Сергей Карелин – Сумеречный стрелок 7 (страница 7)

— Все будет. Ты только не останавливайся и наращивай с каждым днем нагрузку, — ответил я, тепло вспоминая годы обучения в Академии Лисса. Туда я пришел худощавым подростком, а вышел крепким и выносливым мужчиной.

— Легко сказать, да трудно сделать, — пробормотал он, восстанавливая дыхание. Затем посмотрел на время. — Охренеть! Пять минут, и душ закроют!

Он схватил полотенце и брусок мыла, выскочив из двери и чуть не вынеся косяк.

Я же закрыл глаза и представил, как мы побеждаем в турнире. А затем я уже учусь на втором курсе, потом перед глазами ящик-артефакт, в котором жужжали все элементы. Подхожу, нажимаю сбоку рычажок… открыл глаза и понял, что почти проспал. Будильник Сани будто и не звенел вовсе. И как он будет нормально работать, когда сосед каждый раз его сбрасывает со своей тумбы?

Пробежка и тренажерный зал отменяются. Времени уже нет.

Я второпях отжался и поприседал, умылся и начал одеваться, по пути перекусывая бутербродами, которые оставались после пикника.

Белая рубаха, черный костюм, лакированные туфли. Я готов.

Выбежав из общежития, я заметил портал, а возле него дежурившего Хранителя. Он строго посмотрел на меня.

— Астафьев? — грубо окрикнул он меня.

— Он самый, — подошел я ближе.

— Заходи, тебя уже ждут.

Вот же брехло! Какой там ждут⁈ На часах без минуты десять утра. Да к тому же старик сказал, что примерно в десять встреча. Значит, никто никуда не опаздывает.

Заскочив в портал, я оказался во дворе Центральной Обители. На пепелище я заметил новые кучки — кого-то здесь явно сжигали недавно. И он был не один, судя по количеству кучек.

Меня встретил прислужник и провел в ту же комнату, в которой мы разговаривали со стариком до этого.

— Иван, — воскликнул Верховный Хранитель. — Присаживайся. Расскажи, зачем пришел. Обрадуй старика.

Я покосился на его сынка. Тот продолжали сидеть и пялиться на меня.

— Я хотел бы поговорить наедине, — ответил ему.

— Подожди… — старик немного растерялся. — Это мой сын.

— Мне так комфортней, — бросил я. — Если вы сомневаетесь в моих словах — поставьте камень правды. Кроме нас с вами, больше не должно быть свидетелей.

— А ты не зазнался случаем, малыш? — в голосе старика появились стальные нотки. — Уже представил себя Палачом? Вряд ли. Тебе ещё надо будет обучаться, совмещать как-то с учебой. Сейчас не ты диктуешь условия.

— Тогда разговор окончен, — я повернулся, схватился за ручку двери и, открыв её, сделал шаг в коридор.

— Что, прям совсем важная информация? — тихо проговорил старик, явно самым соглашаясь на мои условия. — С чем она связана? Я же должен хотя бы примерно знать, о чем ты хочешь рассказать.

— О новой должности Палача, — сказал я.

— И что там важного, что мой сын не должен слышать? — вспыхнул от раздражения Верховный Хранитель.

Я покосился в сторону его сына.

— Выйди ненадолго, — буркнул ему старик. Парень удивленно оглядел нас, но ничего не сказал, лишь надул губы и покинул помещение.

— Ну а теперь давай, выкладывай. Да садись ты уже! — махнул Верховный на кресло, стоявшее рядом.

Когда я расположился в нем, старик внимательно посмотрел на меня.

— У тебя были очень важные новости… Слушаю.

— Сначала вопрос можно?

— Валяй, — Верховный махнул костлявой рукой. — Только давай побыстрее.

— Что входило в обязанности Палача? — спросил я.

Старик минуту собирался с мыслями и наконец ответил:

— Он ликвидировал очень опасных элементов нашего общества, — ответил старик и, заметив, как я готовлюсь ответить, опередил меня. — Да, знаю — ты не убийца и так далее. Но Палач не был рядовым ликвидатором, которых, как ты понимаешь, много у Обители. Он охранял главное место силы Обители — на него постоянно совершаются дерзкие нападения. Я потом расскажу. Поэтому тебе предстоит ускоренно обучиться этой профессии, чтобы защитить Святилище. Вдруг что-то изменилось. Старик остановился, и у него сработал какой-то артефакт.

— Ах ты, щенок. Вот зачем ты захотел остаться наедине? — он выхватил откуда-то под столом ритуальный кинжал с золотой рукоятью, светящейсяярко красным.

А я уронил тот бублик из камня, который мне вручил Дорн.

Затем перед глазами всё померкло, и я словно провалился в какую-то яму. Я слышал звуки борьбы, затем хрипение и звук падающего тела.

Буквально тут же я «вылез» наружу.

В правой руке у меня был кинжал, с которого капала кровь, а на полу лежал… Верховный Хранитель. Что это, мать его, было⁈ Получается, Дорн убил Верховного моими руками? Но зачем⁈

Вдруг в дверь громко застучали, затем она начала содрогаться от мощных ударов, а замок задребезжал в ответ.

И я понял — еще один такой удар, и замок вылетит из гнезда. В комнату забегут Хранители, заставая меня на месте преступления.

Тут уж костер мне точно обеспечен.

Глава 4

Ещё один удар, и дверь распахнулась!

В комнату забежало с десяток Хранителей. У каждого в руках посох, и судя по тому, как кристаллы на них сияли от энергии, меня прямо тут хотели уничтожить. Конечно, кинжал я тут же спрятал за спину.

Но я услышал за спиной шорох одежды, а затем… раздраженный голос Верховного Хранителя:

— Что здесь происходит⁈ Почему врываетесь во время беседы⁈

Судя по растерянным лицам магов, это он и был. Я повернулся, стараясь не выдавать своего замешательства. Передо мной стоял живой и здоровый прыщавый старик. Нахмурив брови, он грозно смотрел на своих подчиненных. Лужи крови на полу не было. Как и её следов на одежде Верховного Хранителя. Может это убийство мне почудилось?

— Я повторяю! Какое вы имеете право заходить сюда без разрешения?

— Так сигнал сработал, — забормотал один из Хранителей, низенький мужичок с залысиной. — Вот мы и…

— Какой к чёрту сигнал⁈ — взревел старик, ударив посохом по полу, отчего многие Хранители вздрогнули, захлопав глазами. — Артефакты надо было давно поменять! Вышли все вон! Немедленно!

— Я ж говорил, — прошипел более рослый Хранитель тому, кто блестел залысиной. Они ещё раз напоследок осмотрели комнату и вышли, закрыв за собой дверь.

Замок был сломан, и створка приоткрылась. Верховному пришлось подпереть ручку двери стулом.

— Итак, ты справился, Иван, — расплылся в довольной улыбке Верховный Хранитель. — У нас все получилось.

Я всмотрелся в горло старика, которое было ещё пару минут назад разрезано от уха до уха, теперь от этого осталось лишь кровавое пятно на груди. Затем оглянулся на лужу крови, она, кстати, осталась.

Мать его, что творится⁈ Может, я сбрендил? Сижу где-нибудь в застенках Обители под воздействием какого-нибудь сильного средства, вот и чудится мне всякое.

А потом осознание нахлынуло на меня волной!

— Дорн? — изумленно уставился я на старика.

— Во-от, — протянул Верховный. — Ты уже начинаешь понимать.

— А как у тебя так вышло? — я принял сам факт, но не мог понять, что сделал Дорн.

— Когда ты бросил артефакт на пол, — начал объяснять Дорн, — я увидел точку, куда нужно перенестись. Условием достаточно сложного даже для меня заклинания переселения души являлась смерть Верховного. В тот момент, когда душа отлетела, я и вселился. Замаскировал кровь, — он провел рукой, и там, где недавно лежало тело, вновь появилась лужа крови, а следом за ним и большое пятно на его белой хламиде, — Ну а дальше несложно.. Ну и всё, как бы. А… еще твое кольцо. Извини, я им воспользовался, чтобы ты убил Верховного.

— Зачем это тебе нужно? Хочешь власти, денег?

— За последние десятилетия все развалилось, — объяснил Дорн-Верховный. — Ты, наверное, и сам видишь это. Обитель более жестко стала реагировать на все новое, и новизна стала символом опасности. И людей сейчас на кострах сжигают постоянно и в больших количествах. Суды куплены, среди присяжных сидят переодетые Хранители, которые путают следствие. В общем, творится беспредел, сам понимаешь.

— Да, я прочувствовал на себе влияние этих уродов, — согласился я с Дорном.

— Я же подумал, что всё можно исправить. Да к тому же в своем мире я был одним из правителей. Как-нибудь расскажу тебе свою историю. Поверь, она не намного веселее, чем твоя.