Сергей Кэн – Прототип (страница 38)

— Надеюсь, не закрытые лаборатории Амбрелло? — я улыбнулся, представив картину моей перевозки.

— Ха, нет, все проще: один пансионат в тихом, уединённом месте, с хорошей охраной. Так что я тебя предупредил, и с сегодняшнего дня будь осторожней. Допоздна не гуляй, все понял?

— Да, — я хотел съязвить про мамочку и заботу, но не стал, — буду осторожен, шеф.

— Ты скоро из начальной локации выберешься? Сколько осталось?

— Практически готов выйти, 9 уровень, еще квест, может, пару и все, встречай, большой мир!

— Отлично, заканчивай с яслями сегодня, завтра к тебе Найс подъедет, расскажет, что делать дальше. Пора начинать то, ради чего всё и затевалось.

На этом наш разговор и закончился. По дороге домой, уже сидя в электричке, вспомнил фото человека, лежащего на траве. Скомканная одежда. Грязная, руки вдоль тела в странной позе, вывернутая голова, вся в запекшейся крови. «Это ведь я, я там лежал, как брошенная кукла. Нет. Возможно, ведь, что должен был умереть. Навсегда. Нет, такого больше не допущу. Такого больше не будет» — у меня невольно сжались кулаки до хруста костяшек.

Дома меня ждал сюрприз — родители. Куча сумок с домашними пирожками и еще какой-то вкуснотищей, суровый взгляд отца и просьба поговорить, как мужики, суета мамы, которая тут же затеяла уборку и готовку, выгнав нас на участок: «Малость погуляйте, не путайтесь под ногами». Мы с отцом переглянулись и отправились разводить мангал и вообще не путаться под ногами. При выходе из дома дал команду Игорю, чтоб помалкивал и вел себя соответствующе.

Поговорить нам так и не выпало, только разожгли угли, как приехала Наталья. Знакомство вышло экспромтом. Наталья внесла еще большую суету в наше застолье, смех, разговоры ни о чем и вкуснейшее мясо. Поздно вечером, когда провожал родителей, отец на прощанье сказал:

— Оставляю тебя, Роман, в надежных руках, тут я спокоен, — и он обнял Наталью, — еще раз рад знакомству.

И мы остались одни.

— У тебя суперские родители. Правда я не рассчитывала на такое скорое знакомство, — неся кучу тарелок со стола, Наталья пихнула меня бедром.

— Сам в шоке, — я помогал Наталье с уборкой, — все вышло само как-то. Все, это последнее, — я свалил в раковину оставшуюся посуду.

Глава 20 Что-то гномов много стало

Глава 20

Ночью, выбравшись из объятий спящей Натальи, я нырнул в игру. Появившись недалеко от центральной площади, увидел множество костров на ней и странное блеяние донеслось до меня. «Интересно, что это могло произойти, пока меня не было? — На экране интерфейса мигал значок почты. — Посмотрим, кто нам пишет и что». Открыв, я увидел несколько писем от Оло, одно письмо от нашего старого знакомого и два письма от разработчиков игры. «Так, от разрабов потом почитаю, наверняка реклама будущего обновления, от урода темного ничего хорошего не будет. Удалил его, даже не став открывать, а вот Оло задавался вопросом: куда я пропал и где меня искать, также там было предупреждение, чтоб не совался на центральную площадь, так как прибыл караван горцев, и ребята ведут себя не очень подобающе. А с моей удачей я точно влипну в передрягу. Сейчас все игроки основали лагерь за пределами деревни и не лезут к старосте. Последнее письмо как раз было послано несколько часов назад. Я написал ему что все ОК и что я в деревне.

Так, что-то подсказывает, что мне точно нужно туда сходить и посмотреть, что там и как. С этими мыслями я двинулся на отблески костров. Меня тянуло туда предчувствие или то, что не давало мне покоя, я ускорил шаг. Странная гортанная речь, рваная и резкая — это первое, что я услышал, выходя на площадь. Вонь помоев, нечистот, помет странных животных, запах жареного мяса и какого-то алкоголя — все это смешалось в адский коктейль, нос нещадно защипало, как только перешагнул невидимую линию, отделяющую центральную площадь и улицы деревни.

— Бедолага, ты кто? — голос раздался из темноты. — Ик… хто ты? — повторила темнота. Я оглянулся по сторонам, ища того, кто издает звуки, но так как костер был далеко, то вокруг была темень, и ничего не было видно. Что-то заворочалось впереди меня, икнуло и рыгнуло и на скудный свет вышло тело, покрытое волосами и шкурами:

— Че смотришь, а? — тело пошатывало и от него сильно разило дрожжами и чем-то хлебным. — Камень тебя кроши?

— Ты б протрезвел, колобок волосатый, — я смерил взглядом стоящего передо мной. — Откуда ты, клополов?

— Ты. ик… мн. угржашь?!

— Нет, кто у вас тут старший?

— М..м…м все тут, — тело махнуло здоровенной ручищей, и его повело в сторону, — че надо?

— Хотел узнать, надолго вы тут и что у вас здесь за дело?

— Утром…

— Что? — стоящий предо мной вздохнул и еще раз болезненно икнул, разговор отнимал много сил у говорившего.

— Утрм прхоть, все спят, — и тут до меня донесся слабый крик, женский.

— Это что там у вас? — я сделал шаг вперед, намереваясь пройти мимо лохматого тела.

— Дж… будь спок, гуляем, — тело встало у меня на пути, перекрывая дорогу.

— С дороги! — в это время крик повторился, и я заметил шевеление у одного из костров. — Пшёл на хрен…

— А т… что? — тело потянуло руку к поясу, и я ударил тупым концом глефы ему в грудь. Убивать я никого пока не хотел. Окованный конец глефы, пробив шкуру, скрежетнул по чему-то металлическому.

— Ты что, воин? — отдергивая глефу, проговорил я. «Как будто в камень ударил» — промелькнула мысль, и я повторил удар, приложив немного силы. В этот раз тело охнуло и завалилось на спину:

— Дааа тя щаааа … — рыкнуло тело, — ты еще подгорных бить, да я щааа кааак…

— Лежать! — громко скомандовал я, перешагивая через упавшего гнома, — и пасть закрой.

Гном остановил попытки встать и шумно выдохнул: — Сука… те ща покажут … — но рот свой так и не закрыл, потому я с поворота врезал концом глефы ему по лицу. Что-то хлюпнуло, и гном затих, а я продолжил движение к костру, от которого слышал крики.

— Бородатые, харе беспредельничать! — громко крикнул я, — в гостях так себя не ведут, али мамка уму-разуму не научила?

Внутри стал разливаться холодок. Опять со мной такое, опять я лезу не в свое дело, но сейчас они мне за все ответят. Необъяснимая дрожь, холод и жар пробежали по телу, внутри стало закипать, я покрепче перехватил глефу и двинулся на голоса.

— Ооо… жертва, заступничек, бедолага, — басовито донеслось от костра, — вот и потеха будет сейчас…

— Кто тут родню мою поминает? — от костра отделилось пять человек, которые стали меня окружать. — Герой нашелся? — многоголосое войско стало наступать. — Ща увидим, какой он герой.

Передо мной стояли здоровенные, закованные в броню гномы, лохматые, бороды у многих были заплетены в косы, злой огонек играл в глазах. «Сейчас потанцуем, волосатые колобки, никто обиженным не уйдет!» Бородатые коротышки, не сговариваясь, сдвинули щиты и достали странного вида мечи. У мечей имелся широкий и короткий клинок со странной гравировкой. — «Гномы и с мечами — это что-то новенькое, а как же топоры и секиры?» Но раздумывать над этим мне было некогда. Немного отступив назад, я завертел глефу над головой и с размаху опустил на голову крайнего.

— Кху…э…э. э… — пострадавший гном стал заваливаться набок, смрад перегара и чего-то кислого стоял невыносимый, они были пьяны и потому медлительны, сегодня алкоголь был на стороне справедливости, а я стал карающей десницей.

— Да ты страх потерял, человече. Да мы … — и тут все стало ускоряться и набирать темп. Оставшиеся гномы кинулись на меня сразу. Стальная стена щитов, запах браги и выставленные вперед клинки мечей не оставляли мне шанса на честный бой: мне ничего не оставалось как просто перепрыгнуть их, используя глефу, как шест. Перескочив орущую стальную стену, я тут же крутанулся, подсекая древком ноги одного из гномов. Ругань и ор оборвались, и гном рухнул всем телом во тьму. Остальные не сразу сообразили, что противника перед ними нет, и потому, когда до них доходило, они разворачивались и уже поодиночке нападали на меня. Это стало их концом — стараясь никого не убить, я бил по незащищённым местам: коленям, сочленениям доспехов, выставленным рукам. Ор стал сильнее, проклятья летели в мою сторону каждый раз, когда я находил слабое место в бороне и бил туда. Гномы валились на землю и выбывали из схватки.

Наша возня наделала шума в лагере гномов. От других костров ко мне потянулись новые участники драки. Так как супербойцом я себя не считал, пришлось применить тактику «измотай противника бегом»: быстро перемещаясь и стараясь не попасть под случайный удар, гонял толпу гномов по кругу, выцепляя по одному самых рьяных. Злость и ярость бушевали у меня внутри, периодически в памяти всплывал образ девчонки, стоящей на коленях: в какой-то момент я увидел ту местную с девочкой на руках и меч, занесенный над ними. После этого во мне словно взорвалась тьма. Как бомба, теплая, густая волна прокатилась по всему телу, и мне стало спокойней, потому как я знал, что вершу правое дело, что поступаю правильно. А передо мной мелькали перекошенные бородатые морды, летели капли крови, сверкали в скудных всполохах костра кленки мечей и мне было хорошо и приятно, я словно нашел то, что давно потерял и бил, бил, бил…

— Стоять, сыны Тверда! — крик, как гром, остановил нашу потеху. — Всем стоять, камнеголовые! Что здесь творится? И кто ты, воин в темном?