Сергей Карелин – Эволюция целителя 4 (страница 26)

— А-а-а! А-а-а-а! — закричал от боли парень, надрывая глотку. Он упал, начиная кататься по земле, а его одежда моментально вспыхнула, словно порох.

Глава 11

Огонь с парня сбили два охранника, набрасывая на него огнеупорную ткань, но ему это не особо помогло. Жар был таким сильным, что куртка парня прогорела полностью, а его кожа обуглилась.

Я уже был рядом и облегчил участь пострадавшего анестетиком. В этот момент к нему подбежали два целителя. Одного из них я узнал. Целитель Державиных. Как всегда в пенсне и с чемоданчиком в руках.

— Просим вас отойти. Пожалуйста, удалитесь к столикам, — как можно вежливей обратился здоровенный охранник к гостям, в том числе и ко мне, о я не сдвинулся с места.

— Вас тоже это касается, — загудел передо мной голос здоровяка.

— Ярослав Сергеич, глубокий ожог, струп не даёт ему дышать, — услышал я напряжённый голос целителя с аккуратной бородкой. Тот склонившись над хрипящим аристократом. — Интубация бессмысленна.

Так он назвал процесс, при котором в горло вводят специальную трубку, чтобы пациент мог вздохнуть. Всё верно сказал. Смысла этого делать нет.

Кожа превратилась в плотный нерастягивающийся струп, который медики изредка называют эшаром. Хрен знает, что это был за огонь, но точно не обычный. Внутренние ткани за несколько секунд воздействия пламени отекли моментально. Травма серьёзная. Образовавшаяся «мёртвая кора» превратилась в панцирь, и он сдавил грудную клетку так, что лёгкие парня не могли расправиться на вдохе.

— Разрежем струп магическим лезвием, — напряжённо взглянул на целителя Державиных бородатый. — Я сделаю это.

Не знаю насчёт магического, но надрез был необходим. В этом я был с ним полностью солидарен. Выхода не было. Только хирургическое вмешательство.

— Илья Василич, не получится. Магическая плёнка, видите? Она блокирует. Попробую развоплотить её… сейчас, — пробормотал целитель Державиных, нервно поправляя пенсне, затем выставил руки.

— Алексей, пойдёмте, — прошептала Софья.

— Подождите, я ведь могу помочь ему, — прошептал я в ответ. Кажется у целителей ничего не получалось, а парень продолжал задыхаться.

— Послушайте свою даму, — обратился ко мне охранник. — Здесь не нужно геройствовать.

— Я лекарь, могу спасти его, — сообщил я здоровяку, замечая на его лице снисходительную улыбку.

Ну да, слово «лекарь» в присутствии двух целителей моментально теряет свой вес. Но я продолжал наблюдать, как целители безуспешно пытались помочь пострадавшему. И внутри меня боролись две мысли. Одна говорила, чтобы я не мешал целителям и не лез не в своё дело. Вторая упрямо твердила, что если парень умрёт, я никогда себе не прощу бездействия.

— Его обязательно спасут, не переживайте, — обнадёживающе прогудел здоровяк.

— Сомневаюсь, — буркнул я под нос, наблюдая за действиями целителя в пенсне.

Пока парень задыхался и был уже на грани, тот выплёскивал магию, которая ровным счётом никак не влияла на магическую плёнку, блокирующую доступ к ожоговому струпу.

Целитель скрипел зубами и продолжал выплёскивать энергию, но всё было напрасно.

Что ж, придётся действовать радикально. Я бросил взгляд на охранника, который меня точно не пропустит к умирающему. Здоровяк получил от меня заряд анестетика, застыл на месте, прикрыв глаза.

— Нет шансов, просто нет их. Он задохнётся, — услышал я от бородатого целителя.

— Я с вами согласен, — удручённо выдавил целитель Державиных. — Но сделаем всё что можем. Мы должны…

— Ему нужно сделать надрез, — присел я на корточки рядом с ними.

— Вы кто? — удивился целитель с бородкой.

— Я лекарь, — сообщил я.

— А мы целители, — выдавил мужичок в пенсне, не скрывая раздражения в голосе. — Отойдите и не мешайте. Вы же только что сбили моё заклинание!.. — затем его глаза округлились. — Вы же тот лекарь!

— У вас есть скальпель? — игнорируя слова целителя, я бросил взгляд на его блестящий чемоданчик.

— Да как вы… Немедленно отойдите! Охрана! — воскликнул бородатый.

Но затем он обмяк, как и второй. Я их угостил совсем небольшим количеством анестетика, чтобы не мешали. Оба забормотали под нос, уставившись на пострадавшего. Некогда мне с ними лясы точить. Дела надо делать.

— Что происходит⁈ Почему остановились⁈ Кто рядом с ним⁈ — рычал в стороне мужской голос, скорее всего отец пострадавшего парня. Неподалёку рыдала женщина, мать паренька.

— Я спасу его! Я лекарь! — сообщил я им и двум охранникам, которые оказались рядом. — Не мешайте!

Коренастые парни затоптались рядом в нерешительности. Аристократы притихли. Мужской голос зарычал в воздухе, приказывая охране ничего не предпринимать.

— Хр-р-р, ах-р-р, — аристо скрёб ногтями землю. Лёжа на спине, он пытался снова и снова вдохнуть, но грудная клетка почти не вздымалась.

— Сейчас, потерпи ещё немного, — сообщил я ему, оглядев тело, затем открыл чемоданчик.

Мне повезло. Скальпель я нашёл довольно быстро. Он выглядывал из кармашка и прятался в серебристом чехле.

Диагностический щуп я не смог погрузить в грудную клетку парня. Странная магическая плёнка заблокировала и мою энергию.

Что ж, тогда пойдём другим путём. Я пустил в ход «Нейтрализатор», кое-как пробивая плотный барьер.

Парень уже сипел, вены на его шее вздулись, лицо посинело от цианоза. Пульс нитевидный. По-хорошему ещё полминуты, а то и меньше, и кранты.

Нет времени на стерильные перчатки или полную антисептику. Я лишь увидел на столе абсент, замечая на этикетке «Крепость — 65». Отлично! То, что и нужно.

Выхватив из чехла скальпель, блеснувший в воздухе, я полил на него абсентом, затем на грудную клетку парня.

Что ж, поехали. Я ещё раз выплеснул анестетик, чтобы надёжней обезболить, следом занёс скальпель над задыхающимся бледным парнем.

Кто-то из дам завизжал, раздались изумлённые вскрики кавалеров. Целители пытались меня остановить, выплёвывая непонятные слова.

Плевать на них, всё внимание на пострадавшем. Сейчас мне нужна максимальная концентрация на одном: сделать правильный надрез и не повредить живые внутренние ткани.

Контролируя процесс при помощи диагностического щупа, я приложил лезвие к грудной клетке, которая больше смахивала на обугленное дерево, а затем надавил на скальпель ровно с таким усилием, чтобы погрузиться на нужную глубину и не повредить живую подкожную клетчатку. Хруст сухой корки врезался в уши. Я провёл по грудине, начиная от ярёмной ямки, где сходятся ключицы, и довёл почти до солнечного сплетения. затем сделал боковые надрезы.

Крови почти не было, так как сосуды в зоне ожога коагулированы, если проще — запеклись по полной.

Когда я совершил последний разрез, мёртвая кожа с характерным хрустом разошлась в стороны. Грудная клетка резко, судорожно поднялась. Парень сделал хриплый жадный вдох, затем задышал в полную силу. Синюшность на его лице исчезла, кожа приобрела бледный оттенок.

Ну вот и замечательно. Под занавес я убрал попавшую в организм инфекцию и применил «Регенеративные лучи», восстанавливая особо масштабные повреждения мягких тканей.

Затем пришлось развоплотить диагностический щуп. Целители всё же смогли справиться с моим анестетиком и очнулись.

— Немедленно отойдите! — зашипел на меня целитель Державиных. Он схватил меня за рукав и так резко дёрнулся, что с его носа слетело пенсне.

— Ярослав Сергеич, так он уже почти всё сделал, — растерянно произнёс бородатый целитель.

— Как сделал? — удивился целитель Державиных, склоняясь к парню.

— Семён Михайлович жив. Осталось лишь восстановить кожный покров. Но наследник жив… Он жив, — пробормотал бородатый, изумлённо взглянув на меня. — Постойте, как вы это сделали⁈ Вы ведь спасли его!

— Взял и сделал, — улыбнулся я, возвращаясь к Софье.

Что ж, лавры спасителя я уже заработал, а дальше пусть потрудятся целители. Да к тому же энергии на «Регенеративные лучи» тратится очень много. Мне не хватит её на полное лечение, даже учитывая, что я воспользуюсь скрытым резервом.

Мужичок в пенсне забавно таращился в мою сторону, а бородатый уже раскрыл ладони, освобождая спасённого от остатков струпа и заживляя ожоги.

И заклинание его было очень сильным. Даже с пяти метров я чувствовал мощный фон, отходящий от искрящихся потоков, которые выплёскивал бородач из своих ладоней.

Целители явно хотели мне задать вопросы, но ситуация неподходящая. Надо было полностью вылечить наследника. Хотя фамилии спасённого я так до сих пор и не знал.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы успешно провели операцию в полевых условиях!

Награда: + 700 очков опыта.

Бонус за сложность: +500 очков опыта.

Текущий уровень: 9 (12600/25000)/.

— Он будет жить? Что ты сделал? — у Софьи от волнения слегка изменился голос. — Ты спас его?