Сергей Казанцев – Взаперти-4. Дивергенция (страница 3)

Утро наступило как всегда неожиданно. Вот вокруг темнота, освещаемая многочисленными звёздами – вдруг раз, звёзды померкли, небо из чёрного стало синим. Первыми к КАМАЗу должны были выдвинуться трое: Женя, Николай и Люба, самая старшая из трёх девушек, сидевших в последней камере. Снайперами стали Андрей и Дмитрий, шеф-повар. Андрей не мог носить вещи и девушек, так как был ещё слаб, а шов на животе только затянулся, был слишком нежным и при нагрузках шов мог разойтись. Но стрелять это Андрею не мешало, тем более у него была самая лёгкая мишень фишка в гостиничном комплексе. Второй снайпер – Дмитрий. В начале этой чести удостоился Николай, но его кашель, который возникал, как всегда не вовремя, мог помешать точному прицельному выстрелу. Дмитрий же бывший военный, не жаловался на стрельбу, а практика в течение нескольких дней добавила уверенности в том, что этот старик сможет без проблем снять наблюдателя, спрятавшегося за хламом внутри здания на территории института.

Пришло время, снайперы расположились в противоположных концах здания. Синхронизировать их действия должна была Вера одна – из девушек имеющая очень звонкий голос. Она встала в коридоре и должна была передавать информацию о готовности двух снайперов.

– Готов, – прозвучал тихий голос Андрея. Его продублировала Вера, чтобы Дмитрий услышал.

– Готов! – уже бодрее крикнул Дмитрий. Вера повторила, хотя громкость голоса Дмитрия была достаточна, чтобы его услышал Андрей.

Со стороны Андрея послышался лязг металла с практически неслышимым хлопком выстрела.

– Есть! Готова! – с хрипотой крикнул Андрей.

Через секунду подобный звук прозвучал из комнаты, где сидел Дмитрий. Затем Дмитрий выстрелил ещё раз и ещё. Вокруг повисло напряжение – неужели не попал? Ответ успокоил всех вокруг.

– Снял фишку! Только их оказалось двое! Второй выдал себя, подскочив на ноги, как только я убил основного. Вот я его двумя выстрелами и приголубил! – крикнул Дмитрий, а Вера продублировала его слова остальным.

Сразу открылась дверь, впуская морозный воздух внутрь помещения, который стелился, словно туман, по полу и тройка нырнула в переход до ограждения. Первым шёл Женя в своём уже легендарном защитном костюме. В руках он держал винторез. Именно он должен был отстреливать каннибалов, если таковые появятся, чтобы не шуметь и не привлекать внимания. Николай нёс две двухкомфорочные электрические плитки и лопаты для уборки снега. Он тоже был вооружён, как и все, но оружие он мог применить только в крайнем случае. АКМ при выстреле создаёт столько шума, особенно в это раннее и спокойное утро, что соберёт всех мезотермиков вокруг. Позади всех бежала Люба, разматывая электрический провод.

Туннель преодолели быстро. Женя, оглядевшись вокруг, стараясь не шуметь, открыл железную дверь. Теперь нужно было взобраться на деревянный помост, который был занесён снегом. В ход пошли лопаты.

Опускающий лестницу механизм замёрз, и поэтому Женя просто перерезал верёвки, отчего лестница упала в снег по другую сторону ограды. Несмотря на свои габариты, лестница представляла собой увеличенное крыльцо, лестницу из досок перед входом в дом, высотой с ограждение из бетонных плит. Она легла на землю беззвучно, внизу лежал полуметровый слой снега. При этом лестница легла неровно: верхний её край не прилегал к бетонному забору, создавая внушительную щель. На исправления, выравнивания лестницы совсем не было времени. В таком случае необходимо почистить снег, затем нелёгкую по весу конструкцию подогнать к плитам забора. Следовало быть осторожным, когда пересекаешь с деревянного помоста бетонное ограждение на лестницу, иначе можно было провалиться ногой в эту щель, последствия которого могут быть печальны.

Теперь наступил самый рискованный момент. Если каннибалы сейчас нападут, то тройка, выдвинувшаяся к КАМАЗу, будет отрезана от здания. И им придётся прятаться в кунге машины, остальные же закроются в здании, где их будет трудно достать. Такой расклад был самым неприятным, так как момент будет упущен, а это означает, что они чего-то не учли. Придётся начинать всё сначала: заново следить, искать новые возможности уйти из ловушки, в которой оказались. Плюс думать, как достать ребят из машины, ведь продуктов у них не было.

Дверь в тоннель не закрывали, десятки глаз с надеждой смотрели в сторону бетонного ограждения, куда исчезли трое смельчаков. Десятки ушей прислушивались к звукам снаружи. Все молчали, не двигались, даже старались дышать помедленнее, чтобы слышать, как хрустит снег за бетонным забором.

КАМАЗ занесло прилично, особенно со стороны дороги. Освободив от снега переднее шасси, Николай мгновенно начал помогать Жене – освобождать левую сторону от снега, которого намело выше человеческого роста. Люба, заинструктированная в течение недели, молча, зная наизусть, что должна делать, нырнула под КАМАЗ. Поставила, как ей объясняли две плитки прямо на снег, убедившись, что они ровно под двигателем, подключила их по очереди к удлинителю. Тепло мгновенно наполнило внутреннее пространство под машиной. Вокруг был снег, который делал это пространство похожим на берлогу.

Николай с Женей трудились как проклятые, КАМАЗ, как говорится, занесло снегом по самую крышу, особенно со стороны дороги. На это требовалось время, которого у них почти не было. Предстояло перекидать целую гору снега иначе им не тронуться с места. Как говорится, глаза боятся, а руки делают. Солнышко уже поднялось, первые ухудшения погоды только появились в виде ветра, дальше будет хуже. Но все работали молча, каждый знал, что должен делать до автоматизма.

Женя, воткнув лопату в мягкий снег, открыл дверь водителя, которую только откопал. Боковые окна в кабине отсутствовали еще с прошлого раза. Сквозь них внутрь навалило столько снега, что перед лицом стояла сплошная белая стена. Пришлось вручную выгребать снег, буквально откапывая сиденья, приборную доску управления, рулевое колесо, пассажирское место. Как только получилось мало-мальски освободить кабину от забившей её снежной массы, Женя уселся на водительское место и осмотрел панель управления, смахивая с неё остатки снега.

Двигатель кашлянул – из трубы повалил чёрный дым, машина не завелась. Второй раз двигатель кашлял намного дольше. Пугая своим звуком, он казался в этой утренней тишине громом с небес. Дым из выхлопной трубы повалил сплошной дымовой завесой, но заводиться КАМАЗ не захотел. Немного обождав, Женя попробовал завести машину ещё раз. В этот раз двигатель повел себя шустрее, но по-прежнему выпускал серый густой дым. Уже отчаявшись, понимая, что подсевший аккумулятор долго не выдержит на холостую крутить такую махину, Женя попробовал ещё раз. Теперь звук стал похож на тот, когда двигатель схватывает, в нём идут положительные процессы в виде взрыва горючей смеси, да и дым стал белее и прозрачнее. После нескольких хлопков, которые заставляли всех троих зажмуриться и напрячься всем телом – слишком громкие они были – двигатель КАМАЗа наконец-то заурчал равномерно и не так уж громко, хотя обороты были высоки. Люба, выскочив из-под КАМАЗа схватила брошенную Женей лопату и принялась яростно на пару с Николаем очищать колёса машины от снега.

Теперь время полетело невероятно быстро. Женя, не обращая внимания на Николая и Любу, бросился к лестнице. Пока идёт погрузка, Люба с Николаем должны расчистить дорогу для машины настолько, чтобы она гружённая без проблем могла набрать скорость до того, как погрузится в снежную целину. Снег глубиной почти метр наверняка замедлит движение КАМАЗА, но для этого и нужен был разгон, чтобы тяжело гружённую махину толкала инерция, пока двигатель не освоится с нагрузкой. Вскочив на бетонный забор, Женя махнул рукой, давая понять спрятавшимся внутри помещения людям, что пора грузиться.

Первыми выдвинулись две девушки Вера и Аня, неся на себе девушек из гарема Евстафия. За ними выдвинулись Дмитрий с профессором, на их плечах так же лежали девочки. Замыкал всё шествие Андрей, он должен был сменить Женю на заборе, чтобы наблюдать за происходящим вокруг, сторожить всех на погрузке. Как только Андрей поднялся наверх, Женя рванул в переход из клеток. За ним уже спешил Николай, оставив Любу одну справляться со снегом, сейчас на погрузке нужны максимально все силы и средства.

Девушек перенесли быстро, разместив их по стаканам (клеткам для перевозки заключённых), не забыв оставить одну свободной. Пусть им было там не очень удобно, но как говорится: в тесноте да не в обиде. По крайней мере, они не смогут оттуда выпасть, так как ожидалась очень нестабильная езда.

Настю Алексей Владимирович заранее усыпил. Её, связанную, положили в чехол от палатки, в таком виде доставили в её отдельные апартаменты, где закрыли на всякиё пожарныё случай. Настала очередь оружия и боеприпасов, которые были упакованы в сумки и рюкзаки. Последним должны были грузить медицинское оборудование: расходники к нему, медицинские инструменты, лекарства, бинты, иглы, системы, стерильные перчатки – в общем, обширный спектр медицинских расходников. Эта часть груза была самой большой, но все понимали, что сейчас это очень важный стратегический груз.

Всё происходило в тишине, бегом, каждый знал, что делать, все очень торопились, понимая, что каждая секунда может оказаться последней. Первый звук выстрела говорил, что погрузка закончена не важно на каком этапе. Всё, что не успели погрузить должно быть брошено, а люди на максимально возможной скорости направится к КАМАЗу. Где погрузиться в кунг, и плотно закрыть за собой дверь. Дальше за их судьбы отвечал водитель и его помощник. От их действий зависели все, кто находился в машине.