Сергей Кэн – Арии (страница 34)

— Выблядки гнилых болот, — я впервые услышал, как Игорь ругается, и остановился на мгновенье, — грязные пожиратели червей и лягушек. Им не жить!

На моих глазах поставленный морок Старика стекал по доспехам гнома. Он как будто стал выше и шире в плечах, а его глаза загорелись холодным огнем.

— Игорь, спокойней. Это просто игра… — попытался я успокоить, но гном не дал мне договорить.

— Смерд, ты с кем сейчас говоришь? Перед тобой стоит Бородур, сын великого отца, прародителя Денбора. Мой старший брат Громур бился с ними в Высоких горах. Уже тогда они пытались извести мой народ. Теперь они изводят твой, — при этих словах Бородур указал молотом на тела детей.

— Идем и совершим над ними правосудие. Да помогут нам боги и да услышит нас отец. Денбор, за тебя! Барук казад. Казад ай мену! — прорычал Бородур и поднял молот к небесам, в него ударила молния, при этом он весь засветился и глаза полыхнули огнем.

Мы больше не прятались. Бородур, прикрыв себя щитом, двигался посередине улицы. А я прикрывал ему спину. Так мы прошли несколько улочек и вышли на одну из центральных, там собрался небольшой отряд ушастых. Двое бойцов вытаскивали из дома кричащую женщину, остальные смотрели на это веселье, улыбаясь. Бородур, не останавливаясь ни на секунду, вломился в неровный строй бойцов, и тут же в разные стороны полетели эльфы сломанными куклами. Бросив еще живую женщину, бойцы кинулись на меня. Глефа запела заупокойную песню у меня в руках, делая оборот за оборотом, и на песок начали падать головы неудачников. Вы когда-нибудь сражались бок о бок с богом? Когда каждый удар нес смерть, оторванные конечности, раздавленные черепа и летящая кровь поверженных жжёт тебе кожу. А рядом с тобой бог наносит очередной удар и все повторяется снова. Только радость и азарт наполняют тебя, только праведный гнев проливается на преступивших черту, «смерть» — поет моя глефа, «смерть» — рыком раздается удар молота бога. Я не знал усталости и страха, это было какое-то счастье, биться вот так, в одном строю с богом. Но вот противники кончились и с меня спала пелена радости и азарта. Сразу захотелось пить, я облизнул пересохшие губы и стал искать хоть что-то из чего можно было попить.

— Глотни, смерд. Бой еще не окончен, — Бородур протянул мне флягу, и я, не удержавшись, сделал большой глоток. В моей голове словно взорвался салют, а земля несколько раз качнулась под ногами.

— Э! Один глоток, человек. Если много, то смерть, — Бородур выхватил у меня флягу. А мне стало хорошо внутри, и мир вокруг стал краше, и ярче стали краски. А звуки громыхнули прямо надо мной. Я мотнул головой, гоня наваждение, и увидел сообщение. Конвертик дергался у меня в углу экрана. Открыв, прочитал последние: «Вас угостил Бородур божественным элем. Предупреждаем, что большое количество может привести к внутреннему изменению персонажа и может повлечь за собой изменения вашего поведения. Данный напиток рассчитан только на богов и не игровых персонажей. Осторожно, вы делаете большой глоток, нарушена синхронизация персонажа. Синхронизация персонажа — восемьдесят пять процентов. Синхронизация с оружием — девяносто процентов. На вас наложено повышение характеристик на десять единиц, сроком на один час. На вас…»

Дальше я читать не стал, так как Бородур, спрятав флягу, снова двинулся дальше по улице, и я поспешил встать у него за спиной. Следующая улочка показала, что ушастые тоже что-то могут. Нас встретил заградительный отряд и дождь из стрел. Бородур поднял щит, прикрывая нас обоих, но с шага не сбился. Сколько тут собралось бойцов противника, не смог определить, так как они прятались за поваленными телегами и на крышах домов. В какой-то момент Бородур вспыхнул яркой звездой, и мы переместились за баррикады. Бой начался сразу. Пришлось немного отступить от гнома, мне не хватало места для замаха, а колющие удары не приносили должного эффекта. По мне снова прошла волна радости и азарта и снова радость от поединка и смерти противников. Мышцы гудели, глефа пела, и смерть вокруг нас собирала обильный урожай. Мы были карающей дланью, рык гнома повергал в ужас нападающих, на короткое время выводя их из боя. Я не пропускал такие моменты и рубил, и рубил. Когда все закончилось, голова моя раскалывалась от боли, во рту снова все пересохло.

— Только чуть-чуть, — фляга Бородура опять вернула меня к жизни, — дальше идем.

В этот раз мы вышли к центральной площади, и тут собрались все, кто остался цел. Нас встретили строй воинов и тот парень, на белом коне. Он что-то кричал и размахивал мечом, но слов его я не мог разобрать. Потом бойцы, сомкнув щиты, двинулись на нас.

— Последний бой, человек. Они его не запомнят.

— Почему? — мне вдруг стало интересно.

— Потому что сдохнут… Ха-ха-ха, — прокричал Бородур и стальным ядром вломился в строй противника. В этот момент земля содрогнулась и вокруг нас заклубился туман. Окутав нас пеленой, бойцы противника потеряли нас из виду.

— Серый странник с нами! Да здравствует Грань! Камень им в печень, — крик Бородура раздался совсем рядом. Ориентируясь на стоны и крики, я кинулся на помощь. Теперь пение моей глефы было низким и протяжным, словно живой организм, она пела последнюю песню тому, кто вставал на моем пути. Это уже был не бой — гном крушил все на своем пути, я, прикрывая спину ему, рубил направо и налево. Но вот радости сейчас уже не испытывал, на меня снизошло спокойствие. Мне просто было спокойно, и я точно знал, куда бить и как.

Рассеявшийся туман показал нам поле боя, усеянное убитыми эльфами. Выжил только тот парень на коне. Сейчас он был далеко от нас, пришпоривая коня, скакал прочь из деревни.

— Беги, трус, и передай своим хозяевам, что Бородур, сын Денбора, пришел в этот мир! — вдогонку прокричал гном, и свечение вокруг него погасло.

— Милорд, как хорошо, что вы живы. Я так переживал, — ко мне повернулся Игорь, гном немного уменьшился в размерах и глаза снова стали обычными.

— Игорь? Это снова ты? — я аж присел от таких перемен. — Как это понимать?

— Когда мы побежали вершить правое дело, я переживал, что подведу вас, и позвал внутри себя того, в чьем теле нахожусь, и он пришёл. А теперь, когда опасность миновала, он сказал, что я и сам справлюсь, и ушел. Так вот, милорд.

— Эт. а… да ты…А! — Я махнул рукой и сел по-турецки. — На сегодня с меня достаточно всякого волшебства.

— Так, мальцы. Отдыхаем, — за спиной раздался голос Старика, — то есть слова «скрытно» и «безопасно» я для себя произносил. Так вам мало этого, вы еще старину Бородура, собственной персоной, притащили. Кстати, где этот пьянчуга?

— Ушел… — опустив голову, произнес Игорь.

— Камень ему в дышло, — Старик повернулся и зашагал по улице, — идемте, помощь нужна.

Мы с Игорем пошли следом, ничего не спрашивая. Проходя по улочкам, на которых воевал Старик, я почувствовал животный страх, внутри меня все похолодело. Но самое страшное стало тогда, когда я увидел убитых Стариком солдат. Мумии — это самое простоя описание, которое смог подобрать. Чем он их убивал, не стал даже спрашивать. Но то, что это был не меч, точно. Так в тишине мы и добрались до дома Дамира. Его и его жену мы нашли в саду. Дамир и вправду считался великим клинком. Весь сад был завален трупами эльфов — он дорого продал свою жизнь и жизнь жены.

— Он сад любил, — тихо произнес Старик, — тут и похороним.

Не сговариваясь, Игорь стал таскать трупы, очищая сад, я же сходил в сарай и нашел там лопату. Земля была рыхлая и мягкая, или, может, мне так показалось. Выкопав одну большую могилу, мы завернули тела в плащи и уложили вниз. Закопав и соорудив холмик, встали и поклонились.

— Спи, друг мой. Теперь я присмотрю тут за всем, — стоя на одном колене, произнес Старик, — ну все. Пошли. У нас много дел.

Деревню мы покидали в полной тишине: ни пения птиц, ни лая собак. Только ветер и дым от сгоревших домов. Дойдя до нашего фургона, Старик предложил нам тут переночевать, а уж утром тронуться в путь дальше. Я попрощался со всеми и нажал на «Выход из игры».

— Вот пусть он за ним и смотрит, раз такой добрый. Да тут только Роман с головой дружит, остальные вообще не въезжают, — первое, что я услышал, когда крышка капсулы впустила меня в родной мир.

— Пионеры, мать вашу. Удумали, — голос Вадима раздавался по всему дому. В зале сейчас было полно народу. Я спустил ноги на пол и кивнул Максу, здороваясь. Макс в ответ махнул мне рукой и уставился в свой планшет. Его команда монтировала новую капсулу Толику. На вид немного другая и формой отличалась от моей и Лекса. По всей поверхности она была затянута в какую-то сетку, внешне напоминая сетку, как в микроволновке, видимо, экранирование сделали. Ребята работали в полной тишине, и только Вадим создавал шумовое сопровождение.

— Нет, вот на фига вам лезть к Роману в помощники? А? Вам что, в реале не хватает приключений? — Вадим продолжал кого-то распекать. Я поднялся и, подойдя к своему шкафу, достал спортивные штаны. В камеру стерилизации убрал мокрый комбинезон. Надо пойти посмотреть, кого там распекает шеф. Тут все равно не отсидишься, да и ребятам мешаю.

Зайдя на кухню, увидел сцену праведного линчевания. Трое: Наталья, Толик и Лекс сидели в ряд за столом, а перед ними из стороны в сторону прохаживался Вадим.