Сергей Каспаров – Кланы и капиталы (страница 25)

Затем я заметил, что источники находились в абсолютно разных местах, никак не связанных. Хотя если их соединить единой линией, то получался круг, и то, со множеством граней. Как раз на последнем источнике он и замкнулся. Но искать источник просто по кругу было не самой умной стратегией. Он был сильно кривой, одни линии выходили в сторону, другие наоборот оставались слишком глубоко.

Ко всему прочему, источники находились на разной глубине, что осложняло задачу.

Кажется, от разгадки великой тайны, я был далек.

В этот момент ко мне постучали мастера, и пригласили на следующий этап. Эквилибриум решили применить чуть раньше срока, чтобы наглядно показать мне, как устроен процесс обработки одежды.

Я отправился в мастерскую вместе с двумя специалистами. Весь их смысл работы заключался в том, чтобы шить одежду из специальных тканей, которые лучше всего реагируют на эквилибриум. Проходя этот этап испытания, может было отправлять эквилибриум на главный швейный завод, который уже занимался выпуском готового продукта.

Я до конца так и не понимал, зачем нам шить у себя одежду, если можно это делать на огромном заводе, который специально для этого создан. Чтобы испытать эквилибриум? Но что мешает им испытывать его? Если только эквилибриум может не сработать. Значит еще есть риск, что наш продукт может быть непригодным или бракованным. Это явно не радовало.

Сперва мастера показали мне готовую одежду. Обычная накидка красного цвета, что-то вроде плаща, но дырявая, будто поеденная молью. Так и было задумано. Затем они растянули плащ в специальной таре и начали заливать жидким эквилибриумом отверстия в одежде. Когда все отверстия были заняты мы подождали несколько минут. Эквилибриум который находился в вакууме мог прожить до трех дней в жидком состоянии. Но когда он выбирался подышать воздухом, то сразу начинала действовать реакция. Он застывал за считанные минуты, прямо у нас на глазах.

Мастера достали плащ из тары. Получился красный плащ с красными заплатками.

— Одежда, таким образом, лежит в воде несколько суток. Она пропитывается эквилибриумом и становится прочнее, — объяснил один из мастеров.

Он высушил часть плаща и достал зажигалку, пытаясь поджечь его. Он не загорался. Огонь сразу затухал, как только приближался к плащу. После этого мастера начали растягивать плащ в разные стороны. Приложив максимум усилий, они не смогли его даже надорвать в местах где были заплатки.

— Заметьте, господин, — продолжал тот же мастер, — плащ пролежал всего несколько минут, а уже имеет высокую прочность. Этот эквилибриум чистейший, такой пробы мы еще не встречали в своей практике. Конечно, его еще можно разорвать, приложив больше усилий, но что будет если он пролежит в воде хотя бы сутки? Правильно, получится прочнейший материал!

Мастер сам ответил на свой вопрос. А я был приятно удивлен при наблюдении за удачным опытом.

— Браво, — похвалил я мастеров, — продолжайте испытания, скоро пустим эквилибриум в дело!

Мне показалось, что этого достаточно. Достаточно увидеть одного эксперимента, чтобы понять насколько качественный эквилибриум был в последнем источнике. Поэтому я принял решение — сворачивать мастерскую. Мастерская шила одежду и на ней производила опыты. Именно для этого мы производим в лаборатории готовый материал. А после он отправлялся на следующую стадию — швейный завод.

Швейный завод входил в корпорацию Морозовых, как крупное предприятие, а мы были лишь дополнением, как казалось. Если бы нас не существовало, то завод бы и дальше производил одежду ничего не теряя. С эквилибриумом они могли создавать очень дорогую, прочную одежду. Но даже без него ничего страшного бы не случилось.

Именно поэтому пришло время сменить вектор сбыта нашего предприятия. Я больше не хотел просто так отдавать дорогостоящий продукт.

Швейным заводом руководил Воронин, и до меня он контролировал и это предприятие. Взамен эквилибриума, со швейного завода поступало финансирование на зарплату рабочим, на расходники, технику и поддержание жизни предприятия. Чтобы оно совсем уж не вымерло.

С этого момента я все же окончательно решил изменить подход. Без достойного финансирования у предприятия не было будущего, учитывая что клиент у нас был всего один.

Поэтому необходимо было искать новых клиентов, либо значительно повышать цену продажи для швейного завода.

Так как предприятие было в моих руках, цели у меня тоже были свои. А я не хотел заполнять склады дорогостоящим материалом только для того, чтобы практически бесплатно, отправлять товар на швейный завод.

Поэтому я запланировал срочные переговоры с Ворониным. Нужно было немного изменить условия сотрудничества, чтобы у моего предприятия появился путь развития.

За этот день я мог еще успеть сделать важное дело, от которого многое зависело.

Уже ближе к вечеру мы с Митяем добрались до офиса Воронина. Тот самый, где внутри все было белым цветом. На входе, за стойкой регистрации, была уже другая девушка, которая заменила Алину. Но ее я переманивать к себе не стал. Она сразу узнала меня и проводила к своему начальнику.

— Константин Александрович, — обрадовался Воронин, как только увидел меня в дверях, — до меня уже дошли приятные новости! Вы только приступили к исполнению своих обязанностей, а уже нашли новый источник! Браво!

— Спасибо, Алексей, — поблагодарил я и уселся в кресло, — это всего лишь начало, впереди еще предстоит преодолеть длинный путь.

— Я рад, что у вас получилось, господин, — продолжал нахваливать Воронин, — я ведь в вас сразу талант заприметил.

Воронин был человек простой. Со мной он вел себя как подобает вассалу. От этого было проще договориться о каких-то спорных ситуациях.

— Какие у вас дальнейшие планы? — Спросил он, а затем обратился к своей секретарши в трубку, — принеси кофе для господина!

— Мой дальнейший план все тот же, — заявил я, — развивать предприятие. И вы, Алексей, очень сильно мне в этом поможете.

В кабинет вошла его новая секретарша с чашечкой эспрессо. Что ж, время выпить кофе. Сегодня его было особенно много. Необходимо было оставаться бодрым, чтобы не прозевать важные события.

— Я с радостью сделаю все, что от меня зависит, — произнес Воронин с особой гордостью.

— Вы говорите, что если не будет результатов, то и не будет финансирования, — я начал подводить ближе к сути. — Но в нашей ситуации, все немного наоборот. Для того чтобы были хоть какие-то результаты, нам нужны средства. И я не прошу о том, чтобы выдать нам кредит или аванс за следующую партию. Я хочу поднять цену на продаваемый вам эквилибриум в три раза.

Воронин раскрыл рот от удивления и пристально посмотрел на меня. Казалось, что он даже немного покраснел, а на лбу выступили капли пота. Он встал с кресла, дошел до окна и открыл форточку на проветривание.

— Что же вы такое предлагаете, Константин Александрович? — Спросил он, как только вернулся на свое место. Он сделал глоток воды и нервно сглотнул.

— Послушайте, — чуть наклонился я к нему, чтобы моя речь звучала убедительно, — сейчас швейный завод наш главный клиент, вернее, единственный. Я навел справки, и не нашел того, что мы принадлежим ему официально. Возможно у вас были какие-то устные договоренности, но мое предприятие это дочерняя компания головного офиса графа Морозова.

Воронин начал суетиться как маленький ребенок, который чувствовал свою вину, но пытался уйти от наказания. Он начал перебирать с места на место предметы, которые лежали у него на рабочем столе.

— Алексей, я не осуждаю. — Продолжал я, не придавая значения его поведению, — вы руководили двумя предприятиями, и делали все для того чтобы они были тесно связаны. Чтобы одно помогало не умереть другому. И я не хочу разрывать эту связь. Мы просто пересмотрим условия сотрудничества наших компаний.

Воронин молчал. Он немного успокоился и теперь сидел сложа руки, внимательно слушая меня. Я думаю, что он уже понимал к чему я клоню и просто смирился со своей участью.

— Давайте работать на благо всего клана, — озвучил свое предложение я, — а не только на благо швейного завода. Другие тоже хотят заполучить ценный материал и готовы платить хорошие деньги.

Конечно, других клиентов у меня не было. Но когда они узнают, что тоже могут претендовать на получение подобного товара, то обязательно появятся. Этим я и манипулировал в переговорах с Ворониным. Думаю, он и сам это понимал.

— Я всегда работаю на благо клана… — начал запинаться Воронин, пытаясь оправдаться.

— Тогда и в этот раз, Алексей, сделайте тоже самое, — с этими словами мое лицо расцвело в улыбке.

— Но, господин, в три раза поднять цену… — сказал Воронин, немного прокашлявшись, — мы как-то не рассчитывали на это.

— Алексей, это адекватная цена, — прервал его я, немного повысив голос, — учитывая, что предприятие работало за еду. Нас не нужно обеспечивать, теперь вы будете платить только за полученный эквилибриум. Если мы вам его не предоставим, то вы ничего не потеряете. Раньше вам приходись вкладывать деньги, даже когда предприятие ничего не приносило. Теперь вы свободны, Алексей!

Казалось, что моя речь на этот раз была убедительнее. Воронин громко выдохнул и подошел к окну.

— Константин Александрович, — ответил он, — конечно, вы правы. Я курировал шахту последнее время, и мне было проще связать два предприятия. Но, теперь, когда появился такой надежный человек как вы… Я с радостью соглашусь на ваше предложение!