Сергей Карелин – Спасти Эсквиллан (страница 14)

– Ты кто? Хотя подожди, ты не орк?

– Я человек, – гордо сообщил я девушке, но та только поморщилась. Красивое лицо перекосила презрительная гримаса.

– Не говори, дубина. Просто думай.

– Ты читаешь мои мысли? – изумился я.

– Наконец-то понял, – фыркнула эльфийка. – Так что ты тут делаешь?

– У орков в племени был, – честно признался я. – Развяжи меня.

– У орков в племени? – прищурилась та, проигнорировав мою просьбу. – Человек у орков в племени и не раб. У тебя знак вождя на плече… говори правду!

– Какой еще, на фиг, знак вождя? – Я невольно посмотрел на свое плечо. Ничего там не было.

– Ты его не видишь, – рассмеялась эльфийка и сразу нахмурилась. – Но ты мне надоел. Пора тебя немного подстегнуть.

Она взмахнула рукой, и пришла боль… Нет, я всегда считал, что переношу боль неплохо… было несколько моментов в моей жизни, когда мне пришлось это проверить, но сейчас было по-другому. Казалось, все мое тело, каждая его клеточка была охвачена невыносимой болью. Я закричал, но изо рта вырвался только сдавленный хрип. А когда боль ушла, я откинулся на песок, пытаясь подавить охватившую меня дрожь. Эльфийка тем временем опустилась рядом со мной на колени.

– Интересно. – Мне показалось, что в голосе, звучащем в моей голове, появились удивленные нотки. – Странный. Не орк, но и не человек в полном смысле этого слова. Похоже, то, что нужно… Но я привыкла делать все наверняка. Проверим.

– Ты о чем? – прохрипел я этой садистке.

– Потом, – вдруг ласково улыбнулась она, и меня от этой улыбки бросило в дрожь. – Что ж, удовлетворю твое любопытство перед тем, как ты мне выложишь все, что знаешь. Меня зовут Эусмиэль. Я эльфийская волшебница второго круга. Меня наняли караванщики, чтобы очистить местный торговый путь от скверны под названием «орки». Эти твари недостойны жить. И они все умрут. Ни один орк не должен осквернять благословенную землю нашего мира. Не сразу, конечно, сначала твое племя… К сожалению, твои товарищи бежали, и ты один достался мне живым. Но на этом хватит. Все, что надо тебе знать, ты узнал. А теперь ты мне расскажешь, каким образом человек со знаком вождя оказался в отряде орков, напавших на торговый караван. И ты должен постараться был очень убедительным, потому что, предупреждаю, моя специализация – боль. Я умею ее причинять, поверь… Слушаю.

– Да я вообще из другого мира, – сообщил я этой сумасшедшей стерве, решив, что особым секретом мое попадание вряд ли является. – Случайно попал к оркам. Они меня вождем выбрали. А дальше… Ну, я так понимаю, это образ жизни орков – нападать на караваны и все в этом стиле.

– Как интересно, – промурлыкала эльфийка, явно удовлетворенная моим ответом. – Ты говоришь правду. Но это так интересно. Слишком быстро…

– Что значит быстро? – вырвалось у меня. – Ты же хотела знать правду. Это истинная правда!

– Да, – кивнула она, – но обычно все это закрепляет боль…

Она коснулась меня пальцем, и я вновь закричал. На этот раз мучение длилось дольше. Когда все закончилось, я представлял собой весьма неприятное зрелище потного, трясущегося человека, валяющегося в собственном дерьме. И точно знал, что еще одного раза не вынесу. Откуда-то мне это стало известно абсолютно точно. А эльфийка тем временем с улыбкой наблюдала за мной, сидя на корточках.

– Фу… – поморщилась она. – Ты отвратителен. Почему нельзя терпеть боль без того, чтобы валяться в отходах собственного организма. Итак, я жду.

– Что ты хочешь услышать? – прохрипел я.

– Хорошо. – В голосе моей мучительницы послышались одобрительные нотки. – Ты крепкий. Не буду убивать. Возьму тебя с собой. Мне как раз для экспериментов нужен такой экземпляр. Ты феноменально сопротивляешься боли. Так что тебе повезло. Ты будешь жить! Но сначала поможешь мне разобраться с этим отвратительным наростом на теле нашего мира – деревушкой орков, которая станет одной из многих уничтоженных нами. Сейчас… – Она подняла руки.

Я почувствовал, как меня охватывает страстное желание услужить моей госпоже, которая снизошла до своего раба. Я почувствовал, что готов сделать все, чтобы заслужить хотя бы одну ее улыбку. И страшусь ее гнева… И тут внутри меня поднялась обжигающая волна. Я вдруг понял, что передо мной не моя обожаемая госпожа, а эльфийская стерва-садистка, готовая уничтожить всю деревню орков, да и вообще всех орков. В том числе и меня. Меня охватила всепоглощающая ярость. Я почувствовал, что веревки, связывающие меня, исчезли. Сам не понимая, что делаю, вытянул вперед руки и с изумлением увидел, как они засветились.

Эльфийка вскочила как ошпаренная.

– Что это? – изумленно вырвалось у нее.

Похоже, она была ошеломлена не меньше меня. А следом два луча ослепительно-белого света врезались в ее грудь. С жалобным криком она отлетела метров на двадцать и растянулась на песке. А я тем временем наслаждался новым чувством, охватившим меня. Это трудно передать словами. Я стал всемогущим. Я тонул в охватившей меня силе, упивался ею… И пришло знание. Я вдруг понял, что надо делать, словно всегда это знал. Так просто… В памяти всплыли какие-то рисунки, которые оказались рисунками заклинаний. Я их мгновенно просмотрел.

Тем временем эльфийка с искаженным от ненависти лицом поднялась, и в меня полетел огненный шар. Но я просто выставил перед собой руку, и он, не долетев до моей ладони, беспомощным красным ручейком стек на песок. В руках эльфийки появились изогнутые мечи, и она бросилась на меня. Легкий жест кистью и проецирование одной из картинок, горевших перед моими глазами, – и неведомой силой ее подняло вверх, где она застыла, отчаянно пытаясь вырваться из сковавших ее невидимых пут. Гримаса ненависти на ее лице постепенно сменялась ужасом. Я поднялся и подошел к висящей в воздухе беспомощной эльфийке. Она прекратила попытки освободиться, поняв их тщетность, и смотрела на меня с какой-то обреченностью.

– Ну что, все еще хочешь сделать меня своим рабом? – саркастически осведомился я.

«Ты? Кто ты такой?» – раздался у меня в голове голос, в котором теперь не было ноток презрения, скорей лишь страх…

– Я тебе объяснил, – сообщил я девушке, – но вот становиться подопытной свинкой как-то не хочется. Особенно у такой сумасшедшей стервы, как ты.

– Что ты собираешься со мной делать? Убей… – взмолилась она.

– Нет. – Я внезапно понял, что мне надо сделать. Теперь я узнал многое о магии этого мира. В одно мгновение мне стали известны сотни заклинаний. И среди них сразу нашлось нужное, словно кто-то подсказал его мне. – Я сделаю с тобой то, что ты собиралась сделать со мной. Это будет справедливо. За каждый поступок нужно платить. Заклинание полного подчинения тебе известно? Сама попробуешь то, что хотела сделать со мной.

– Нет! – В голосе эльфийки прозвучали панические нотки. – Не смей…

– Все-таки я тебе его напомню. – Я развернул перед глазами картинку со сразу всплывшим заклинанием. – Ты становишься моей рабыней. Любое действие или помыслы, идущие мне во вред, будут причинять тебе невыносимую боль. А вот выполнение моих желаний наоборот… Дальше ты и сама знаешь.

Я также знал, что если умру, то умрет и она. Хотя заклинание допускало мизерный шанс выживания рабыни, но уж слишком ничтожным он был.

– Нет!.. – отчаянно закричала эльфийка, но я уже сделал нужный жест, и девушка, закрыв глаза, рухнула на песок.

В следующий миг я почувствовал, как мое сознание куда-то уплывает.

Я осторожно приоткрыл глаза. Как же болит голова… Огляделся. Какая-то знакомая комната… Ох! Вспомнил. Я же у орков. Но мы вроде должны были на караван напасть. Интересно… мы напали… последнее, что я помнил, это схватка, развернувшаяся пред моими глазами. И гибель Банна. Я выругался и попытался сесть. С трудом, но получилось. Немного кружилась голова, но боль постепенно проходила. В следующий миг в комнату ворвались мои жены. Я был обласкан, расцелован и ощупан с ног до головы, выслушал признания в любви, затем этот ураган исчез, оставив меня с появившимися следом Блайном и Хуммом.

Хумм сел на стул и внимательно посмотрел на меня.

– Как ты? – осведомился он. – Вроде никаких повреждений у тебя я не обнаружил.

– Нормально, – успокоил я его, так как действительно чувствовал себя вполне сносно.

Но тем не менее шаман поводил руками вдоль моего тела и облегченно выдохнул.

– Целехонек, – заключил он и грозно посмотрел на потупившегося Блайна. – Кто-то обещал сохранность вождя! Тебе повезло, Блайн. Сильно повезло! Ты понимаешь это?

– Понимаю.

Неужели маг испугался? Похоже на то. Я был удивлен.

– Банн погиб… – с горечью сообщил я шаману.

– Он славно сражался, – кивнул тот, обменявшись взглядами с колдуном банды, – и он останется в нашей памяти героем. Мы его помянем сегодня вечером. Но сейчас вернемся к живым. Боги оставили тебя в живых. Я хотел бы узнать, что ты помнишь о нападении на караван.

– В том-то и странность, – признался я. – Помню бой, помню, как погиб Банн, а после как отрезало.

– Странно, – кивнул шаман, – согласен. А эльфийку не помнишь?

– Эльфийку? – Я с удивлением уставился на Хумма. – Какую еще эльфийку? Ты о чем? Я эльфиек пока не видел.

– Очень интересно, – покачал головой шаман. – Что ж, объясню. Бой уже подходил к концу, но тут Банн погиб от рук внезапно появившейся эльфийской волшебницы по силе не меньше, чем маг второго круга. Благодаря Блайну, хоть как-то сдержавшему эту стерву, орки смогли отступить без особых потерь. Он вызвал меня, и я, вернувшись на поле боя, уже не рассчитывал застать тебя в живых… Мы увидели весьма странную картину. Ты валяешься без сознания. А рядом с тобой плачет эльфийка, моля богов о том, чтобы ты очнулся. Мало того, она решила, что мы хотим тебя убить, и мы с Блайном чудом умудрились ее парализовать. И то просто повезло, не то бы племя Степных Волков лишилось бы шамана и мага. Мы ее заперли.