Сергей Казанцев – ВЗаперти 2. Судьба (страница 9)

Внутреннее паническое настроение приносила в голову разные варианты событий, размышления о том, что раз в довольно посещаемое место, такое как продуктовый магазин в Кировском районе города Саратов, до сих пор, почти в течении суток так и не пришла помощь, не прибыли полицейские наряды и скорая медицинская помощь, то может быть там, на верху, действительно случилось, что-то такое невообразимо-страшное и неотвратимое, что теперь эта помощь не придёт никогда. А если это так, то не будет никакого расследования, отныне никому не интересно как умерли в магазине эти люди, а она с детьми заточена в этом продуктовом рае надолго, а может быть навсегда. От таких мыслей Юле стало не на шутку страшно, по позвоночнику побежали мурашки, а на лбу выступил липкий пот.

С другой стороны, эта мысль принесла, как ни странно, облегчение, теперь не нужно надеяться на кого-то снаружи, вся ответственность за её действия теперь исключительно на ней. Пропадают обязательства перед внешним миром, мораль, навязанная социумом, растворяется перед самым важным желанием и стремлением выжить, выжить любой ценной.

Пришло ясное понимание, что она должна делать, как действовать в данной ситуации. Именно в этот момент, когда девушке по имени Юля пришлось впервые в жизни принять очень серьёзное и самостоятельное решение, решение которое поможет спасти не только её лично, но и двух малых деток, её личность изменилась навсегда, она переродилась и родилась заново. С этого момента она не была хрупкой, слабой и вечно недовольной всем и всеми маменькиной дочкой, эту личность сменила решительная, расчётливая, сильная духом женщина, которая несмотря ни на что выживет и спасёт двух сиротинушек.

Осмотрев места, где находились мертвые юноша и женщина, Юля стала думать куда деть их трупы. Прохаживаясь по всему, не такому уж и большому как оказалось магазину, она обратила внимание на то, что на складе имеется стопка больших полиэтиленовых мешков. В отделе, где продавались лампочки, спички имелось несколько видов скотча, отличающиеся шириной и высотой намотки. Идея уже созрела, чтобы поместить тела в мешки, плотно, в несколько слоёв замотать их скотчем, так как если её с детьми не спасут в ближайшие два дня, трупы начнут изрядно смердеть, отравляя атмосферу магазина трупным ядом.

Возле кассы находились три короба холодильников, для хранения и продажи мороженного, вот в два из них наиболее больших, предварительно освободив от замороженных сладостей, Юля и решила поместить замотанные в мешки и скотч тела. В таком холодильнике трупы легко помещались, а в самих холодильниках была достаточная низкая температура, чтобы их заморозить, предотвратив таким образом разложения. Единственным опасением было это отключение электричества, тогда вся продукция магазина находящиеся в холодильниках могла растаять, затем испортиться, отравив воздух в замкнутом помещении с плохой вентиляцией.

Но эти проблемы были так далеки и казались совершенно не реальными, наивные фантазии рисовали картину, что пройдёт максимум двое суток, приедут врачи, спасатели, сумасшедших отправят в дурдом, детей и её вызволят из заточения, и всё будет хорошо, в это хотелось верить, в это невозможно было не верить, иначе страх и апатия охватывали спрятавшуюся там, где-то внутри её тела хрупкую и слабую Юлю.

Она вспомнила, что у неё сегодня день рождение, пройдя к холодильнику нашла пиво по вкусу и открыла бутылку, сделала глоток и поняла, как она сильно хочет пить, в горле совсем пересохло, присосалась к бутылке пока не выпила её всю. Алкоголь подействовал практически сразу, Юля пила очень мало и обычно бутылки пива хватало, чтобы она опьянела. Под алкогольным воздействием, она прошла к входной двери, стала наблюдать как не менее четырёх пар рук совершенно беззвучно, шевелятся сверху пластиковой двери, щупая решётку. Сумасшедшие находились на прежнем месте, их никто не увёз, не забрал, снаружи не слышался шум двигателей машин, радостный спех запоздавшей домой молодёжи. Отбросив в закутки своего разума нерешительность, будучи под лёгким алкогольном опьянением, Юля решилась и набрав несколько упаковок скотча, прихватив с холодильника ещё одну бутылку пива, направилась решать сама насущную проблему в данное время.

Реальность оказалась куда жёстче чем ей казалось, с застывшим в позе эмбриона парнем по имени Руслан, Юля провозилась около часа, опять испачкавшись с ног до головы его кровью, которая превратилась в желе. Поместив сильно отяжелевшее после смерти тело в два мешка, один на голову, другой со стороны ног, Юля с трудом переворачивая его наматывала липкую ленту по кругу. Скотч издавал характерный только ему противный, похожий на треск громкий звук. С каждым мотком Юля боялась, что она разбудит детей и они застанут её за этим занятием. Не хотелось объяснять детям зачем она это делает, они и так получили за сегодняшний день достаточную дозу стресса, что бы это могло сказаться на всю их дальнейшею жизнь. В конце концов-то из трупа получился внушительного размера кокон из плёнки скотча, который по размышлению Юли должен был предотвратить запах при разложении.

Холодильники для мороженного имели колёсики и их передвижение по гладкому кафельному полу не вызывали затруднение, поэтому закидав рыбу в длинной стеклянной витрине мороженным, таким образом полностью освободив короб от сладостей, Юля прикатила его к месту где лежало тело грузчика, подготовленное к загрузке в него.

Мёртвый парень весил немного при жизни, но после смерти, в особенности замотанный в скотч, стал тяжёлый и очень неудобный. Поднять силой своих рук почти семьдесят килограмм на метровую высоту, а затем опрокинуть в глубь холодильника труп, оказалась почти невыполнимой задачей. Помучавшись несколько минут, Юля поняла, что для неё это почти невыполнимая цель, тем более холодильник постоянно отъезжал, если она пыталась облокотить кокон на него, нужен был другой подход. Более того, женщина, лежавшая на складе, ожидая своей очереди, была гораздо крупнее и тяжелее юноши, а её тоже надо как-то поднять на метровую высоту, чтобы загрузить в короб холодильника.

Мысль пришла, когда она ходила вокруг мёртвой женщины не решаясь вынуть из её тела палку из-под швабры, так как с таким девайсом её было затруднительно поместить в мешки и замотать скотчем. На складе имелись полки, собранные из железных профилей, самими полками служили деревянные доски двухметровой длиной, вот на них то и обратила внимания Юля.

Как-то давным-давно она наблюдала, как при загрузке газели, грузчики положили подобные доски один конец на борт газели, а другой на землю, после чего, закатывали по ним неподъёмный груз. Эта идея показалась разумной для Юли, ведь укутанные в целлофан скотча тела имели овальные очертания и вполне могли при приложении небольшой силы закатиться прямо в холодильник. Задумано сделано, освободив полки от коробок и вытащив оттуда пару досок, Юля без особого труда, даже отдыхая, так как тяжесть груза не приходилось держать на весу, погрузила тело парня в холодильник. Закрыв прозрачные створки ларя для мороженного, она заклеила скотчем все их щели, после чего откатила короб холодильника ближе к входной двери, где подключила его к сети электроснабжения, холодильник загудел, замораживая мёртвое тело юноши внутри себя.

С женщиной на складе пришлось повозиться намного дольше, во-первых, палка от швабры сидела в её теле очень плотно, чтобы вытащить древко Юле пришлось упереться одной ногой в тело женщины, а палку тянуть двумя руками. Выглядело это мерзко и противоречило её моральным принципам, ведь женщина не виновата в том, что сошла с ума и погибла таким способом, хотя если так рассуждать, то лучше она, чем Юля и двое детей.

Мешки были достаточно широкими и длинными, чтобы погрузить директрису магазина в них, а вот обматывания её тела скотчем было сущим адом. Женщина весила за сто килограмм и хоть не успела окоченеть как юноша из торгового зала, но ворочать и переворачивать её тело было весьма затруднительно. Через два часа холодильник, с трупом Нины Алексеевны стоял рядом с холодильником, где находился грузчик Руслан, был включен в сеть и работал, вырабатывая холод.

Избавившись от трупов, Юля принялась за уборку, собирая бумажными полотенцами желеобразную кровь с пола, их она надёжно упаковывала в пакеты. Затем их тщательно завязывала, обматывала горловину скотчем и укладывала в большой чёрный пакет для мусора, который по мере наполнения так же подвергала тщательной упаковке, что бы воздух не мог проникнуть наружу, а запах изнутри. Убрав таким образом большую часть крови, Юля с помощью моющих средств с содержанием хлора вымыла полы до зеркального блеска, избавившись от визуальных следов и запахов недавнего происшествия.

После уборки, уже под утро, помылась сама, подогревая воду в чайнике, так как горячая вода в магазине отсутствовала, разбавляя холодную воду с кипятком в новых тазиках, что стояли на витрине исключительно в двух цветовых гаммах, зелёные и белые – они имели не большой размер, но в них помещались обе ступни Юли, этого было достаточно, чтобы вот так, сидя на корточках, и поливая себя тёплой водой из ковшика, она смогла смыть со своего бледного после зимы тела кровь, разбрызгивая красные капли на белый кафельный пол. Тщательно вымывая волосы и тело шампунями, найденными в коробке прямо на складе, Юля прямо скоблила кожу пытаясь смыть верхний слой эпидермиса, что прикасался к липке и ненавистной крови сумасшедших. Полотенце в магазине имелись только кухонные, маленькие и не очень удобные, предназначенные лишь для того, чтобы вытереть руки, такими сложно вытереть влажную спину, но пришлось довольствоваться и этим.