Сергей Карелин – Мастер темных Арканов 3 (страница 33)
— Спасибо, — поблагодарил я своего новоиспеченного друга, — но я справлюсь сам. Дуэль с задержкой, говорите? — будущему противнику достался мой презрительный взгляд. — Да не вопрос.
— Слышу слова не мальчика, но мужа, — довольно улыбнулся тот, — надеюсь, вы не против устроить её прямо сейчас?
— Здесь? — поднял я бровь. — Это будет оскорблением хозяину поместья, а вот завтра… Завтра можно и устроить…
— Что же, понятно, — презрительно процедил Акинфий, — боитесь, значит. Изгои потому и назывались изгоями. Трус есть трус. Нисколько не сомневался, что вы будете городить нелепые отговорки.
Я уже приготовил хлесткий, не менее хамский ответ, но не успел его произнести.
— Что здесь происходит?
Строгий и холодный голос Эйзенштейна меня удивил. Не знал, что продюсер «Зловещих мутантов» может быть настолько суровым. А сейчас он именно таким и был. Рядом с хозяином поместья стояли двое весьма габаритных мужчин, одетых в камуфляжную форму. Суровые, обветренные лица, ледяная уверенность во взглядах. М-да. Не хотел бы я сойтись с ними в драке. Сразу видно бывалых бойцов. За ними столпились четверо участников группы «Зловещие мутанты», что смотрели на меня испуганно.
— Уважаемый Абрам, — широко и льстиво улыбнулся Акинфий, — меня оскорбил князь Черногряжский. Я предложил ему дуэль. Прямо сейчас. А он отказался. Вот и весь разговор.
— Дуэль? Сейчас? — Эйзенштейн окинул Демидова насмешливым взглядом. — То есть вы, князь, хотите воспользоваться тем, что князь Черногряжский немного нетрезв, а потом ещё и испортить мне презентацию? Это будет оскорблением уже лично мне. Вы об этом не думали? Или мне связаться с вашим отцом?
— Не стоит, — слегка побледнел Акинфий, — но согласитесь, Абрам, что оскорбление не должно остаться без ответа…
— В общем так… — перебил его Эйзенштейн, — сегодня никаких дуэлей. К тому же любая дуэль — это, как бы то ни было, разрушение… Если мой уважаемый гость Павел Черногряжский согласен, то поединок устроим завтра. В паре километров отсюда имеется большой тренировочный центр с несколькими полигонами. Вот там и сходитесь. Но только не в моём доме.
— Хм… — Мне показалось, или Демидов слегка замялся? — Я согласен, — наконец заявил он. — А вы, князь?
— Разумеется, — хмыкнул я. И, кстати, не забудьте, что дуэль с задержкой!
— Не забуду, — задумчиво посмотрел на меня мой новый соперник. — У вас секундант имеется?
— Я его секундант, если, конечно, князь не возражает, — вдруг подал голос Оболенский.
— Вот как? — задрал подбородок Демидов. — Хорошо. Завтра к вам подойдет мой секундант. Уважаемый господин Эйзенштейн подскажет, где точно находится полигон?
Дождавшись кивка от хозяина дома и кивнув ему в ответ, он удалился.
— Вы уверены, Павел? — слегка взволнованно уточнил у меня Эйзенштейн, проводив глазами зарвавшегося аристократа. — Демидов, насколько мне известно, весьма опытный дуэлянт.
— Уверен, — заверил его я, хотя сказать, что на самом деле так и есть, не мог.
— Что ж, — кивнул продюсер, — дело ваше. Но мы с ребятами из группы будем с вами. Надеюсь, вы не возражаете? Да, ребята? — он повернулся к стоявшим позади него музыкантам. Те дружно поддержали.
— Нет, нисколько, — улыбнулся я, и в этот момент, как по заказу, появились разгоряченные и возбужденные после танцев девушки. И сразу поняли: что-то не так. Пришлось коротко поведать им, что произошло, и сообщить, что завтра у меня дуэль с князем Демидовым.
— Здорово! — радостно хлопнула в ладоши Палесская. — Надерешь ему задницу! Чего? — усмехнулась она, заметив укоризненные взгляды остальных. — Все правильно. Павел порвет этого Акинфия.
— Не сомневаюсь, — улыбнулась Настя, но вот Варвара, видимо, так не считала.
— Тебя, Павел, нельзя ни на минуту оставить! — возмутилась она. — Акинфий тот еще козел. Что он вообще здесь делал?
Но на этот вопрос, адресованный хозяину поместья, тот лишь пожал плечами.
— Ты справишься? — тревожно поинтересовалась у меня Фонвизина.
— Справлюсь! — пришлось соврать и ей, потому как после слов Абрама особой уверенности у меня не было.
— Насколько мне известно, в дуэльном рейтинге среди молодежи он поднялся достаточно высоко! — возразила Волконская. — Неужели ты настолько уверен в своих силах?
— Уверен, — заверил я девушку и тут же поймал одобрительный взгляд Инессы.
Глава двадцатая
«Все те же и Демидов»
Оставшийся вечер прошел без эксцессов, но я постоянно ловил на себе любопытные взгляды. Как сообщила мне Мария, известие о завтрашней дуэли князя Демидова с каким-то неизвестным, пусть и талантливым композитором и поэтом Черногряжским, уже разнеслось среди присутствующих. Князь Оболенский, так неожиданно ставший моим секундантом, оказался в принципе неплохим и компанейским парнем. И на удивление органично вписался в наше общество. Что ни говори, а харизмы ему хватало. Таких обычно называют душой компании. Я, конечно, тоже могу и блеснуть шуткой, и разговор поддержать, но здесь было практически искусство. Вскоре половина моей компании чуть ли не в рот ему заглядывали. А вот Фонвизина и Холмогорова, на мой взгляд, держались немного настороженно. Непонятно почему…. Надо потом поинтересоваться. Хотя не исключаю того, что я просто себе нафантазировал.
Кстати, пора бы решить два вопроса. Первый — учитывая, что дуэль должна состояться с задержкой, — у меня не было целительницы. Иви по уважительной причине отсутствовала, а остальные в моей пятёрке такими качествами не обладали. Можно, конечно, было взять Инессу, но, честно говоря, не особо-то и хотелось с такой её вечно недовольной миной. Но, чувствую, придется. Однако, Оболенский буквально прочитал мои мысли.
— Если вы не против, — улыбнулся он, — я вызову свою личную целительницу.
Хм… Я, понятное дело, был не против.
Второй вопрос касался секунданта. Я сразу предупредил Николая, что зрители мне не нужны…
— Не вопрос, — заверил меня тот, — так как вызвали вас, то решение на этот счет принимаете вы. Я предупрежу секунданта Демидова. Впрочем, насколько я знаю здешнюю публику, сейчас точно тотализатор организуют.
Мария с Настей переглянулись и согласно кивнули.
— Да пусть организовывают, — отмахнулся я, — и, разумеется, шансы князя Черногряжского будут оцениваться минимально.
— Ну… — задумчиво хмыкнул Оболенский, — думаю, скорее всего, так и будет. Прогнозирую один к пяти или семи.
— Если так будет, то поставлю на себя любимого! — просиял я.
— Ну и ну — удивленно поднял тот правую бровь.
— А что? Вроде не запрещено.
— Я узнаю! — вызвалась Мария. — Сколько ты хочешь поставить?
— Так… — вот тут я задумался. Прикинув свое нынешнее материальное состояние, решил, что потеря тридцати тысяч рублей не слишком пробьет мой бюджет. С другой стороны, есть возможность заработать денег. Всё же я неплохо наварился на продаже песен. И, как мне шепнула до этого Мария, оплата уже перечислена на мой счет. Поэтому можно и рискнуть. Правда, в свете последних дуэлей уверенности мне хватало. Особенно этому поспособствовала моя Тёмная колода.
— Тридцать тысяч! — сообщил ей.
— Ого! — с уважением посмотрел на меня Оболенский. — А вы уверены в себе, князь. Это похвально. Люблю рисковых людей.
— Поверьте, Николай, зная Пашу, риск здесь минимальный, — гордо заявила Варвара.
— Поверю вам на слово, — улыбнулся тот. — А сейчас, наверное, я вас оставлю. Нужно позвонить домой и вызвать целительницу. Заодно могу узнать про тотализатор…
— Не стоит, — остановила его Фонвизина, — я сама.
— Как вам угодно, — пожал тот плечами. — Если что, обращайтесь, — и ушел.
— Кто вообще такой этот Оболенский? — я наконец озвучил заинтриговавший меня вопрос.
Ответила на него, конечно же, Мария. Правда, парень этот был известен и Холмогоровой.
— Примечательная личность, — заметила Фонвизина. — Он, кстати, единственный наследник. Род занимается сельскохозяйственным экспортом. Продукты питания, собственные фермы, мясоперерабатывающие заводы… Короче говоря, весьма богатая и авторитетная фамилия. Вроде в тридцатке ТОП-а.
— Двадцать четвертые! — внезапно блеснула эрудицией Настя. — Я каждый год наизусть этот рейтинг учу! — пояснила она в ответ на удивленные взгляды. — Что? Очень полезно, между прочим!
— Не знаю, чем полезно, — презрительно фыркнула Палесская, которая молча наблюдала за нашим разговором и заговорила, только когда Оболенский удалился. — Не хватало еще рейтинги зубрить! Делать больше нечего! Вон, в МГС, если надо, посмотри!
Настя одарила рыжую не менее презрительным взглядом, что-то пробурчав по поводу ленивых девок, однако, Женя не обратила на ее слова никакого внимания.
— Демидов, как уже говорили, — короткая женская пикировка Фонвизину даже позабавила, но она вернула разговор в прежнее русло, — действительно любит дуэлиться. И умеет это делать. Сейчас могу ошибаться, надо заглянуть в рейтинг, но в этом году у него десять побед и одно поражение.
— Значит, будет два поражения! — безапеляционно заявила Волконская, сложив руки на груди.
— Да я разве против? — рассмеялась Евгения. — Я же сразу сказала, что Павел всех порвет!
На этой бравурной ноте я предложил закрыть тему дуэли до завтрашнего дня. Честно говоря, мне уже начинало казаться, что на явную провокацию князя Демидова я повёлся зря. А это неправильно. Потому и постарался отбросить все негативные мысли. Мария, кстати, успела отлучиться и где-то выцепить господина, принимавшего ставки на наш с Демидовым поединок. Вернувшись, она отчиталась, что поставила тридцать тысяч от меня (это при том, что никаких денег я не давал), и напрочь отказалась брать их, заявив, что не помнит номера своего счёта и, вообще, рассчитаемся после дуэли. А потом она с гордостью заявила, что лично поставила пятьдесят тысяч.