Сергей Карасев – Возврат (страница 2)

– Да, – резко бросил он в трубку.

– Геннадий Семенович, ваша жена звонила и просила передать, что роды уже начались.

Он бросил трубку и выбежал из кабинета, его уже не волновал побег и операция по задержанию беглеца. Он бежал по ступенькам вниз к выходу. По пути крича секретарю, «машину мне срочно». Мой долгожданный мальчик, мой сын. Ни о чем он больше не мог думать. Скорей бы увидеть его, скорей бы взять на руки, скорей бы.

Примчался в роддом, не находя себе места побежал по коридорам с остекленевшими глазами искал палату супруги, наконец нашел постучал в дверь родовой палаты, вошел. (Геннадий Семенович мог входить в любые двери в этом городе. Город маленький и все знали какую большую должность он занимает)

Когда он вошел, увидел жену, лежащую на кровати, на руках у нее лежал маленький сморщенный комочек.

– На минутку опоздали Геннадий Семенович, – сказал врач акушер. Он приблизился к жене и развернул тряпки, пропитанные влагой. Синеватый оттенок кожи малыша сперва напугал его, но после он разглядел его получше и успокоился. Маленькие ручки копошились сами по себе, почти прозрачные ногти малыша показались Геннадию вытянутыми и изящными.

– Могу я взять его на руки?

– Сначала нужно отрезать пуповину, – ответил врач.

– Вы опоздали всего на минуту, мы не успели еще отрезать.

– Хотите? – протягивая ножницы сказал доктор.

Папаша взял в руки инструмент и медленно, стараясь не навредить, резал мягкую плоть, жизненной нити, которая кормила его маленького Ванечку. Но это оказалось не так просто пуповина не перерезалась.

– Не бойтесь ему не больно.

Ещё одно усилие и кровь брызнула на покрывало и на медицинский инструмент.

Ребёнка забрали помыли, взвесили, измерили рост и запеленали. Наконец он получил своего первенца на руки. Вокруг происходила какая-то возня, но полковника это не беспокоило, он держал на руках своего сына и смотрел на него, внимательно разглядывая каждую складочку, каждый участок кожи на лице, следил за каждым движением. Смотрел, не отводя глаз, как иногда смотришь на костер и не можешь даже моргнуть. Душа его была переполнена счастьем он не мог поверить в то, что буквально из ничего, появилась жизнь, появился новый человек, без которого он уже не представлял свою жизнь. Уже сейчас он не чаял души в своем чаде.

Вдруг он поймал себя на мысли, что последний раз он был так счастлив, так, что ощущал дрожь по всему телу, когда несколько лет назад во время тюремного бунта, он направо и налево раздавал удары дубинкой. Совсем хлипкие и истощенные тюремным режимом люди, падали от ужасной боли. Резиновая дубинка во время удара прилипала к телу, и кожа лопалась. Он же с оскалом на лице продолжал выполнять свою работу. Затем после такого подавления бунта они с ребятами сидели в дежурной части и с упоением рассказывали, во всех красках, как все прошло, ощущая приятную усталость.

Сейчас он держал сына на руках, телом находился здесь, но мысли его были далеко – там, где он был героем, где мог вершить судьбы заключенных.

Он улыбнулся до щелчков в щеках. Обычно, когда мы говорим по телефону и слышим такие щелчки мы понимаем, что человек улыбается. И сказал «сын мой».

Назвали мальчика Иваном. Папа обожал своего малыша всегда играл с ним и менял подгузники.

Был примерным отцом во всех отношениях.

Прошло несколько месяцев, малыш окреп, и папа за это время тоже изменился, уж не так охотно брал его на руки стал чаще не бывать дома, всячески избегал своих отцовских обязанностей.

Мама, звали её Юля, была обычной женщиной ничем не выделялась из толпы, блондинка с внушительных размеров носом, и довольно милыми, торчащими ушками. Она стала замечать, что муж её уже отдалился на приличное расстояние, было такое чувство, как песок проходит сквозь пальцы, опустошение. Она понимала, что муж уже где-то далеко от неё, что живут они вместе, как соседи по комнате в общежитии.

В какой-то момент её перестало это устраивать и, собравшись с мыслями, она решила действовать.

Утром, проснувшись и, как всегда, взявшись за домашние дела, коих было немало, она без настроения начала свой день, все думая и переживая в душе свою семейную драму. Она считала, что все, что происходит, – ее личные переживания, которые приносят вред только ей одной, поскольку муж никак не участвовал в их отношениях. Казалось, что он вообще не переживает из-за их семейного разногласия или даже не знает о нем. Нередко думала, что слишком закрывается в себе и надо бы поговорить, рассказать, открыть душу, а он отвернется к стенке и заснет или совсем домой не придет. Прибираясь, она заметила конверт на тумбочке.

– И, как я его раньше не видела?

Открыла его и развернула письмо. Горло сжалось так, что стало трудно дышать, к глазам подступили слезы.

– Да что это я? Даже не прочитала ещё. – собралась и стала читать.

«Супруга моя. Хочу сообщить, что больше не люблю тебя. И считаю продолжать наши отношения, невозможным. Я больше не вернусь домой, и ты перестань думать и надеяться. Хочу добавить еще кое-что: если попытаешься как-нибудь испортить мою дальнейшую жизнь, я сделаю так, что твоего ребенка заберут и отправят в детский дом и ты его больше не увидишь. Я могу это сделать. Ты меня знаешь.

Полковник Овсянников Г. С.»

Она спокойно сложила письмо пополам, вернула его в конверт, слез больше не было, но стало как-то жарко. Она почувствовала усталость, не было ни обиды, ни горя, а только усталость, усталость, которая валит с ног и голова сама ищет подушку. Она провалилась в быстрый сон.

Во сне она вернулась в свое детство и видела, как она каталась на санках с горки вместе со своим папой. Папа лег на санки на самом верху залитой ледяной горки и сказал, «Юлька залезай и ложись мне на спину». Девочка вскарабкалась на отца, и они вместе помчались на огромной скорости вниз по склону. Вечернее солнце освещало чистое небо, и они перевернулись на санях в самом низу, веселые и довольные уставились на закат. Снег таял на их щеках, но им не было холодно они были счастливы в этот момент. Папа посмотрел на Юлю и сказал «я запомню этот день, как самый счастливый в моей жизни».

Она проснулась от плача ребенка. Времени на переживания и потягивания у нее не было побежала к сыну, взяла его на руки, он успокоился и затих. Юля теперь уже сама мама смотрела на сына и не могла понять, как она могла жить без него. Шепча, ему на ухо она усыпляла его. «не переживай малыш, мы справимся, мама с тобой, я никому тебя не отдам».

Малыш задремал они сели на кресло, и она наконец -то вздохнула с облегчением. Чувство, что она теперь свободна, что не надо думать, пытаться решать проблемы или говорить, когда не хочется, успокаивало ее.

– Ну вот и все, даже придумывать ничего не пришлось. – её уже давно достал этот «тюремный» город (в нём, кроме тюрьмы, ничего и не было). В этот же вечер она решила, что начинать новую жизнь лучше в другом месте. Переезд был назначен на ближайшее время.

Переезд в другой город задача не из легких, особенно если ты с малышом на руках и у тебя кроме него, никого нет. Начинается все с простых вещей – как, снять жилье, найти работу, устроить ребенка в садик. После идут бытовые вопросы – нужна домашняя утварь, тарелки, ложки, чашки, починить розетку, вкрутить лампочку, повесить картину на стену для уюта в доме. Нужна помощь, в конце концов.

Юля слезами и бессонными ночами заполнила свою жизнь в этот период. Нет она не плакала по мужу, не жалела, что он ушёл и уж тем более не винила себя. А страдала она от усталости от изматывающей работы и постоянным уходом за ребенком. Когда даже дома у тебя нет ни единой минутки свободного времени, для самой себя это уничтожает все желание жить. Но, к счастью, это время пролетает не заметно. Вот мальчик уже подрос, и садик открыл перед ним свои двери. Директор на линейке произнес речь, а Юля тихо плакала с букетом цветов в сторонке. Но это уже были слезы радости, сын вырос и делает первые шаги в жизни.

Сад уже основательно вошёл в жизнь маленькой семьи, и мама расцвела, появилось свободное время, можно выделить часик на себя. Юля заблагоухала словно нектар и открылась для новых отношений, сняла с себя все собственные запреты. Кавалера долго ждать не пришлось.

ГЛАВА 3 ГЛАЗАМИ ВАНИ

Конечно, когда Иван был совсем маленький он ничего не знал, кроме маминой любви и заботы. Но это не значит, что перемены в жизни мамы не сказывались и на нем.

Он, почти четко помнил, как мама его любила и баловала и все было хорошо, она всегда была рядом и целовала его, он жил в теплом и уютном доме вместе с самым дорогим человеком на планете. Ваня ощущал любовь всей кожей, этот приятный мир казался ему не рушимой твердью. «Так и должно продолжаться все время».

Ваня крепко спал и смотрел свой любимый сон, где он летал. Но мамин голос прервал полет о пришлось проснуться. Глянул в окно, на улице было еще темно, так рано вставать ещё никогда не приходилось.

– Что случилось мама почему ты меня разбудила?

– Потому- что мы сегодня идем в детский сад.

Разум мальчика наполнился ужасом, он не знал, что делать и, как себя вести в этот момент. Губы задрожали, и он горько заплакал, положив голову, на мамины колени, ни говоря ни слова, просто плакал, а мама гладила его по голове и шептала, «все хорошо малыш, мы справимся, ты у меня молодец».