Сергей Кэн – Яогуай (страница 6)

– Давай ешь. Нужны силы, – после таких слов я чуть не расплакался как младенец, собрав волю в кулак взялся за плошку с рисом и не увидел на столе вилок или ложки. На том месте где стояла пиала с рисом лежали две бамбуковые палочки. Память сразу подкинула воспоминание из прошлой жизни, когда водил девчонок в восточный ресторан, там как раз к блюдам подавали похожие… Мозг сразу стал обрабатывать полученную информацию, значит я не чукча, хотя не знаю, как едят они. Я точно где-то на востоке. Китай или Япония, потому как рис, рыба и соусы, это их основные блюда, мне так казалось. Подхватив палочки со стола навалился на рис. Бабуля то же не отставала, ловко подхватив свою плошку быстро стала закидывать в рот рис палочками, я даже загляделся на этот процесс, рыбу она брала маленькими кусочками и перед тем как отправить в рот слегка обмакивала кусочек рыбы в соус. Насмотревшись стал повторять за ней, но выходило плохо. Руки болели, кожа зудела и, если сильно сгибать, начинали ныть мышцы, но я не сдавался. Голод был сильней все этого, медленно, но справился. Теперь бабка следила за мной, поджав губы. Я поставил на стол пустую пиалу, вытер рот и склонил голову проговорил

– Спасибо. Было вкусно

–Хэ! – на лице бабы Яги промелькнула тень улыбки, хотя возможно мне просто показалось, – Теперь ложись. Лечить буду

Наевшись, малость осоловел, по-другому не сказать. В теле и так сил не было, а после еды их не стало совсем. Потому стараясь меньше напрягаться просто завалился на бок, а бабуля выдернула свернутый матрас и помогла лечь на спину. Глаза закрывались сами собой, в голове была пустота и дремота наседала со страшной силой. Наблюдать за действиями моей няньки стало трудней, а вот бабуля, быстро убрав посуду и отодвинув стол, принялась раскладывать странные баночки передо мной. Последним появилась плошка с углями, бабуля тут же бросила в них пучок сухих трав, едкий дым стал заволакивать пространство. Что-то шепча себе под нос она стала смешивать в пустой пиале жидкости из баночек и полученной смесью стала натирать меня, начиная с головы. Сразу начало чесаться и жечь, на мое шипение она не обращала внимание, продолжая манипуляции. Покрыв всего меня странно пахнущим средством перевернула на живот и тут наступило время сжать зубы и не завопить в голос. Больно было не выносимо, мозолистая ладонь с силой втирала в меня лечебную мазь. Я лежал и шипел, стараясь как-то переключится от боли и мысленно просил богов о скорейшем завершении издевательств. Закончив натирать, она поставила пиалу на пол и достала кожаный сверток, перетянутый шнурком. Развязав, она развернула сверток, и я увидел там иглы, тонкие и длинные, некоторые имели желтый наконечник

– Не дергайся, – она взяла в руки одну и свободной рукой стала водить вдоль позвоночника, нащупав точку резким движеньем воткнула ее в кожу. Только сейчас я понял, что мазь, которую втирала в меня баба Яга, по ощущениям была детской забавой, а вот иглы, что вводила сейчас, стали настоящей пыткой. Потому как каждый укол дарил по истине непередаваемые чувства. От одних место укола распирало, от других дергало болью, третьих холодило

– Что… это… тако…е, – прохрипел я, пытаясь разговором отвлечь себя от боли

– Твои меридианы повреждены. Пламя выжгло многие из них. Небесная энергия не может пройти по ним. Цзю Чжень могут помочь быстрей восстановиться. Как только Чи сможет свободно течь по ним ты быстро поправишься. А сейчас молчи и терпи

Из всего сказанного мозг зацепился за цзю чжень, эти слова я не понял, и они явно принадлежали этому миру. По звучанию очень были похожи на Китай. Я мысленно повторял и повторял это. Для Японии подходит мало, возможно Корея. Как там говорят даже не представлял. Потому будем думать, что я попал в древний Китай или место очень на него похожее. Очередной укол подарил мне ощущение пожара под кожей, и я дернулся, за что тут же получил рукой по голове.

– Терпи. Ты же воин, хоть и толстый…

– Бабуль, а как мне вас называть?

– Зови Бо. Бабушка Бо. Меня многие так зовут, – и очередная игла воткнулась в мое многострадальное тело. Больше разговаривать не мог, так как приходилось плотно, сжав зубы терпеть экзекуцию и стараться не дергаться. Бабушка Бо что-то нашептывала, то склоняясь надо мной, то отодвигаясь ища новое место для укола. По окончанию процедуры я представлял из себя ежа, утыканного иглами, при этом в теле что-то происходило, так как жар сменялся холодом, а боль уходила.

Собрав пузырьки и пиалы, она встала

– Полежи пока так, а я приберусь, – это последние слова, что услышал, перед тем как уснуть.

Глава 4

Старая колдунья Бо взялась за меня всерьез. Теперь дни для меня стали настоящей пыткой. С самого рассвета и до поздней ночи она не давала мне покоя. Иглы, мази, окуривание травами все слилось в бесконечный калейдоскоп. Бывало и ночью будила, давая настои, которые нужно принимать только в полнолуние или в растущую луну. При этом она еще принимала жителей деревни, что шли к ней с просьбами и жалобами. Меня она старательно не показывала посторонним, соорудив из палок и куска полотна ширму, таким способом загородила мое ложе от взглядов. А особо любопытных вообще принимала на улице.

Надо сказать, что ее труды дали свои результаты, где-то на десятый день я смог нормально перевернуться, не кривясь от боли и в тот же день кишечник и мочевой пузырь напомнили о себе. Вот это стало для меня настоящим экзаменом на силу воли. В доме бабушки Бо не было туалета, для исполнения моциона нужно было идти на улицу, но и там было не все просто. Для того, чтоб я смог передвигаться Бо нашла две рогатины, которые я приспособил на манер костылей, обмотав развилку веток тряпками, чтоб было помягче. Таким вот макаром с помощью Бо, впервые вышел из дома. Завернувшись в шкуру и подпоясав наряд кожаным шнурком, босой, выполз на снег.

– Гадь тут, че уж, – отдышавшись проворчала Бо, – потом закопаю.

Она отступила на пару шагов в сторону. Прогулка на угол дома далась не просто. Ноги слушались через раз и постоянно норовили подогнуться. Руки тряслись и меня через шаг бросало в жар от чего весь взмок. Меня лихорадило, перед глазами постоянно прыгали черные мушки, и голова грозила отключится, отправив в небытие. Кусая губы и кляня все и вся, не стал церемониться и просить отвернуться. Исполнил все стоя, лишь немного наклонившись. После чего Бо оттащила меня в сторону, сняла шкуру и обтёрла снегом. Первая помывка после рождения в этом мире бодрила, но сил не предавала. Вернувшись в дом с радостью рухнул на свою лежанку, а Бо приступила к варке очередного зелья.

В те редкие минуты, когда меня не трогали, пытался оценить свое состояние и то, что, выбираясь из обугленной поляны не чувствовал себя так плохо, а сейчас словно разваливаюсь на куски и такому состоянию не могу найти объяснения. Это не давало покоя, не выдержав, уловил момент, когда Бо сидела и перетирала сухие травы около очага.

– Бабуль! Скажи, вот когда я выбирался, там на морозе, из обгоревшего пятна вроде нормально себя чувствовал, а когда вы привезли меня сюда сил не осталось и разваливаюсь на части. Почему так? – подполз к краю ширмы и высунулся из-за нее, смотря как она колдует над сушеными пучками.

– Спал бы лучше. А не сгорел потому что толстый, у дракона сил на тебя не хватило, – хохотнув ответила Бо, пропустил мимо ее колкость и стал ждать продолжения – может там маг был и смог прикрыть вас. Может защитный амулет какой, – она подсыпала очередную порцию трав в миску и продолжила их растирать

– А что есть такие маги, что могут справится с драконами? – мне было скучно просто лежать, а спать совсем не хотелось, а узнать про мир вокруг очень хотелось.

– Давно таких не видела. Правда сюда никто не ходит, – она встряхнула миску, рукой подхватила горсть порошка растирая пальцами.

Глянув на меня и видя, что я не отстану, вздохнув продолжила

– Достался на мою голову. Чего еще тебе?

– Интересно же, узнать…

– Интересно ему… раньше было интересно. Теперь то, ничего не осталось… Хе, – она опять принялась растирать травы в миске.

– И войны были не этим чета и маги… Сила Сестер направляла нас. Рождалось много способных, что могли управлять силой Неба. Вот были времена, – она склонила голову на бок и замолчала, словно вспоминая те далекие времена, – потом все изменилось. Хуже становилось с каждым годом. Правители кланов перестали почитать Сестер, отвернулись от них. Богатство застило им глаза. Да.

– А что ж Сестры? Почему допустили такое? – я повернулся на живот и спина тут же начала зудеть и чесаться, но на это перестал обращать внимание.

– Сестры слишком добры к нам. Все ждут, когда одумаемся, не хотят силой принуждать, – Бо взяла пестик и стряхнула с него остатки порошка, – вот и дождались. Демонов. Теперь поздно…

– Что поздно? – попытался почесать спину, от чего заныли мышцы на руке и от этого скривился, терпя боль.

– Не осталось никого, кто смог бы вернуть храмы и повернуть людей к ним, к Сестрам. Демоны, они ж не только смерть сеют, они умы пожирают.

– А если такой появится? Сможет он все вернуть как было?

– Глупый. Никто в здравом уме на такое не решиться. Тут и осталось только держаться подальше от ихнего срама.