Сергей Калашников – Снайпер. Дара (страница 70)

Неслабую конкуренцию этому решению составляла, получившая приз в номинации «на безрыбье и жаба раком», пластиковая бутылка с водой. Оказывается, если распотрошить аптечку и вытащить из нее ингаляционную маску, которую и подсоединить к указанной бутылке, а в нее вылить банку перекиси ну и вообще все что под руку подвернется, то проходящий через такую «воду» воздух аппаратурой обнаружения уже не признавался «человеческим».

Решение, честно говоря, сомнительное и одноразовое. Но жить захочешь, и не так извернёшься. К тому же количество комбинаций которые можно было «вбухнуть» в воду внушало некоторые надежды — замаются операторы противника пополнять базу данных.

Естественно, эта «тема» исследований получила свое логическое развитие. Уже к концу недели народные умельцы притащили гибрид все той же ингаляционной маски и упертого из местной санстанции портативного газоанализатора. Это устройство вполне эффективно устанавливало состав выдыхаемого воздуха и, с помощью нескольких «патронов» с пахучими веществами и прочими «добавками», весьма правдоподобно имитировало «выхлоп» любого из живущих на Прерии (и не только) живых существ.

Испытание данного устройства чуть не обошлось дорого самим изобретателям — очень уж они «удачно» сымитировали подкрадывающегося к добыче серого амфициона. От получения заряда картечи «безумных гениев» спасла только Дарина «чуйка», настоятельно твердившая что нет там никакого амфициона. Получив фитиль (полуметровый, хорошо смазанный, семьдесят пять миллиметров в диаметре), изобретатели согласились с доводом, — «какая нафиг разница — пристрелят тебя как человека или как пакицета?» и исключили из базы «имитатора» всех особо опасных хищников.

По другим направлениям тоже наблюдались некоторые успехи. Например, фильтры «на ружейную смазку» и «на утечку из патронов», на которые Дара изначально возлагала самые большие надежды, оказались абсолютно бесполезными. Местные не использовали синтетических смазок, просто из-за их дороговизны и редкости — каждый охотник придумывал собственный рецепт — от жира выдры, до бобровой струи и спермацета. А патроны снаряжали сами и герметизировали на совесть — от этого ведь порой зависела жизнь.

Получили и испытали также неизвестным путем добытые армейские накидки и «обертки» для оружия, поглощающие радиоизлучение и «размывающие контур». Заодно узнали, что «ленточки» ткани из местной травы, покрашенные определенными красками, справляются с этой ролью ничуть не хуже чем последнее достижение военной науки. К тому же в них не так жарко.

Попутно выяснилось что «свисток» тоже влиял на работу аппаратуры распознавания. Не так чтоб радикально, но помеху все же создавал даже будучи применён в единичном экземпляре. Поэтому сейчас парочка самодеятельных исследователей выясняла чем это обусловлено — то ли акустическими колебаниями молекул, смещавших спектры, то ли влиянием вибрации на приемную аппаратуру. На базе того же «свистка» разрабатывался и постановщик электромагнитных помех. Впрочем, особых прорывов здесь пока не наблюдалось. Хотя направление было очень перспективным.

Принесло свои горькие (буквально!) плоды и медикаментозное направление. Нет «не дышать» никого так и не научили, и даже не попытались, а сосредоточились на сокрытии запаха. Выяснилось, что если пару таблеток из аптечки «растереть, перемешать, залить кипятком» а потом выпить (ну и гадость!) то помимо парочки забавных эффектов еще и запах меняется радикальным образом.

Настолько сильно, что за человека тебя уже не считает даже самая треклятая аппаратура. Другие люди, впрочем, тоже. «Разит как от козла», — это была еще самая мягкая оценка результатов экспериментов. Так что парочка невезучих испытателей еще неделю при разговоре занимали подветренную от собеседника сторону и просыпались по ночам от собственного запаха. Но как говорилось выше — «жить захочешь…»

Впрочем, продаваемые в любом магазине дезодоранты-антиперсперанты оказались не менее эффективными, а Дара с удивлением узнала, что изначально человеческий пот ничем не пахнет. Весь запах — это результат работы живущих на коже бактерий, и деятельность их вполне эффективно можно регулировать. Для чего подходят не только дезодоранты, но и многие лекарства, а также некоторые отвары — последние получили самые высшие оценки ввиду доступности и «естественности».

Словом, за эту неделю, Дара в полной мере прочувствовала себя в шкуре директора военного НИИ и военпреда в лаборатории сплошь набитой сумасшедшими гениями из комиксов.

Но, несмотря на то что многие «тактические» задачи нашли за эту безумную неделю свои решения, главный вопрос по-прежнему ответа не имел. В нем девушке, увы, никто из ее курсантов помочь не мог.

И именно он не давал Даре спать по ночам.

Глава 18

Свет и тени

В день, когда Дара исчезла, Вадим отправил на условный адрес новое сообщение о том, что контакт с объектом был кратковременно установлен и опять потерян. Однако, сохраняется возможность последующих встреч, поскольку место, где находится объект, известно, знакомство и обмен номерами для связи состоялись.

После этого он совершенно не представлял себе, чем заняться. С одной стороны — задание не отменено, с другой — повлиять на его выполнение он не имеет никакой возможности.

На это накладывалось то обстоятельство, что ему предлагалось вступить с объектом в любовную связь. Это парня здорово коробило, поскольку саму эту связь хотелось установить отнюдь не по приказу. А тут ведь ясно предполагалось использовать влияние на Дару для принуждения её к выполнению какого-то грязного дела. Это притом, что она — совсем ребёнок — сама к нему льнёт и во всём доверяет.

Хоть и не дошло у них до этого самого, но, скорее оттого, что он не проявил инициативы. Что-то удержало от поспешности, и жалеть об этом даже не хочется.

— Вы не видели Егора Георгиевича? — раздался за спиной знакомый голос.

— О, сеньор Моретти, — обрадовался Вадим возможности перекинуться с кем-нибудь словечком. И тут же спохватился — ведь ему назвали пароль! Надо произносить отзыв: — Увы, я незнаком с человеком, которого вы ищете.

То, что фотограф оказался куратором, неудивительно. Удобная легенда, мотивирующая пребывание здесь в течение любого времени.

— Я получил твои сообщения. Более того, убедился, что к выполнению поставленной задачи ты отнёсся ответственно и с большим рвением, — показалось? Или слабый намёк на улыбку на мгновение промелькнул в уголках красиво очерченного рта. — Так где же сейчас находится наша подопечная?

— На северном берегу Янтарного моря, которое местные называют заливом Тылка. Между устьями рек Белая и Черная. Там детский оздоровительный лагерь, куда во время школьных каникул съезжается куча сорванцов, — улыбнулся Бероев. — Отписала, что работает вожатой, что детки послушные и старательные. И, что до конца смены она оттуда не выберется.

— Навестить её не хочешь?

— Хочу.

— Не торопись. Наведи более подробные справки об этом учреждении, а я, со своей стороны, тоже изучу этот вопрос. Понимаешь, на этой планете многое выглядит вовсе не так, как оно есть на самом деле. У аналитиков возникли подозрения, что тут действуют силы, ранее не принимавшиеся в расчёт. Если ты что-нибудь в этом роде примечал — скажи, не боясь глупо выглядеть. Я не стану смеяться.

Вадим осмотрелся, пытаясь сообразить, куда это завели его раздумья — неподалеку увитая плющом веранда манила тенью, а в глубине её мерцали бутылки, расставленные на зеркальном стеллаже за барной стойкой. И ни души.

Вошли, устроились в уголке. Румяный хлопец вышел из двери в подсобку и поставил на стол перед посетителями две кружки с пивом:

— Светлое, слабое, — с улыбкой произнёс он и исчез из виду.

Напиток оказался прохладным, и после пары глотков пришло понимание — спешить некуда, можно спокойно посидеть, ни о чем не беспокоясь.

— Право, это может показаться мистикой, — наконец Вадим решился поделиться подозрением, — но среди местного населения, живущего в глухих отдаленных уголках, бытует поверье о Хозяине, что изредка появляется ненадолго, а потом пропадает. Народная молва наделяет это существо свойствами странно сочетающимися друг с другом. Добротой и скрытностью. И могуществом. Считается, что оно не прочь побаловать с женщинами, после чего одаривает их… не вполне понятно чем. Но только все они перестают бояться леса и даже хищники их не трогают. То есть, становятся как бы хозяйками.

Понятно, что мужики этого не любят. Подозревают, будто жены от них к этому созданию бегают побаловать грешным делом.

Так вот, я своими глазами видел царапины на коре, оставленные им, и точно знаю — Дара с ним знакома.

Моретти и не думал иронизировать. Спокойно выслушал, а потом достал несколько снимков и передал собеседнику.

— Красивая женщина, — оценил по достоинству Вадим. А что это за создание рядом?

— Кадавр. Подарок её матушки. Весьма необычный, кстати. Настолько осторожный, что ни разу не удалось разжиться хотя бы шерстинкой для генетического анализа. Как и положено — верный охранник. Когда Диана пропала — тоже исчез. Собственно, вся надежда на то, что он инстинктивно разыщет хозяйку и поможет ей выбраться к людям. Очень умная тварь, только не разговаривает, а в остальном я бы его смело сравнил с человеком… лет четырёх-пяти.