Сергей К. – 1-ый сборник хоррор рассказов (страница 2)

В обед позвонила Наталья. — Как дела? — спросила она.

— Да так… — ответил Алексей.

— Слушай, я тебе ночью звонила, извини что так поздно, — сказала девушка.

— Да нечего страшного, — ответил парень.

— Мне приснился плохой сон, про тебя и я решила позвонить, — с тревогой в голосе проговорила девушка.

— Крепко спал наверное, и не услышал твоего звонка, — соврал Алексей. — Когда заглянешь? — спросил он Наталью.

— Ну сейчас пока некогда, сильно занята, но как освобожусь, обязательно приеду, — ответила девушка.

— Хорошо, я жду, — сказал Алексей.

Подойдя к пятиэтажке, он окинул её взглядом. «Вроде обычный дом каких много в городе», — подумал про себя Алексей. «Надо поговорить с соседями, не одна же Зинка в нём живёт», — решил он. Поднимаясь к себе на этаж, он снова столкнулся с Зинкой, курившей на том же месте.

— Ты за мной следишь?.. — выпулила она.

— Это вы за мной следите, — ответил парень.

— Не груби, — огрызнулась Зинка. Алексей подумал: «Если уж портить отношения, так до конца…» — Говори, что ты знаешь?! — грубо обратился он к соседке, встав впритык напротив неё.

— Ты чё это, оборзел… — опешила Зинка. — А-ну, вали отсюда, студентик. Научись разговаривать сначала, потом обращайся!.. — крикнула вдогонку Алексею Зинка. Оставив Зинку в покое, Алексей зашёл в квартиру, быстро переоделся, перекусил на скорую руку, взял пару бутылок пива в холодильнике, и решил зайти к своим шумным соседям в надежде что-нибудь прояснить. Подойдя к соседской квартире, он постучал в дверь. На удивление двери быстро открыли. В дверях стоял мужчина лет сорока, в майке и семейных трусах.

— Здравствуйте, я ваш сосед, квартиру здесь снимаю, меня зовут Алексей, — представился парень.

— Заходи, — сказал мужчина в семейных трусах, посмотрев на пиво у Алексея в руках. — Михаил, — представился сосед. — Проходи на кухню, присаживайся, — предложил Михаил, указывая на стул, затем положил на стол открывашку и поставил два стакана. — Ну, рассказывай… — обратился сосед к Алексею. — Ты же не просто так пришёл пивка попить, начал грубовато Михаил.

— Я, я, — сбивчиво начал Алексей. — Эти люди, ну-у с носом, роются в баках, — промямлил растерянный Алексей.

— Я понял, — перебил его сосед. — Что ты хочешь услышать от меня, ты хочешь, чтобы я сказал, что их нет? — начал вдруг сразу и напористо Михаил. — Или что они есть?..

— Я не знаю, я хочу съезжать от сюда, но пока некуда, вот я и хотел поговорить с вами, — сказал Алексей.

— Хорошо, они есть, но их как бы нет, то есть днём их нет, но ночью они есть, — начал свой рассказ сосед со странной улыбкой на лице. Затем продолжил: — Это тоже жильцы нашего дома, они обитают на чердаке, они часто беспределят, многие из жильцов этого дома съехали отсюда, некоторые из-за них попали в психушку, многие, как например я, привыкли к ним, а некоторых они… — сосед вдруг сделал паузу посмотрев по сторонам, как будто их кто-то мог услышать. — А некоторых… — повторился он, — ну короче нет их больше, этих некоторых…

— А что они с ними случилось? — наивно спросил Алексей. Сосед после нескольких секунд молчания продолжил:

— Что сделали, что сделали, ночью если пойдёшь, например, вслед за милой обнажённой девушкой, то больше не вернёшься, они не только в людей и животных могут превращаться, но и в мистических существ, и в предметы, и даже в соседей, — с улыбкой произнёс последние слова Михаил.

— Как это?.. — задал вопрос Алексей.

— А вот так, разговариваешь ты сейчас со мной, а может я один из них, ты же раньше меня не видел? Алексей слушал соседа открыв рот.

— А вот скажите? На первом этаже живет соседка звать Зина, она странная такая, постоянно курит и она… — хотел что-то добавить Алексей, но Михаил перебил его.

— Нет такой соседки Зины, на первом этаже, — вдруг сказал Михаил. — Поверь мне, я живу здесь много лет, пойдём со мной, что-то покажу. Михаил одел трико, накинул лёгкую куртку на голое тело и поменял домашние тапочки на старенькие кроссовки. Они вдвоём поднялись на пятый этаж, где находился люк на чердак и ведущая наверх вертикальная металлическая лестница.

— Поднимайся за мной, — сказал сосед, открывая люк упёршись в него головой.

— Может не надо? — струсил Алексей.

— Ну ты же сам хотел всё узнать, давай поднимайся. Алексей, последовал за соседом, и они оба, оказались в тёмном помещении огромного чердака.

— Фу, как здесь воняет, — закрыл нос пальцами Алексей.

— Эта вонь, следы жизнедеятельности других жильцов, чердачных людей, — пояснил Михаил. В это мгновение, сзади, за спиной Алексея, вдруг что-то хлопнуло, и чердак, который до этого был немного подсвечен светом, исходящим из отверстия люка, погрузился в полную темноту.

— Люк! — вскрикнул Алексей. — Люк закрылся! — как бы обращаясь в темноте к соседу, прокричал студент. Но сосед молчал, в ту же секунду Алексея кто-то или что-то схватило и повалило с ног. Алексей завопил во весь голос, его шею чем-то обвило и сдавило так сильно, что последнее что мог слышать Алексей в своей жизни, это хруст своих собственных позвонков. Ещё долго потом в пустой квартире звонил его телефон, в надежде дозвониться до абонента.

Случай на маяке.

Антон Сергеевич, смотритель маяка, проснулся рано утром, чтобы проводить своих жену и детей, уезжавших с одиночного маячного мыса на большую землю. Сам Антон Сергеевич, оставался ещё на полгода, а может быть и больше, на маячном мысе. Так называлось место его службы, которой он отдал уже почти пятнадцать лет, и которое долгое время было домом для его жены и двух его дочерей. — Марина вы готовы? — задал вопрос он своей жене. — Всё хватит слёз, а то катер уже минут сорок стоит. Небольшой катер буксир покачивало и било о бетонный пирс.

Антон Сергеевич не раз обращался к вышестоящему начальству и просил, чтобы ему прислали в помощь человека, но начальство лишь обещало и просило немного потерпеть.

Посадив жену и детей на катер, он немного загрустил, смотря уходящему катеру в след. Он не первый раз оставался один, в давно заброшенном посёлке на берегу моря, где функционировал лишь маяк, который, собственно он и обслуживал. Рыбацкий посёлок был заброшен с распадом Советского союза, но сам маяк, как стратегический объект продолжал своё существование.

«Вот раньше было лучше», — оставшись на едине с собой думал про себя маячник. На маяке было пару солдат срочников, которые собирали бруснику, ловили горбушу рядом в речке, заготавливали икру, собирали и солили папоротник и черемшу, иногда можно было добыть лося или изюбра которые выходили к морю. С этими мыслями он погрузился в воспоминания о прошлом.

Началось всё не сразу, пару недель после того, как он проводил своих жену и детей, прошли в спокойной обстановке. Но в один из поздних вечеров, когда он готовил себе еду и стоял перед электроплитой вдруг, в его жилище погас свет, он замер, прислушиваясь к работе дизеля.

— Заглох, — сказал он в слух самому себе. Взяв фонарь, он вышел из жилого помещения на улицу, прошёл по деревянному трапику, и подошёл к дверям дизельной, откинул щеколду и потянул на себя дверь за ручку, но дверь не открылась, как будто была заперта изнутри.

— Не понял, — сказал маячник вслух сам себе, и потянул за ручку двери сильнее, опять произнёс в слух: — Не понял! Затем приник глазами к щели в дверях, светя туда же фонарём в надежде обнаружить что может держать дверь. Не чего не разглядев, он в недоумении зашаркал ногами по деревянному трапику к дверям сарая, где находился инструмент. Вернувшись с огромным гвоздодёром в руках к двери дизельной, он вставил гвоздодёр в щель между дверью и дверным косяком, оттянул дверь рычагом инструмента, и в образовавшуюся широкую щель посветил фонарём.

— Что это? — слетело у него с языка. Он разглядел что за дверную ручку с той стороны привязан конец верёвки, которая уходила куда-то вверх к крыше дизельной и исчезала за самим двигателем. Опомнившись, он отпрянул от дверей и побежал в жилое помещение. Заскочив в комнату, маячник вытащил из-под матраса пистолет дослал патрон в патронник и уже потихоньку стараясь не шуметь вернулся к дверям дизельной. Прислушиваясь, маячник постоял несколько секунд перед дверью в тишине, но потом ему пришла в голову идея. Он снова взял в руки гвоздодёр оттянул с помощью его дверь и в образовавшуюся щель крикнул.

— Кто здесь!? Затем вытащил из внутреннего кармана пистолет и пару раз выстрелил в темноту, задрав ствол пистолета вверх под потолок дав понять таким образом что он с оружием. Через секунду после второго выстрела он услышал, как в темноте дизельной что-то свалилось с глухим звуком на пол и затем наступила тишина. Антон Сергеевич снова побежал в жилое помещение, взял большой кухонный нож, потом немного замешкался схватил кружку со стола и опустил руку с кружкой почти по локоть в большую алюминиевую флягу, которая стояла рядом за тряпочной занавеской. Зачерпнув оттуда мутной жижи, пахнувшей дрожжами, он резко выдохнул и сморщив физиономию залпом выпил содержимое кружки, потряс головой, рукавом вытер губы, и снова побежал в дизельную, по пути почувствовав, как брага ударила в голову.

«Надо вторую флягу поставить, а то эта уже заканчивается», — промелькнула мысль у маячника в голове. Не много осмелев, он просунул лезвие ножа в щель дверей и перерезал верёвку завязанную за ручку двери, после чего открыл дверь и держа впереди себя фонарь и пистолет начал обходить дизельную установку вокруг, луч фонаря внезапно выхватил из темноты человеческие ноги обутые в старые кирзовые сапоги, дыхание у маячника перехватило, задрожали руки так что луч фонаря запрыгал освещая оставшуюся часть человеческой фигуры которая в темноте лежала на полу. Маячник, направил луч света в лицо мёртвого человека, но лицо в свете фонаря разглядеть не смог. Затем, он запустил двигатель, и перевёл рычаг рубильника в положение вкл. подняв его вверх одновременно переступив через мёртвое тело. Электрическая лампа, свисавшая с потолка, загорелась, и перед маячником возникла полная картина происшедшего. Верёвка, сначала была завязана за массивную ручку дверей, затем перекинута через двигатель, который занимал половину помещения, затем верёвка была пропущена через одну из балок перекрытия крыши обвивая балку несколько раз, и оставшийся её конец свисал на расстоянии двадцати сантиметров от балки, второй же её конец вместе с петлёй находился на шее у мёртвого незнакомца.