто дать ей кружку воды.

Между делом Ан-Хак дала по рукам своим варварам, которые уже решили было утащить ложки и ещё какие-то штуки для еды, похожие на маленькие трезубцы.

— А по башке? — поинтересовалась Эрин.

— Госпожа, так гляди какой металл, — начал оправдываться светловолосый варвар. — Добрый нож же можно сделать, а не какую-то ложку…

— Что полагается за воровство у своих? — прищурилась чёрная жрица.

— Всё, понял, госпожа.

— Нож ему нужен…

— Так у вас-то, госпожа, нож есть, — подал голос русоволосый варвар. — А нас же подчистую обмели — ни ножа, ни топорика хоть какого. Чисто голышом ходим. Какие же из нас стражи Соде но Сёдерхамн?

— Мне бы тоже какое-нибудь оружие, — аккуратно подёргала апостола за рукав сидящая рядом фиари.

А то один нож — это несерьёзно, с ним против нормально вооружённого врага выходить — всё равно что самому себе горло резать. Лук хорошо бы небольшой, топорик, дротики или лёгкое копьё. Боевым луком и уж тем более мечом Шари толком не владела — каждый фиари является охотником, но воинов среди лесных было не так уж и много.

— И то верно… — задумалась Ан-Хак, а затем обратилась к федералу. — Эриксон, а где тут у вас оружейная лавка есть? А то моим дружинникам надо бы хоть каких-нибудь доспехов и оружия раздобыть. Да и Шари тоже стоило бы что-нибудь подобрать…

— А нет у нас тут оружейных лавок, — ответил ей федерал. — У нас всё оружие выдаёт государство, своего иметь не положено.

— А как тогда быть? — пришла в недоумение Эрин.

— Хммм… А! Так вам же, наверное, всякие мечи-кольчуги нужны, верно?

— А что, можно рассчитывать и на ваши автоматы? — невинным тоном поинтересовалась жрица.

— Нет, ваше, святейшество, — рассмеялся Эриксон. — Автоматы вам не дадут.

— Жаль. Так значит, с оружием проблем нет?

— Ну, у нас же после разгрома двух имперских армий трофеев — мама не горюй. Сперва же не знали чем пленных занять, вот и заставили их хоронить своих погибших и собирать их снаряжение. Надо тебе с Кравченко поговорить — он тут самый главный.

— Это тот грозный сюзерен Сергея? — уточнила Ан-Хак. — О, это любопытно — давно хотела с ним встретиться. Шари, хочешь со мной прогуляться?

Добраться до местного военного вождя оказалось не так просто — для этого требовался проводник, иначе чужаков вполне могли бы задержать. Шари не слишком поняла, что имела ввиду Ан-Хак, говоря «задержать», но про себя решила, что их таким образом к военному вождю просто бы не допустили за несоблюдение принятых ритуалов.

Кстати, верно ли говорить, что лидер людей в зелёном — военный вождь? Может, всё-таки, мирный? Хотя, люди в зелёном — это явно нация воинов, а это у фиари военный вождь — звание почётное и уважаемое, но почти ничем не выделяющее избранного. Да — первый воин, да — во время войн или иных серьёзных угроз вся власть передаётся ему, но вся тонкость в том, что война для фиари — это очень и очень редкая вещь. Лесные жители — народ мирный и неконфликтный, в силу своей немногочисленности. К чему сражаться насмерть, если леса полны добычи и места под этими небесами хватает всем?