Сергей Каспаров – Колонизатор. Том 2 (страница 43)
— Он же еще и Магистр? — поинтересовался Иван Сергеевич, небрежно приоткрыв папку мизинцем.
— Именно так, — кивнул Кирилл Иоанович и, поставив локти на подлокотники кресла, скрестил тонкие длинные пальцы. — Но ты же знаешь, как все устроено? Просто заслуг недостаточно — нужны знакомства и связи. А еще лучше — происхождение. Все места выше титулярного советника давно расписаны. Там очередь из детей всяких дворян на годы вперед.
Ладыженский слегка пожал плечами, показывая, что да — он прекрасно понимает, как именно работают шестеренки этого мира.
— Так вот, — продолжил Мещеринов. — Этот Нелидов оказался не робкого десятка. Потребовал своего, обратившись через голову своего руководителя. В общем, тот начальник решил его проучить. Потянул за нужные ниточки, нажал на пару рычагов, и бедолагу сослали в самую глубокую дыру, которую смогли отыскать.
Ладыженский коротко вздохнул. Ага, скукота. Не он первый, не он последний.
— Кирилл, у тебя что, вдруг проснулось человеколюбие? Стареешь, что ли? Ну, хорошо. Чего ты хочешь добиться? Чтобы парня вернули на место, а «негодяя» наказали? — он поджал губы и отмахнулся. — Если это все, то разрешаю и…
— Ты не дослушал, — укоризненно покачал головой Мещеринов, продолжая слегка улыбаться в усы. — Не дал мне закончить. Его и в самом деле перевели, но сделали это грубо и в паре мест откровенно накосячили. Подставились, в общем. Не то торопились, не то решили, что и так сойдет. Но это вообще не важно. Важно, что в Твери заметили, что советнику месяцами не выплачивается жалованье. Ведомость никто не подписывает. И передали информацию нам.
Мещеринов кивнул на папку, которая лежала на столе. Ладыженский как раз ритмично постукивал по ней пальцем.
— Продолжай, — снова вздохнул Ладыженский. Он все еще не понимал, куда клонит старый друг. Но прекрасно знал, что ему свойственна некая театральность. И что в таких ситуациях лучше дать ему договорить.
— Из губернии к нам отправили служебную записку, с просьбой разобраться в ситуации, — довольно продолжил рассказ Мещеринов, явно увлеченный историей. Он указал пальцем в пол. — Письмо попало в казначейство. В руки стажера, который занимался сортировкой почты. И этот малый, представляешь, вскрыл письмо! Прочитал. И решил не пускать по стандартным каналам, а передать напрямую. Видимо, чтобы выслужиться.
— Пускай так. И кому же он передал письмо? — все еще безразлично спросил Ладыженский.
— Секретарше заместителя Департамерта о Государственных Расходов. Как выяснилось, они вместе с другими клерками бухали в баре пару раз! Прикинь?
— Я все еще не понимаю, твоего восторга, — Ладыженский подчеркнуто неторопливо снял очки и убрал в карман мундира. Демонстраивно покосился на большие напольные часы в углу кабинета.
— Там вопрос рассмотрели, проверили факты. Ну, чтобы убедиться, — продолжил Кирилл Иоанович, делая вид, что не заметил намека. — Направили в Тверь официальный запрос по ситуации. И, когда получили подтверждение невыплаты, перенаправили дело к нам.
— Оно попало к тебе? — чуть нахмурился Ладыженский. Такого не должно было произойти. Уж очень мелкое и незначительное происшествие. На уровне погрешности.
— Само собой, нет, — покачал головой его собеседник и погладил усы. — Делом занялся один из ревизоров. Но тоже решил, что это какая-то фигня и спихнул дело на одного из своих коллег…
— Кирилл, — решительно перебил его Иван Сергеевич. — Я понял, дело погуляло по Казначейству. Давай ближе к сути, а? У меня сейчас обеденный перерыв, и если я трачу его на…
— Как думаешь, куда парня отправили-то? — лукаво прищурившись и улыбаясь еще шире, спросил Мещеринов.
Директор Ревизионного Департамента нахмурился. Тут явно был какой-то подвох. Но он никак не мог взять в толк, что такого могло произойти, чтобы привлечь внимание его старого друга.
— Ладно, сдаюсь, — он шутливо поднял руки в знак поражения. — Ты победил и все такое. Признаю. Теперь-то ты мне расскажешь, чего ради все это?
— В Новоатланск, — совсем уже не скрываясь, Мещеринов осклабился и развел руками. — Его отправили присматривать за делами Дома Купеческого «Великий Путь».
На некоторое время в кабинете повисла тишина. Мещеринов вовсю сиял улыбкой. Ладыженский просто смотрел на него своими невыразительными серыми глазами.
— Что? — наконец, спросил хозяин кабинета.
— Ты все услышал верно, — довольно подтвердил старший ревизор по особым поручениям.
— В Новоатланск? — уточнил Ладыженский, приподняв бровь.
— Ага, — подтвердил Мещеринов.
— В тот Новоатланск, который в Атлантическом Архипелаге? — не сдавался Ладыженский.
— Туда, Вань. Прямо в середку!
Иван Сергеевич нахмурился. Его взгляд забегал по столешнице в такт мыслям. Очень хотелось спросить, уверен ли Мещеринов в этой информации, но он понимал, что это бессмысленно. Не пришел бы тот с подобной историей, если бы не успел ее проверить.
— Значит… — медленно проговорил Ладыженский. Он снова достал из кармана очки и надел их. Раскрыл папку и достал бумаги, перечитывая текст. — Ты сейчас говоришь… что те два года, пока мы безуспешно пытались подкопаться под «Великий Путь», были перечеркнуты какой-то вялой губернской интрижкой?
— Ага! — крайне довольно заявил Мещеринов, кивая и заинтересованно разглядывая старого приятеля.
— Они там совсем охренели?.. Как они это провернули?
— Да все просто, — улыбка не сходила с лица Кирилла Иоановича. — Они просто сделали все настолько грубо и прямолинейно, насколько это возможно. Пара откровенных подделок подписей, несколько личных договоренностей. А еще они, судя по всему, вообще не представляли, во что вмешиваются. Потому тупо перли напролом.
— Так, — Ладыженский снова снял очки и, закрыв глаза, помассировал пальцами виски, которые начали отзываться болью. Похоже, приближалась мигрень. — Я еще раз уточню. И если это дурацкий розыгрыш, я тебе этого не прощу. Мы два — два! — года пытались внедриться в этот Купеческий Дом. Без результата. А теперь ты приходишь ко мне и заявляешь, что у нас по сути есть там свой человек? И нам для этого вообще ничего не надо было делать?
— Все верно! — похоже, Мещеринову было крайне приятно видеть, в каком замешательстве оказался его друг. — Но это еще не все! Ты не поверишь!
— Уже не верю. И опасаюсь того, что ты собираешь сказать, — вздохнул Ладыженский. — Но давай уж. Глаголь…
— Да там какая-то непонятная ситуация в колонии произошла. До меня только слухи дошли. Кажется, все руководство поселения погибло. И, судя по всему, сейчас Новоатланском управляет Павел Федорович Нелидов, — он небрежно произнес эти слова и чуть наклонился вперед, заинтересованный, как на это отреагирует Иван Сергеевич.
После некоторой паузы Ладыжеский растерянно произнес:
— Э-э-э… Что?..
— Э-э-э… Что?..
На следующий день, прямо с утра пораньше, Лена снова заявилась ко мне. Как я понял, чтобы потребовать предоставить ей немедленно доступ ко всем моим сериальным запасам разом. Видать, всю ночь аргументы готовила.
Только вот что-то у нее не задалось с ультиматумом. Потому что она замолчала посреди предложения и остолбенело уставилась на меня. Ну, это я, конечно, сам додумал — лица-то у нее не было. Но в целом впечатление было именно такое.
Я еще и умыться не успел. Оделся только, так что зевнул и с интересом поглядел на андроида.
Чего это она?
Лена молча и, судя по всему, удивленно застыла. Выставила в мою сторону вытянутый указательный палец.
— Ау? — я помахал рукой перед ней.
— Что это?.. — опять не особо информативно повторила она.
— Ну, знаешь ли! — притворно оскорбился я. — «Это» зовут Паша. Можно — «мой господин». Тоже сойдет, хоть я и не настаиваю. Не сатрап же я какой-нибудь? Хм. Или все же сатрап? Ну, чисто технически? Может, тогда все-таки настоять? Я про то, как ко мне обращаться. Что думаешь?
— Ты…
— Ага, я, — подтвердил я, с любопытством глядя на робота. — Скажи, ты на берегу была в последнее время? Видела что-нибудь интересное? Может, снова эта подводная объявлялась?
Я сразу на подводников подумал. Если Младшие начинают себя странно и нехарактерно вести, куда еще думать? Мне бы какую-нибудь кнопку перезагрузки для таких ситуаций… чтобы можно было их в себя приводить.
— Твой допуск! Это!.. Как это? Чего⁈..
Ой.
У меня уже была приготовлена пара-тройка язвительных реплик, но теперь они вдруг как-то резко потеряли всякий смысл.
Действительно, допуск же… Я как-то и думать особо про него забыл. Не до того было. Да и вообще не был уверен, что оно действительно сработало. А похоже, что сработало.
Хм… А почему только сейчас? Мы же вчера уже виделись?
— Лена? — наклонив голову и разглядывая замершую андроида, спросил я. — Ты как там? Алло?
— Алло… — отстранено ответила она. — А как ты… эм… а как вы, господин главный инженер… Что?..
Мда. Кажется, ее изрядно заглючило на этой неожиданной смене парадигмы.
— Так, слушай меня внимательно, — скомандовал я и пощелкал пальцами, привлекая ее внимание. — Лена? Немедленно отвечай: что с моим допуском!
— А?.. А! Господин главный инженер, ваш допуск в норме! — она вытянулась по струнке, прекратив указывать на меня пальцем. — Но… но как?..
— Вот так, — махнул я рукой неопределенно и снова зевнул.
Черт, как же все-таки кофе не хватает… А можем мы тут кофейные — что там, кусты или деревья? — выращивать? Вот вообще без понятия. Кофе я любил, но явно не настолько, чтобы зачитываться тем, как его выращивают. Может даже и можно. Но явно это не на один год забава. Да и спецов под это дело нет наверняка. Откуда бы такому опыту взяться в Российской Империи? Блин. Я бы так-то даже раскошелился и купил себе пару мешков небольшого годового запас готового зерна. Деньги-то есть.