Сергей Карелин – Барон Дубов. Том 2 (страница 5)

Отряхнувшись от пыли, пошёл на урок. Он наверно уже начался.

Купол арены был открыт, и яркое осеннее солнце заливало огромную площадку. На месте сваленных сосен в центре уже высились новые. Последних следов нашего сражения с Сергеем Михайловичем уже не было.

Студенты собрались недалеко от ристалища для поединков слева. В центре него стояло что-то большое и квадратное, накрытое брезентом. Студенты нетерпеливо перетаптывались на месте. Я увидел княжну Онежскую, она улыбнулась и помахала мне новеньким голубым шарфом. А ещё Павел Северов заметил меня и кивнул. Явно обрадовался, увидев меня. Над бровью у него розовел свежий шрам. Я подошёл к толпе и попытался смешаться с ней, перебросился парой слов с княжной и Павлом, а потом появился Сергей Михайлович.

Как всегда хмурый, он обвёл наши ряды суровым взглядом. Задержал его на мне, и его губы тронула короткая и почти незаметная усмешка. А потом произнёс:

— Не вижу ещё четверых! Хлыстов, Молчанов, Малинин и Горничев. Где они?

— В туалете, — ответил я.

Сергей слегка наклонил голову набок, глубоко вздохнул и медленно выдохнул:

— Дубов… Им помощь требуется?

Я пожал плечами:

— Разве что шампунь хороший.

— Ладно, начнём занятие, — кивнул Сергей и стал ходить из стороны в сторону на ристалище. Мимо штуки, укрытой брезентом. Оттуда не доносилось ни звука, но я чувствовал, что там кто-то есть. — Тема сегодняшнего дня — заговоренное оружие. Поднимите руки те, у кого оно есть.

Многие подняли руки. «Клинки» — самый престижный факультет в Пятигорке. Так что на него брали в основном тех, кто обладает или мощной способностью, или атакующим Инсектом. А это, как правило, дворяне: княжичи, герцоги, графы и баронеты. Так что фамильным оружием или просто оружием они были обеспечены.

— Хорошо, — снова кивнул Сергей и снова взглянул на меня. — Краткая справка для тех, кто пропустил несколько занятий. — Некоторые студенты обернулись на меня. А один, детина два на два метра, даже ухмыльнулся. — Заговорённое оружие — это основной вид оружия ближнего боя против Саранчи. Мечи, топоры, копья, луки, стрелы. Основное отличие от простых клинков — наличие рун и металл. Металл — трабелуниум, его добывают из панцирей офицеров Саранчи.

— А они не против? — хохотнул детина.

— Они очень даже против, княжич Медведев. Поэтому каждый кусочек этого металла чрезвычайно ценен. Однажды все узнают, насколько Саранча не хочет умирать. Моя задача — к этому моменту вас максимально подготовить. Поэтому слушайте внимательно. Основное отличие трабелуниума — способность впитывать ману носителя и концентрировать её вокруг себя в тончайшую оболочку. Эта оболочка значительно улучшает характеристики оружия. Оно становится легче, прочнее и смертоноснее. Нет ничего, что может остановить заговоренный клинок из трабелуниума, кроме другого такого клинка. И… некоторых Инсектов.

— Ого! — воскликнул кто-то из толпы. — Это у кого же такой Инсект?

А я просто промолчал. Мне лекцию интереснее послушать.

— Есть такие… — максимально загадочно ответил препод. — Заговорённое оружие без Маны мало чем отличается от обычного. Поэтому мы и изучаем на занятиях способы концентрации и управления маной, чтобы направлять её в наше оружие. Руны на клинках тоже играют роль. Они помогают распределить ману вдоль всего оружия наиболее равномерно и эффективно. Наверняка многие заметили, что у всех руны разнятся. Это так. У каждого рода свой набор рун для оружия. На что ещё они влияют, я не могу сказать. Может поменяться цвет высвобождаемой маны и, пожалуй, всё. Дружинники с разноцветными клинками на моих глазах умирали одинаково.

По толпе студентов прокатился испуганный шёпот. Умеет Сергей Михайлович подбодрить.

— Главное, помните, от вашего умения концентрировать ману, зависит то, как быстро вы ее израсходуете. Без маны вы будете беззащитны, так что не забывайте о зельях и о тренировках. Вторые улучшают проходимость мана-каналов организма, а первые восполняют её запасы. Так что думайте головой и просчитывайте всё на несколько шагов вперёд. Саранча не прощает ошибок. Как и любой другой враг.

— Ладно вам, Сергей Михайлович, народ пугать, — снова подал голос Медведев. Голос у него был громкий и глубокий. — Мой отец эту Саранчу пачками валит. Один взмах, и сотня их пехотинцев располовинена. Главное, меч побольше!

Княжич сложил руки на груди и приосанился, лучезарно улыбаясь. Волосы у него были русые, телосложение богатырское, а улыбка широкая. А ещё борода. Мощная такая, русская борода до груди. Точное воплощение богатырей далёкой древности.

Сергей Михайлович ухмыльнулся:

— Я наслышан о подвигах вашего отца, господин Медведев. Правда, не имел чести наблюдать лично… Но не стоит легкомысленно относиться к противнику. Иначе он смертельно удивит вас. Пехотинца Саранчи легко убить обычной пулей и даже обычным клинком. Но дело в том… Что их не зря назвали Саранчой.

Учитель медленно шёл к нам, и голос его становился всё тревожнее и опаснее. Даже Медведев сглотнул, я видел, как у него кадык дёрнулся. Он стоял рядом со мной. Неподалёку ещё заметил Лакроссу, она тоже была с факультета «клинков». Оркесса завороженно слушала рассказ.

— Есть такое насекомое, которое объединяется в огромные стада, или, правильнее их называть, рой. Оно пожирает все растения на своём пути, любые побеги картофеля, пшеницы… В тех княжествах, где прошлась саранча, начинается голод. Пришельцы, которые прибыли на нашу планету с осколком метеорита больше семи веков назад, пронеслись по территории Европы, пожирая на своём пути абсолютно всё живое. Как саранча. Ни один таракан и мышь не ускользнули от них. Их легионы с каждым днём только росли, и ничто не могло спасти человечество. Да, Медведев. С одним пехотинцем можно справиться, с двумя тоже, и с тремя, если вы обладает сноровкой и боевым опытом. Отдельные воины могут противостоять сразу сотне. Но что если их многие тысячи? А в ваших руках только автомат с обоймой на девяносто патронов, и ваш меч. Если вы думаете, что Саранча — это небольшой зверь, который просто давит количеством, то тут вы тоже ошибаетесь…

Сергей отошёл назад, протянул руку за спину и одним движением сдёрнул брезент с чего-то большого и квадратного. Какая-то девчонка рядом со мной вскрикнула тонким фальцетом:

— А-а-а-а!

А потом Медведев закатил глаза и начал заваливаться на меня. Я уже приготовился его ловить, но он почти сразу пришёл в себя и огляделся.

— То есть, я хотел сказать… РА-А-АР! — взревел он, но ему уже никто не поверил. И он шепотом добавил: — Да кого я обманываю…

Только я это и услышал. Да, похоже, у братца медвежонка проблемы с храбростью. Поэтому и отправили такой цвет рода в Пятигорку.

Впрочем, большинство студентов побледнели и отступили от клетки, которая скрывалась под брезентом. Так я остался почти один, стоя ближе всех к клетке.Скорее, потому что рядом со мной встали Лакросса и Онежская. Видимо, считали, что рядом со мной безопаснее всего, потому что я не выказал и капли страха.

Отец много рассказывал мне о Саранче, я видел её на картинках в учебниках, но всё равно вживую пехотинец представлял жуткое, потустороннее зрелище. Чуждая нашему миру жизнь, единственный смысл которой — поглотить всю остальную жизнь.

В клетке стоял и слегка покачивался двухметровой высоты монстр. Его кожа была бледно-серой, словно никогда не видела света. Голова по форме напоминала человеческую, но не имела глаз, ушей и носа. Только круглую пасть с кучей мелких зубов, которые росли несколькими кругами, и на верхней половине «лица» пластину будто из очень тонкой кожицы. Видимо, что-то вроде радиолокаторов или сенсора.

Изредка монстр издавал щёлкающие звуки. У него было мощное, мускулистое тело, но очень вытянутое, за плечами росли перепончатые серые крылья, небольшие, около полутора метров в размахе. Не уверен, что с ними можно летать. Длинные руки опускались ниже колен и имели три сустава вместо двух. Оканчивались они тремя пальцами с длинными и очень острыми когтями. Ноги походили на ноги кенгуру. Только абсолютно лысые и тоже с когтями, короткими. Этот монстр явно быстро передвигался и мог высоко прыгать. А вот половых признаков у Саранчи не наблюдалось. Монстр стоял перед нами голый, и между ног у него было абсолютно гладко. Значит, размножаются они каким-то другим способом.

— Дубов? — окликнул меня Сергей Михайлович.

Я встрепенулся и понял, что ближе всех подошёл к клетке.

— Он ведь видит нас?

— Если быть более точным, он слышит нас и осязает своими сенсорными органами.

— Тогда почему он спокойно стоит?

— А вот тут мы подходим ко второй теме нашего урока. К теме Саранчи. Мы коснёмся её вскользь, так что многие не услышат ничего нового. Сам по себе пехотинец не опасен. Вдали от своих собратьев он теряет всякую активность и становится абсолютно пассивным ко всем видам раздражителей. Их можно жечь и бить, колоть и резать, они не будут отвечать. Дело в том, что вся Саранча управляется коллективным разумом Роя, как его называют в Имперской Канцелярии. Где его эпицентр, мы не знаем, но его волю транслируют офицеры Саранчи. Это уже более продвинутые воины. И куда более опасные. Они обладают природным бронированием из трабелуниума, и простой пулей их не убить. Но не это самое главное. Каждый офицер — это ретранслятор воли Роя. В одиночку он может вести в бой до тысячи пехотинцев. Убьёте такого, и целый вражеский полк остановится. Пока его не подхватит новый офицер…