Сергей Карелин – Тонкая Стена: Крушение (страница 49)
- И что ты предлагаешь? - спросил Сент.
- Если ты не хочешь, чтобы тебя пристрелили из-за угла - а ты смертен, Сент, хотя Властелины и наделили тебя даром долгожительства - мы должны сейчас поддержать русинов.
- И получить второго фон дер Хонника? - ехидно спросил Велимир. - Хрен редьки не слаще.
- Действительно, не слаще. Как ты предлагаешь его остановить?
- Маленькая случайность…Все как обычно…
- Хорошо. Но тогда ты получишь во главе их войска его советника Эссена. Или тролля Катца. Кто платит, тот и заказывает музыку.
- Не дай бог нам такого поворота. Получить вместо фон дер Хонника этого бездушного и расчетливого истукана без эмоций и слабостей. По крайней мере, если у нас будет время, мы сможем внедрить в число постельничьих Ганса нашего сукина сына или сукину дочь с неутомимой попкой и стальной хваткой. - улыбнулся Сент.
У меня по спине пробежал неприятный холодок. Меня покоробил цинизм Главного Хранителя. Как легко эти люди - а может, уже и не люди? - обсуждали людские судьбы!
- И все равно, я против. - Велимир смахнул снег с комля поваленного дерева посреди поляны и уселся на него. - Он мне ничего не доказал. Сент, у нас ведь есть выбор.
Сент ничего не ответил, и внезапно повернулся к Вечевару.
- Послушай, Вечевар, насколько я понял, ты пришел к ним с картой всех схронов, которые вы заложили. Дай-ка ее мне. Я хочу ее кое с чем сравнить.
Вечевар показал на Зигфрида. Тот что-то невнятно буркнул себе под нос и достал холстину. Сент подозвал нас поближе и обратился к лешему.
- А теперь, Мойша, рисуй прямо на снегу карту, которую тебе сообщили твои друзья, когда отправляли вас сюда.
Леший, практически не запинаясь - да и как он мог после прикосновения Кремень-Жезла - накидал на снегу карту и разложил на ней шишки и веточки. По-моему, все совпадало. Зигфрид тоже удовлетворенно показал головой.
- Так, Зигфрид - продолжил Сент - а теперь ты. Стели холст вон туда.
Зигфрид с помощью Хельги аккуратно разложил кусок ткани на снегу.
- Так, а вот теперь давайте посмотрим и сравним эти две карты вот с этой. - деловито произнес Сент и рядом с двумя картами появилась третья, извлеченная хранителем из воздуха.
- Послушай, Сент… - начал было Велимир и запнулся.
Перед ним на снегу лежала холстина, на которой было нанесено всего три точки в Фатерлянде.
- Это карта известных мне схронов в моих землях. - закончил Сент.
Я смотрел не на карты, а на Вечевара. На лбу у Хранителя Ключа, выступили крупные бусинки пота. Любава с тревогой смотрела на отца. Похоже, она все-таки любила своего папашу, несмотря ни на что. Наконец он, запинаясь, произнес:
- Что это, Сент? Может, это пылинка прилипла?
Я посмотрел на карту. Сент, будто следователь на допросе, поинтересовался:
- Сколько ты заложил схронов в Фатерлянде, сын Рогнеда?
- Восемь. Но вот это не мой схрон.
- А чей? Дядьки чужого? - поинтересовался Велимир.
- Просто не мой. Его быть не должно! Только мы и вы, Хранители Стены, знаем, как выйти в Грубый Мир и вернуться оттуда. Этого не может быть, Сент! Это провокация!
- Ты обвиняешь меня? Значит, это я натаскал туда ящики с патронами? Если бы не этот схрон, которой так вовремя нашел советник короля Фатерлянда, косточки этого самого Ганса фон дер Хонника уже давно тлели бы в земле под Гамбургом. И ты бы не пугал меня сейчас рассказками про страшного и безумного герцога.
Вечевар, не отрываясь, смотрел на карту. Сент же продолжал:
- По русинским землям все совпадает. Все десять схронов. Итак, Велимир, мы поддержим Федора. Этот Хранитель какого-то там Ключа, а попросту говоря Глава Контрабандистов, что уж теперь скрывать истинное название его организации, сам не знает, что и где у него напихано в землях Фатерлянда. Сейчас Федор должен получить максимум оружия из ближайшего схрона и весь запас "гибельных шаров" имеющихся у нас. Он должен остановить фон дер Хонника. Мы доставим их ему с максимально доступной скоростью. Федор должен знать, что сейчас на его стороне выступают Хранители. Мы дадим ему слово верности. Да, Велимир?
Велимиру согласие далось очень нелегко. Он молчал почти минуту и лишь потом, еще раз посмотрев на карты, кивнул:
- Да.
Сент продолжил:
- А ты, Вечевар, займешься схронами в Фатерлянде и у русинов. Разберись и начинай ликвидацию своих запасов в обоих государствах. Но очень аккуратно! Не увлекайся, надо поддерживать баланс, а то мы Федора не удержим. Когда кончатся снаряды к новому оружию, эта война остановится сама собой…
Он замолчал и задумчиво поправился:
- Может быть, остановится…
Зигфрид посмотрел на Сента.
- И кто повезет оружие русинам, если вы дадите им слово верности?
- Ты, Зигфрид. Ты и твои люди.
- А она? - кивнул на Любаву наш командир.
- Она пойдет с вами. Как заложница. Должен же я быть уверен, что ее папаша собирается сдержать свое слово.
- Я не поеду, Сент.- внезапно ответил Зигфрид.
- Что?
- Я не поеду. Этот ублюдок Федор едва не убил нас всего четыре дня назад. А теперь ты приказываешь мне ему помочь. Да что там помочь - принести ему на время клятву верности. Я очень не люблю, когда меня вот так имеют в задницу. Я не придворная девочка Ганса фон дер Хонника.
- Я тоже - внезапно вспылил Велимир, - Но я засуну свою гордость подальше и пойду уговаривать Федора принять нашу помощь. А уж между мной и им будет побольше злобы, чем одна засада. И поэтому ты поедешь. Или я попрошу Сента более никогда не привлекать тебя к нашим делам, наложить на тебя заклятие непонимания, и ты вместе со своими новыми и нереализованными талантами в один прекрасный день выйдешь из очередного берлинского кабака и захлебнешься в собственной блевотине в той же луже, что и твой гениальный стратег-папаша.
Я заметил, как у Зигфрида сжались кулаки и побелели костяшки пальцев. Интересно если наш командир бросится на мага, сколько он продержится в этой схватке? Я бы поставил на Велимира. Хотя, конечно, Зигфрид был мне гораздо ближе. И тут вмешался Сент.
- Дружище, прости, но он прав. - успокаивающе положил он руку Зигфриду на плечо. - Ты великий солдат. Но если ты хочешь стать величайшим бойцом Лагенвельта, научись примерять неприятные задачи не только на других, но и на себя.
Зигфрид некоторое время смотрел в глаза Хранителю, затем кивнул головой и отвернулся. Велимир на удивление быстро отошел от вспышки бешенства и ухмыльнулся.
- Что ж, Зигфрида мы убедили. - заметил он. - Осталось убедить Федора принять нашу помощь. А это будет непросто. Ой, непросто.
- Так убеди. На то ты и Хранитель - заметил Сент.
- Тогда ждите моей команды, бедолаги. И разгружайте схрон. - сказал русин, шагнул вперед и растаял в воздухе.
Глава 21 - Зыбкие рубежи
Велимир ходил из угла в угол своего огромного дома, расположившегося на территории Муромской Академии как загнанный зверь. У него из головы не выходила косая ухмылка Любавы, которой она встретила его появление у костра.
- Сучка! Вот же сучка! - бормотал он себе под нос. Во всей этой ситуации его унижало не то, что ему придется пережить долгий и неприятный разговор со своим стародавним противником. Это-то как раз было несложно, это можно было спланировать, тем более в столь отчаянной для Федора ситуации. Досада Велимира была сугубо личной. Да, Хранители не отличались строгостью нравов и всякое бывало за время существования Корпуса Хранителей. Но лично ему, Велимиру, всегда гордившемуся своей способностью перехитрить любого собеседника и закрутить самую сложную и запутанную интригу, Любава нанесла даже не пощечину, а сокрушительный удар по самолюбию. Это был, пожалуй, первый раз за его достаточно долгую жизнь, когда его использовали цинично и беззастенчиво. Велимир старался не вспоминать, как он толкал Любаву в состав бригады, как он возвышал ее и продвигал среди других студенток Академии. Каждое такое воспоминание заставляло сердце содрогнуться, будто какая-то шелудивая кошка пробегала по нему мягкими лапками. Воспоминания об удушливых приступах любовного морока, которыми она изводила его на лекциях…Велимиру было стыдно и перед теми талантливыми парнями, которых он сослал на дальние рубежи, чтобы освободить для этой маленькой дряни место. Надо же, когда-то он был одним из самых молодых Хранителей Лагенвельта - и у него хватило ума избежать ухаживаний молодых карьеристок, а ныне - старых ведьм из Степного края. А на старости лет…Седина в бороду - бес в ребро. И его мозг продолжал мучительно искать выход. Наконец Велимира осенило. То, что бригада должна была прибыть к Федору и, весьма вероятно, принять участие в боевых действиях, давало ему шанс. Это будет, пожалуй, единственное место, где Вечевар вынужден будет ослабить опеку над своей дочерью и где метко пущенное из русинских позиций заклинание медленной смерти может застать Любаву врасплох. Велимир улыбнулся. У него появился собственный интерес убедить Федора принять помощь Хранителей. Хранитель в любой схеме всегда старался разглядеть собственное вкусное зернышко, и, наверное, оттого считался одним из самых богатых людей Русинских Земель.
Он вышел во двор и, чтобы успокоить нервы, умыл лицо снегом. Теперь предстояло выяснить, где Федор, и предстать перед ним. Велимир знал, что Федор очень не любил разговоры по дальней связи, считая, что его собеседник, которого он не мог увидеть полностью, возможно, держит большую фигу в кармане. Личная беседа была необходима и из-за непростой истории взаимоотношений Хранителя и Советника.