Сергей Карелин – Бард 8 (страница 5)
– Спасибо!
– За то, что побил тебя? – уточнил у нее с иронией.
– За то, что в полную силу дрался!
Я лишь пожал в ответ плечами, и мы вернулись к наблюдению за происходящим на Арене.
Толпа наконец успокоилась и судьи смогли начать второй полуфинал. Агнесса Милославская против Всеволода Хлобыстова. Посмотрим, кого мне предстоит вынести в финале.
Глава 3 «Финал Турнира Пяти»
Зрелище вышло откровенно так себе. Хлобыстов реально разочаровал. Я вообще не понял, как он умудрился попасть в полуфинал. Неужели заливал договорняки все дуэли, а тут вдруг попался принципиальный противник? В результате мои девушки хором заявили, что наш полуфинал с Вяземской смотрелся красочно. А этот… Агнесса гоняла Всеволода огненным хлыстом по всему рингу, легко уходя от его слабеньких воздушных ударов и молний.
Закончилось все логичной победой девушки. Щит ее противника, который так и не подобрал ключик, чтобы пробить оборону Милославской, просто испарился. Парой резких ударов она буквально перекрестила Хлобыстова, и он рухнул на песок со страшными страшными ожогами. И вновь Мерцковой нашлась работа. Блин, если Керана научится так лечить, ей цены не будет. Хотя она и так бесценна, чего это я.
Освободились мы довольно рано и ушли, чудом избежав встречи с моими фанатами. Домой успели как раз к обеду, на который заглянула Скуратова. Декан огненного факультета деликатно отказалась разделить с нами трапезу, сообщив, что финал состоится в одиннадцать ноль ноль и чтобы мы не опаздывали. Не вопросы! Мы вообще раньше уйдем.
Горячо пожелав мне удачи в завтрашнем финале, она ушла заниматься какими-то «орговскими терками».
После обеда мы с Уной и Беллой собрались в моем кабинете, чтобы наконец посмотреть те самые статьи, которые так долго грозилась опубликовать моя ручная журналистка. У Беллы Кун был настоящий талант. Мне прямо захотелось встретиться и пообщаться с самим собой, настолько хорошо был описан…
Само собой я решил не скромничать и высказал девушке все, что думаю о ее таланте, чем заставил ее слегка покраснеть от удовольствия. Особенно меня радовало, что Белла балансировала на грани, но не сваливалась в откровенную чернуху, свойственной «желтой прессе». Даже не стал предлагать какие-нибудь свои правки. Все было написано исключительно по делу.
Затем мы обсудили тотализатор и я узнал последние весьма радостные вести. Уна заработала нам очередной миллион рублей. Все-таки в фее умер крутой бизнесмен, ей бы на Уолл Стрит миллиардами воротить, а не прислуживать попаданцу. Представляю, как бы она развернулась в моем прежнем мире. Правда мои восторги несколько стихли, когда она с гордостью заявила, что все выигранные деньги поставила на меня же в финале.
– Между прочим, фавориткой считается рыжая! – довольным тоном заявила Уна. – На твою победу три к одному. Как хорошо, когда такие глупцы сидят среди организаторов официального тотализатора. Где их Академия вообще нашла?!
М-да. Романов, видимо, хотел подзаработать и пригласил каких-то знакомых купцов, которые все и организовали. Надеюсь, я не разорю Академию.
– Вот точно не переживай об этом… – рассмеялась Уна. – Все оплачивает император! Считай, мы грабим корону!
На праздные разговоры и чтение статей ушла пара часов. Меня уже начали посещать фривольные мысли, чтобы слегка размяться в спальне с одной очень талантливой журналисткой, которая и сама была не против, как внезапно на вилле появился гость, которого я не особо ждал. Он, конечно, грозился прийти, но я уже думал, что не удостоюсь подобной чести. Оказывается, просчитался.
Вот он, полковник Ржевский, довольный и улыбающийся, сидит напротив в кресле и потягивает дорогущий коньяк, который запасливая Уна достала из инвентаря. Сначала я вообще собирался угостить его мифитом, но потом передумал. Обойдется, блин.
– Все-таки уютно у тебя, Александр, – пригубив янтарную ароматную жидкость, как-то мечтательно произнес Ржевский. Мы обсуждали всякую фигню вроде обстановки во внешнем мире и последних имперских сплетен (фея исправно транслировала мне нужную инфу). Между прочим, у полковника это была уже вторая бутылка, а за окном начало темнеть. Мне-то все равно, Уна потом быстро в порядок приведет, а вот Андрей уже неплохо так набрался. Начался этап откровенности. М-да, болтун – находка для шпиона. Расслабился Ржевский. – Эх, не то что в военной академии. Там такой комфорт только снится!
– Военная академия? – Надо же, даже не слышал о такой.
– Их на всю Российскую империю лишь три, – пояснил слегка заплетающимся языком Ржевский, – в Москве, в Санкт-Петербурге и в Ростове. Очень престижное место. Туда так просто не поступишь. Обязательно, чтобы в семье были военные хотя бы в трех поколениях. Мой род, между прочим, все потомственные военные! Дед генералом был, отец тоже. Я собираюсь продолжить славную традицию. Вот провернем нашу операцию в СЭШ, – он мечтательно вздохнул, – генерала получу. Обещали! Мне показалось, тебе князь Трубецкой не слишком понравился? – неожиданно сменил он тему и смерил меня подозрительным взглядом.
Интересно, с какого перепуга он сделал подобный вывод?
– С чего ты решил?
– Не первый год работаю, – хмыкнул полковник, – не ссы, наш начальник – правильный мужик. Да, пошутить любит, порой весьма жестко, но за своих людей горой стоит! Даже перед Императором. Вот ты…
Я обратился в слух. Как там говорится? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке?
– Ты вот знаешь, что у Императора с князем Трубецким разговор состоялся? Только между нами, – мне показалось, что Ржевский на мгновение протрезвел. Я кивнул, и его глаза вновь стали пьяными. – Так вот, сам Император посчитал, что тебе его жена внимание больше обычного уделила. Смех, да и только! О ревности нашего самодержца уже легенды ходят! – он усмехнулся и строго посмотрел на меня. – Я тебе ничего не говорил! Но имей в виду!
– Разумеется, – с самым серьезным видом кивнул я, – я не идиот, чтобы трепаться на такие темы. О чем они говорили?
– Наш начальник объяснил Ивану Рюриковичу, что он на воду дует. Мол, его кто-то в заблуждение ввел. А Трубецкой в фаворе. У него авторитет… ух! Успокоил в общем, снял и с тебя императорский надзор.
Ржевский вопросительно посмотрел на пустой бокал. Я наполнил его и обновил свой. Вот здоровье у человека. Выпил в три раза больше меня, вроде пьяный… а вроде и не совсем.
– Держись его, Саня, и все будет у тебя в ажуре! Я ведь тоже в СЭШ лечу! Буду твоим куратором! Только отдельно и инкогнито.
– Летишь? На чем?
Из-за своей вечной тормознутости я так и не узнал, на чем вообще путешествуют через океан. Вряд-ли у них тут есть самолеты. Вроде эльфы на драконах путешествуют… может, порталом?
– Что значит «на чем»? – мне показалось, мой собеседник вновь протрезвел от удивления и настороженности. – На дирижабле, конечно!
А, ну да, чего это я. Какие еще варианты на самом деле? На дирижабле. Охренеть. Нужно срочно узнать про них, все ТТХ, на чем летают, существует ли «Гиденбург». Я вообще высоту не люблю, а тут буквально на бомбе лететь!
– Два дня – и ты в Йоркрастле или в Вашингтониэле.
Уна тут же подсказала, что Вашингтоэль является столицей СЭШ. Названа в честь первого императора светлых эльфов, легендарная личность и все дела. Меня не переставало забавлять сходство имен с реальными историческими персонажами. Порой доходило до полного абсурда, но было смешно.
– Это мне придется на обычном регулярном рейсе трястись, а ты со своим гаремом на «Александре II Великом» полетишь. Лучший дирижабль в Российской империи. Между прочим, Канцелярия забронировала тебе каюты первого класса. На двадцать пассажиров! Они были заняты за три месяца, пришлось делать держателям билетов предложение, от которого они не смогли отказаться. – Ржевский отсалютовал мне бокалом и продолжил пьяную исповедь: – Каюты высшего класса, понятно, не дадут, не дорос еще. На них только правители летают или особо выдающиеся персоны. Ни за какие деньги не купишь. В общем, наслаждайся полетом и жизнью. Только хорошо выбирай, кого с собой брать. Только нужных. Насколько мне известно, у тебя там отличный боевой отряд собран.
– Не переживай, в означенное количество как-нибудь уложусь, – с иронией в голосе ответил ему. – А когда мы летим-то?
– Двадцать пятого мая! – сообщил мне Ржевский. – Занятия в Академии заканчиваются пятого мая, до пятнадцатого у вас экзамены. Достаточно время на подготовку. Мы еще обязательно несколько раз. Спасибо за коньяк. Настоящий Шустов, семизвездочный. Достать его непросто, ты меня удивил, Александр. Приятно удивил. И вообще, ты мне нравишься! Ох, чувствую, мы шороху в СЭШ наведем! Сейчас мне пора идти. Дама ждет! – он подмигнул мне и легко, словно и не был пьяным, поднялся из кресла.
И как-то меня напрягли его слова, как и напускное пьяное веселье. Хорошо притворялся, гад, вываливая всю информацию в попытке подружиться и набиться в доверие. Интуиция подсказывала, что ждущая его дама мне знакома. В принципе, на территории Академии было не так много вариантов.
– Если не секрет, к кому торопишься? – решил я обнаглеть и все же задал очень интересующий меня вопрос. Ржевский явно удивился подобной бесцеремонности, но тем не менее ответил. И его ответ меня огорошил.