Сергей Карелин – Охотники (страница 18)

— Ну, вот почему так, — философствовал он, — всего час лету на флайере до Меероза, а там и горячая еда, и мягкая постель, и красивые девушки… — Колючка зажмурил глаза и причмокнул от удовольствия.

Его лошадь была хорошо обученной. Чмокающий звук, изданный наездником, она приняла за команду, и послушно ускорила бег. Колючка не ожидал подобной прыти и свалился на землю, попав прямиком в глубокую лужу. Воздух наполнился отборными ругательствами.

Пока Кид копошился в грязи и ругался, я подъехал к Арчи, который рассматривал голокарту вместе с Эрлом. Судя по помехам, за нами следили. Что ж. Превосходно. Пусть любуются Кидом, который с трудом выкарабкался из грязи, с неменьшим трудом поймал лошадь, которая шарахалась от непонятного человека, измазанного грязью с ног до головы. Чем дольше нас будут воспринимать несерьезно, тем лучше для нас. Я надеялся на самомнение барона. Если верить рассказам Лейлы, оно не имело границ.

Дождь усилился. Еще полчаса почти в полной темноте мы добирались до небольшой осиновой рощи. Там мы разбили лагерь, натянув между деревьями походный тент.

Швед взял на себя обязанности повара, и уже через полчаса мы ели жареное мясо с испеченной на углях картошкой и запивали ароматным кофе.

— Ну, удружил, ну, накормил! — заявил Колючка, блаженно гладя себя по животу, щурясь от удовольствия и закуривая, — теперь бы еще теплую постель да симпатичную деваху!

— Ну, раз ты наелся… — проговорил я, подмигивая Арчи.

— Это кто сказал, что я наелся? — возмутился Кид. — Я только похвалил Шведа, вот и все. Чтобы мне наесться, надо еще столько же.

— Ладно, не заливай, кстати, твоя очередь мыть посуду.

— Ели все, а посуду мыть мне? — Колючка стал похож на воробья, готового броситься в бой.

— Тебе, тебе, — улыбнулся Арчи, — да заодно помойся. От тебя воняет на целую милю!

— Нет, ты слышал, Рэд, — взвился Кид, — я-то воняю? Да мои ноги чище, чем твои руки, мерзкий койот! Ты еще пожалеешь об этом…

Вдруг сильный порыв ветра чуть не сорвал навес, а около фургона появилась фигура в черном. Первым сориентировался Эрл, взяв на мушку незнакомца, через несколько секунд к нему присоединились и мы.

— Какие же мы болваны… — прошипел я, — совершенно забыли про охрану. А если наш гость не один?

— Привет вам, незнакомцы, — заговорил ночной гость, подходя к костру. Разглядев его получше, я с удивлением увидел, как сильно он походит на Эрла. Те же черты лица, что и у нашего спутника.

Ночной гость подошел вплотную к костру и сунул обе руки в огонь. Тот начал ласково облизывать их своими языками, не причиняя никаких повреждений. Если это было фокусом, то фокусом поистине гениальным.

Кстати, и одет он был тоже весьма экстравагантно. На его широкие плечи наброшена шкура гигантского волка, а на обнаженный торс нанесена боевая раскраска.

— Ты узнал меня, Эрл, сын Одорна? — голос незнакомца внезапно стал властным.

— Да, великий, — в голосе Эрла звучало благоговение.

Я почувствовал, как все стихло. Тишина вязкой пеленой опутала нас. Не было слышно ни стука капель дождя, ни порывов ветра, трепавших тент. Посмотрев на Эрла, я увидел, что тот, отложив оружие, во все глаза смотрел на стоявшего перед нами человека. Следующие слова незваного гостя, насколько я понял, были слышны только мне.

— Мои помощники в степи, — заговорил незнакомец, — нашептали мне радостную весть. Великий поход против оплота зла на нашей земле, Клана Черного Ястреба и его предводителя барона Ярреда, начался. Если бы не данный мной обет не вмешиваться в жизнь людей, я бы давно уже прекратил войны Кланов, разнес замок Ярреда, этот вертеп разврата, в клочья и развеял по степи. Я очень стар, так долго живу на этом свете, что потерял счет годам, но и я не вечен. Много лет назад я обрел священный дар — способность видеть будущее. Мой народ ждут великие потрясения и великие победы. И поведешь их ты, охотник с планеты Голубых Океанов, Рэд Райт.

— Откуда ты узнал мое имя? — вырвалось у меня.

— Я уже сказал, что могу видеть будущее. А если ты видишь будущее, то и настоящее, и прошлое открыто твоему взору. Надо только научиться видеть. Я произнесу полностью пророчество, написанное теми, что жили много веков назад на этой земле: «В сезон дождей появится великий охотник, и будут с ним верные друзья, и тогда начнется охота на черную птицу, которая питается падалью. И упадет птица с небес на землю, и настанет счастливое время для жителей степи. И лишь один человек… — Незнакомец внезапно замолчал и посмотрел на меня.

— Что? — только и смог спросить я.

— Я пришел к вам, чтобы возвестить о начале нового времени и предупредить об опасности. Любое пророчество можно изменить, помните это. Ваш враг видит вас, вы это знаете, но не надо считать его слабым. Берегитесь черной птицы. Перед тем как покинуть вас, я открою тебе, человек по имени Рэд, тайну серебряного перстня на твоей руке.

Я машинально стал разглядывать подарок отца Эрла, надетый на средний палец левой руки.

— Ты носишь грозное оружие. Настанет время, и перстень поможет тебе. Береги его. Не снимай, даже если тебя попросит об этом лучший друг.

На мой взгляд, в перстне ничего особенного не было. Конечно, он сделан из старинного серебра, это, пожалуй, и было его единственным достоинством. Ну, еще рисунок, выгравированный на перстне, — птица, пронзенная стрелой. Наверно, какой-то тайный знак или что-то в этом роде. Я хотел было спросить насчет этого, но незнакомец исчез.

Вернулись все звуки, и вновь дождь забарабанил по тенту. Я оглядел своих друзей. За исключением Эрла, они сидели с удивленными выражениями на лицах и смотрели на то место, где только что стоял ночной гость.

— А вы чего сидели? — осведомился я. — Он мог всех перещелкать, как в тире!

— Да я пытался, — виновато заметил Кид, — только почему-то тело меня не слушалось. Словно парализовало!

— Парализовало… — передразнил я. — Кто это был, Эрл?

— В нашем народе рассказывают легенду о Великом Воине по имени Хатт. Когда-то очень давно, когда мой прапрадед был еще безусым юнцом, этот Великий Воин сразился с огромным волком, которого послали боги, чтобы уничтожить наш род. Но после победы Хатта боги полюбили Великого Ввоина и забрали его к себе, наделив даром предсказывать будущее. Теперь Хатт великий пророк. Есть легенда о том, что он появляется только в самые трудные для нашего народа времена и разговаривает только с теми, кого считает достойными. Я, признаюсь, думал, что это все сказки, но сегодня я убедился, что Хатт существует на самом деле.

— Может, просто галлюцинация, — неуверенно заметил я.

— Тогда уж групповая галлюцинация, — хмыкнул Арчи, — а это уже нечто нереальное. — Он поднялся и, подойдя к месту, где стоял ночной гость, опустился на корточки и некоторое время изучал землю. — Хотя, — добавил он, нахмурившись, — следов я не вижу…

Несмотря на мои настойчивые вопросы, Эрл наотрез отказался еще что-нибудь рассказывать о своем великом герое Хатте. Видимо, его обидело мое предположение насчет галлюцинации. Я же, посовещавшись с охотниками, решил пока подождать с выяснением подробностей, ведь ничего угрожающего в появлении этого Хатта не было.

Хорошо выспавшись, мы с первыми лучами солнца, быстро позавтракав, отправились в путь. Когда мы собрали лагерь и уже седлали лошадей, ко мне подошел Эрл.

— Послушай, Рэд. Что сказал тебе Хатт?

— Да, в сущности, ничего особенного, — пожал я плечами, — кое-что про Клан Черного Ястреба, правда, в несколько иносказательной форме, ну, предупреждал об опасностях, в общем, все такое прочее.

— Ты ничего не понял! — Эрл перешел на шепот. — Я же тебе говорил, что Хатт приходит только к тем, кого считает достойными. Значит, ты и есть тот герой, появление которого предсказывали старые пророчества! Если это не так, то я не сын вождя нашего племени.

Я вскочил в седло и, ласково похлопав лошадь по шее, посмотрел на Эрла, наблюдавшего за мной.

— Не тешь себя надеждой, мой друг. Какой я герой? Смешно! Нам предстоит тяжелая борьба, и у меня нет времени разгадывать старые пророчества.

— Ты можешь говорить все что угодно, — покачал головой мой собеседник, — но Хатт выбрал тебя. И именно ты принесешь нам свободу, уничтожив Ярреда.

— Дай Бог, чтобы твои слова сбылись, — улыбнулся я и тронул лошадь.

Оглянувшись, я увидел, как Эрл что-то прошептал и тоже вскочил на коня. Все же они, как дети. Я не мог объяснить загадочное появление человека в шкуре волка, но для того, чтобы поверить во всю эту мистику, мне надо гораздо больше фактов.

К полудню дождь усилился. Да, поистине кошмарная погода на этой планете. Сначала дождь вроде стих, но через несколько минут обрушился на нас сплошной стеной. Я не понимал, как Эрл, взявший на себя обязанности проводника, ориентируется в подобных условиях. Видимость было нулевая.

Лошади все больше увязали в месиве. Долго это продолжаться не могло. По словам Эрла, мы должны добраться до Холма к вечеру, и я молил Бога, чтобы наш проводник оказался прав.

— Брр, — пробормотал Колючка, в очередной раз чудом избежав полета в грязь, и выругался.

— Что, тяжело? — ехидно поинтересовался Арчи, который, по-моему, лучше всех управлялся с лошадью.

— С каждым метром мы приближаемся к нашей печальной кончине, — угрюмо заметил Кид.