что может поднять слуг.
Принцесса начала тихо шептать,
А парень слушал её:
«Как же тебя, красавец, звать?
Может, мы вместе споём?»
Парень смутился и покраснел,
Но не видим ей в темноте.
Он взял гитару и снова запел:
«Я не скажу тебе,
О чём пою и что делаю здесь,
Тем более – кто я такой,
Не будет радостной моя весть,
Пошёл я с глаз долой!»
Встрепенулась принцесса, сказала тогда:
«А ну-ка постой, постой!
Я сейчас постараюсь угадать сама
Кто ты есть такой…»
Принцесса взглянула на лунный путь
И сразу дала ответ:
Ты странный, поверь, чуть-чуть, чуть-чуть,
Точнее – странно одет.
Мне кажется, ты, наверное, шут,
Потому от меня и бежишь,
Страшен тебе королевский суд,
Но почему же ты здесь сидишь?!»
Парень вздохнул, смелее стал,
Посмотрел принцессе в глаза
И не сказал, прокричал:
«Я просто люблю тебя!»
Залаяли сразу же псы во дворе,
Послышался топот ног.
Принцессе казалось, что это во сне,
А шут дольше стоять не мог.
И шут убежал, исчез в темноте,
А принцесса осталась одна.
Ну, зачем же залаяли псы во дворе?
Зачем началась суета?
Закончилась ночь, улеглась маета,
Все вскоре забыли о том.
И вновь принцесса сидит у окна,
И ждёт встречи с шутом.
В суете-маете прошло пару дней,
А может быть пару лет.
Принцесса стала ещё грустней
И уже ничего не ест.
Король встревожен и не может понять,
Что с дочерью произошло,
А она, как назло, не желает сказать
И пьёт одно лишь вино.
И видит она в пьяном бреду,
Как шут ей тихо поёт:
«Ты не волнуйся, я скоро приду…»
И она без устали ждёт.
А нам давно пора уже знать —
Кто ждёт, тому повезёт.
И наша принцесса засмеялась опять —
Значит шут, конечно, придёт!
И вот случилось, как я говорил,
Снова в тёмной ночи,
Когда месяц сияньем дворец озарил
И за полночь пробили часы —
За окном снова шут песню запел,
Чем принцессу и разбудил:
«Извини, дорогая, я больше не смел
Ещё раз к тебе прийти.
