Сергей Извольский – Врата Тартара (страница 73)
- Олег, - подсказал я, приятно удивленный сложностью неотслеживаемой схемы связи.
- Сказать, что его ждет его старый друг Олег.
- Может я просто позвоню сейчас Анне или Давиду…
- Мария! – резко прервал жену таксист и произнес что-то быстро и убедительно на идише. Мне даже без знания языка было понятно, что смысл его фразы был в том, что в жизни каждой жены бывают моменты, когда необходимо просто молча сделать то, что говорит тебе муж.
- Хорошо, сейчас все сделаю, - покладисто произнесла в ответ женщина.
- Все запомнила?
- Иду к Розе, Роза идет к Давиду, Давид звонит Борису, Борис идет к Анне, Анна звонит обратно Давиду, он ей говорит позвонить Моте.
- Ты умничка, дорогая. Это надо сделать очень быстро.
Окно связи погасло, а дядюшка Абрам только вздохнул.
- Женщины! – устало произнес он. – Может быть я сама позвоню Анне? – спародировал он жену и покачал головой: - Вечно они все усложняют…
Еще раз тяжело вздохнув, таксист полностью вернул внимание дороге. Я же почувствовал, как меня едва-едва коснулась Анастасия. Посмотрев в глаза княжны, я увидел немой вопрос, и только пожал плечами – мол, ничего не понял, но конечно же осуждаю. Таксист, поглядывая в зеркало, увидел наш обмен взглядами.
- Душенька, не принимайте брюзжание дядюшки Абрама на свой счет. Женщины — свет нашего мира! Единственное из того, ради чего стоит жить мужчинам…
В этот момент я поймал в зеркале взгляд таксиста, и он заговорщицки мне подмигнул.
Несколько минут езды нам потребовалось, чтобы миновать предместья и въехать в город. Когда переехали мост и машина петляла по широким и аккуратным улицам центра, на проекции лобового стекла загорелось окно софтфона.
- Я все сделала, - сходу сообщила жена таксиста. – Но ты можешь мне объяснить…
- Могу конечно. Но потом, - резко оборвал ее дядюшка Абрам, отключая связь.
Проехав по широкой площади с круговым движением, мы сделали еще пару поворотов и остановились напротив большого здания синагоги. В этот момент прямо перед машиной мелькнула смутная тень – буквально упав с неба, справа и слева оказались Ира и Ада. Индианки были в глухих бронекостюмах, но я узнал их по неуловимой ауре, неповторимой змеиной пластике движений. Одна из наемниц встала прямо перед капотом, держа оружие наготове, вторая уже была рядом, распахивая мою дверь.
Несколькими секундами позже, сбрасывая с себя пелену стелс-покрытия, с неба рухнуло сразу два штурмовика-фантома без опознавательных знаков, прикрывая нас силовыми полями. И явно будучи готовыми распылить на атомы всех и все подозрительные, если таковое появится. А через несколько секунд над нами со свистом прошло звено истребителей-перехватчиков, покачав крыльями и свечкой уходя в небо.
Мы с Анастасией уже были на улице, прикрываемые индианками. И перед нами уже степенно опустился конвертоплан с гербом Юсуповых-Штейнберг на борту. Грузовая рампа открылась и прикрываемые бойцами Измайлова, к нам направились Моисей Яковлевич и безотлучно сопровождающий его демон.
Юрист - в классическом костюме, черных зеркальных очках и кейсом в руке выглядел степенно и по-взрослому. Демон, который управлял телом Васи, не отставал – когда именно он контролировал тело Ндабанинга, не было и следа мимики и повадок мелкого пугливого гангстера. Чернокожий демон также был прилично одет – в костюме, и кейсом-близнецом того, что был у Фридмана.
Вдруг меня при взгляде на чернокожего гангстера словно молнией ударило.
«Что с тобой?» - мысленно спросила Анастасия.
«Со мной все в порядке, Томми. Все тип-топ!» - не удержался я, отвечая по наитию душевного порыва.
Анастасия посмотрела на меня, вопросительно изогнув левую бровь. Я на взгляд княжны не отреагировал. Потому что, глядя на торопливо приближающегося к нам Фридмана, краем глаза при этом следил за демоном. Вася был в потертых джинсах, кедах и пиджаке – до малейшей детали повторяя наряд точь-в-точь как тот, что был на Астероте. Во время нашей первой встречи - после того, как я погиб от руки демонессы у себя дома и очнулся в космическом замке междумирья.
«Я понял это намек, я все ловлю на лету» - услужливо подсказал внутренний голос.
- Мотя, дорогой! – сбивая меня с мыслей и нарушая общий серьезно-тревожный настрой окружающих вооруженных людей, громко приветствовал таксист моего поверенного.
- Дядя Абгам? – даже сбился с шага Моисей Яковлевич.
- Мотя, а я ведь говорил твоей матушке! Я всегда знал, что из тебя выйдет толк! – доверительно сообщил юристу таксист и уже собрался было продолжить мысль, но нас всех волной телохранителей ненавязчиво занесло обратно в транспортный конвертоплан.
Пока рампа закрывалась, я успел увидеть характерный жест, которым дядя Абрам показал Моисею Яковлевичу, что он еще с ним свяжется. Ну да, ему ведь еще и за нашу поездку оплату надо получить.
Анастасия облегченно вздохнула, позволив себе секунду слабости. Я взял ее за руку и коротко сжал.
- Домой летим, - поймав взгляд княжны, подмигнул я ей и улыбнулся.
Сам только в этот момент понял, как устал. Устал настолько, что мне почему-то даже наплевать на все намеки высших сил. И ведь сегодня вечером еще тренировка, которую никто не отменял, а завтра в школу, которую сегодня прогулял.
Глава 16
Приземлились мы у главного входа, сойдя по откинутому трапу прямо перед ступенями крыльца. Осмотрев здание, я уважительно поджал губы - пока мы гуляли по Петербургу, наслаждаясь красотами столицы, поместье уже полностью восстановили.
Как такого встречающего почетного караула не было, но вокруг было сосредоточено немалое количество самого разного народа. Кроме бойцов в форме без опознавательных знаков я заметил несколько гражданских чинов, маячивших в отдалении. Вот только ни персидских казаков Валеры, ни ахтырских гусар, ни других солдат русской императорской армии не наблюдалось, как и солдат армии конфедерации.
Зато поодаль, у двух угловатых и черных как сажа внедорожников на рубчатых колесах заметил нескольких бойцов в черной броне со странными эмблемами. За дальностью не рассмотрел, только примерно – на глаз похоже. Да и пока не интересно – очередная корпоративная ЧВК, которых в этом мире пруд пруди. Гораздо более меня волновал вопрос чья власть, и кто сейчас в городе – белые и красные.
Никто из присутствующих, впрочем, демонстрируя почтительность, готовности и желания общаться с нами сразу не продемонстрировал. Но не стреляют, и ладно. Покинув конвертоплан, мы с княжной прошли в здание и направились к парадной лестнице. За моим плечом при этом неотлучно двигалась Ира, причем настолько ненавязчиво, что я практически не чувствовал ее присутствие.
Когда оказались у подножия широкой парадной лестницы, я поднял взгляд. Слева, у выхода в восточное крыло, опираясь на ограждение галереи нас ждала белая дама, озаренная целительница Елена Николаевна.
В простом платье, со скромной диадемой в волосах, она сверху вниз смотрела на нас своими белесыми, подсвеченными изнутри светом глазами. За целительницей стояли два чина из администрации города. Одного из них я точно встречал в городской ратуше, лицо памятное, а фотографию второго видел в сети. Прокурор, или обер-прокурор из управления информационной безопасности.
Справа, у выхода в западное крыло здания, также собралась компания из трех человек. Небрежно облокотившись, почти присев на перила и скрестив руки на груди меня рассматривал стрелковый инструктор господин Андре Смирнофф. Он был в привычном песочном костюме.
Чуть поодаль, под картиной с юной Анной Николаевной, изображенной в воздушном бальном платье, расположился барон Максимилиан Иванович фон Колер. При этом показательно дистанцировавшись от Андре. Стену в отличие от инструктора он не подпирал, но опирался на трость с фигурным бронзовым набалдашником ручки; рядом с профессором стоял мой (пока еще) ординарец Василий.
Каким образом он впереди нас оказался на галерее второго этажа я даже думать не стал. Может бегом бежал, может телепортацией переместился. Но даже без этого картина ясна всецело – слева нас ждет Свет, справа Тьма. Мне без вариантов направо, по праву рождения. Анастасии без вариантов налево. Также по праву рождения – потому что чем выше ставки, тем меньше перед тобой возможностей выбора.
Поднимаясь по ступеням, я почувствовал легкое прикосновение – Анастасия едва-едва, словно невзначай, дотронулась до моей руки. Не сговариваясь, мы с княжной остановились на площадке, где лестница расходилась пролетами направо и налево. Несколько долгих секунд стояли друг напротив друга, глаза в глаза.
Посмотрев на княжну, я за краткое мгновенье словно пережил заново весь наш путь по лесу, когда мы впервые оставались долгое время наедине по-настоящему. И глядя в ее глаза, снова прочувствовал все эмоции во время поцелуев и объятий, а также последующей беседы.
- Это твое решение, не мое, - негромко произнес я, по-прежнему глядя княжне в глаза. «Тридцать тысяч», - добавил беззвучно и для убедительности даже поднял три пальца, показывая княжне минимальную цену входного билета в верховную власть.
Анастасия только слабо усмехнулась. Ну да, завтра еще не наступило, и сейчас она думать об этом точно не хотела – понял я по ее настроению.