Сергей Извольский – Темный пакт (страница 51)

Зоряна, кстати, оказалась на диво способной ученицей — уже через четверть часа мы кружились с ней по гостиной, и я смотрел в блестящие от возбуждения радости глаза.

Нельзя, наверное, так поступать — слишком больно ей будет возвращаться обратно в свой мир. Но сейчас я имел возможность подарить ей хотя бы несколько минут счастья, и просто не мог этого не сделать.

В какой-то момент пространство вокруг вдруг растянулось, сливаясь взвесью смешанных красок, и я почувствовал, что падаю. В последние несколько секунд перед тем как заснуть понял — газ, или что-то другое, усыпившее меня как общий наркоз от анестезиолога.

— Открыли глаза, мальчишки и девчонки! — через мгновенье вечности раздался громкий пронзительный крик, и меня вдруг хлестко ударило что-то по руке, прямо по костяшкам пальцев. Очень неприятно и больно — будто бильярдным кием приложили.

— Открываем глазки, протираем глазки, — продолжала кричать мерзкая тварь визгливым женским голосом. — Вставай, вставай, вставай, штанишки надевай…

Ненавижу, когда будят столь бесцеремонно. В последний раз такое со мной проделывали без риска для жизни лишь мои командиры. И наряд дурным криком «Рота, подъем!»

С трудом подняв тяжелые веки, первое что увидел — широкий металлический браслет на левом запястье. Он него тянулась тонкая длинная цепь, собранная в кучку на столе. Другой конец цепи крепился к такому же браслету. На тонком запястье маленькой изящной руки — и увидев алый маникюр даже сквозь муть остатков беспамятства сразу понял, кто со мной рядом.

Я безвольно развалился на стуле, в тяжелом медикаментозном сне уронив лицо в обычную школьную парту. Подняв голову, смаргивая пелену перед взором, осмотрелся — ощущая удивление и даже шоковое состояние многих окружающих.

Всего участников должно было быть пятнадцать. Неожиданный сюрприз — в классе находилось пятнадцать скованных пар. Да, вечер (или утро уже) перестает быть томным, а грядущее мероприятие обещает стать гораздо более интересным, чем было туманно заявлено в начале.

Глава 17

Осматриваясь по сторонам, постепенно приходя в себя, начал ощущать непривычную тяжесть на плечах и спине. Словно плотный неопреновый жилет под рубашкой. Движений правда не стесняло, но непривычно.

Вместе с вернувшимися ощущениями тела исчез мутноватый туман перед глазами, я и осмотрелся снова, уже ясным взглядом. Большое светлое помещение школьного класса, три ряда парт. Мое место оказалось в самом дальнем углу класса, у стены. Вроде плюс — и осмотреться могу, и орущая мерзость, продолжавшая будить всех уже далеко.

За партами пятнадцать пар в одинаковой школьной форме. Да, нас переодели — все парни в темных-синих пиджаках, белых рубашках и светлых, песочного цвета штанах. Идентификация по оттенку галстука и волосам, в этом все по-прежнему. Девушкам сменили вечерние платья на белые блузки и темно-синие юбки. У всех также крашеные локоны самых разных расцветок — синие, зеленые, желтые, бирюзовые, белые, вся гамма. Поодаль, правда, сидело две пары с черными волосами. Одна из девушек знакомая смуглянка, рядом с которой невозмутимый непальский горец. Багровые локоны в водопаде волос черноволосой красавицы терялись; в этом организаторы явно непродуманно поступили — все остальные участники гораздо лучше отличались друг от друга.

Хотя какая разница, здесь ведь все равно все против всех?

Почувствовав мой взгляд, смуглянка обернулась. И почти сразу — удивив до крайности, подмигнула, а после сверкнула веселыми глазами и подарила ослепительную улыбку. Уделив мне всего несколько мгновений, почти сразу девушка опять обернулась к доске, где стояла разбудившая нас визгливая мразь.

Это была высокая женщина в простых очках, длинном пиджаке и обтягивающей короткой черной юбке. Даже слишком как мне кажется обтягивающей. Простая прическа — туго стянутые назад в хвост волосы, на ногах белоснежные кроссовки с розовым котиком. В руке учительница держала длинный кавалерийский стек, равномерно похлопывая им по передней парте.

Участники-девушки, между тем одна за другой приходя в себя, начинали волноваться. Слышались сдержанные восклицания, сдавленные стоны и даже редкие рыдания — когда эскортницы понимали, в роли кого здесь оказались. Зоряна, очнувшись, рывком подняла голову и собралась было встать, но я перехватил ее запястье, заставив остаться на месте. При касании наших рук стукнули браслеты оков, заставив вздрогнуть — взгляд замолчавшей учительницы остановился на нас.

Небольшой наклон головы, брезгливая гримаса, и она отвела глаза. Пронесло.

Волноваться пристального вниманию были причины: у нашей «учительницы» сразу два весомых аргумента убеждения. Два вооруженных корпората по сторонам от доски. Оба в легкой броне, стандартной для ЧВК, работающих в Африке и песочнице — странах Персидского залива. В руках бойцы держали направленные на нас АК-68.

— Здравствуйте ребята, — поприветствовала всех учительница. — Меня зовут Клаудия, и я рада видеть всех вас сегодня, на нашем открытом уроке выживания. Давайте поприветствуем друг друга!

Или она хорошая актриса, или действительно у нее кукушка немного не гнезде — оценивающе посмотрел я на визгливую мразь, после проведенной бесцеремонной побудки переобувшуюся в благожелательную «учительницу». Сейчас она, глядя из-под очков, с показным расстройством осматривала собравшихся.

— Знаете, ребята, сколько у меня было классов, но такой недружный в первый раз, — покачала Клаудия головой. — Что, никто не хочет поприветствовать меня и своих одноклассников?

— Послушайте, я не понимаю, что происходит, — произнесла одна из девушек под молчаливое одобрительные эмоции остальных эскортниц. — Со мной никто не договаривался, и я не давала согласие на…

— Не давала согласие на участие? — ахнула учительница.

— Нет, — покачала головой девушка.

Идентификационный цвет — черный. Темные волосы, черный широкий галстук. Ее напарник, также жгучий брюнет, только зубами скрипнул, бросив весьма говорящий взгляд на свою привлекшую внимание Клаудии напарницу. Он кстати, самый крупный и старший по виду здесь. Но не самый умный точно — иначе просто не дал бы партнерше задавать столь глупые вопросы.

— Как тебя зовут, моя милая?

— Божена, — явно волнуясь, настороженно произнесла девушка.

— Божена, солнышко, в моем классе порядки таковы — когда задаешь вопрос, надо вставать со своего места, — слова учительницы лились сладкой патокой.

Божена торопливо кивнула и поднялась с места. Парты стояли тесно, так что ей пришлось выйти в проход — иначе место не хватало. Клаудия в этот момент уже обернулась к своему столу, взяла тонкий полупрозрачный планшет и в несколько легких движений вывела на экран список.

— Божена Кински, в списках есть, — удивилась учительница. — Так что, моя дорогая, ты не хочешь участвовать в моем открытом уроке?

За приветливой улыбкой и сладким тоном учительницы скрывалась явная угроза. Божена не отвечала. Когда девушка едва-едва повела взглядом, осматриваясь словно в поисках поддержки, я заметил, что губы у нее уже мелко дрожат.

Клаудия глубоко вздохнула и покачала головой. Дальнейшее произошло очень быстро — пиджак распахнулся, из кобуры вылетел пистолет и почти сразу плюнул белым, едва заметным в дневном свете пламенем. Я даже успел машинально рот приоткрыть — гулкий грохот не так по ушам ударил.

Отброшенная выстрелом Божена упала, согнувшись в позе эмбриона, прижимая руки к животу. Ее черные кеды с белой резиновой подошвой скреблись по полу, из открытого рта рвался беззвучный крик. В наступившей тишине явно было слышно, как ударилась о металлическую ножку парты покатившаяся гильза. Машинально опустив взгляд я заметил еще один отличительный признак — кеды у участников также разных цветов. Посмотрел на свои — ну да, ярко-красные конверсы.

Еще обратил внимание, что брюнет-напарник Божены с места не двинулся, даже не обернувшись к упавшей. Тонкая цепочка, связывающая оковы на запястьях, размоталась, но длины еще достаточно. Метров пять точно есть — прикинул я.

Дальше произошло нечто неожиданное. Шейный платок учительницы оказался снят и полетел в сторону, следом отправился пиджак. Под платком оказался широкий ошейник с короткими шипами, под пиджаком блестящее латексное платье, поверх которого ремни наплечной кобуры. Ну да, то-то мне слишком обтягивающей юбка учительницы показалась, совсем не соответствующей образу.

Пистолет лег на столешницу, и преобразившаяся учительница оглядела класс уже новым взглядом. Удостоверившись, что все внимание приковано к ней, она взяла планшет и продемонстрировала нам список. Имя «Божена Кински» подкрашено ярко-желтым, даже опасно оранжевым.

— Добро пожаловать на урок выживания, дамы и господа, — новым, холодным голосом произнесла Клаудия. — Как вы можете видеть, имя Божены открашено предупреждающим желтым цветом, это означает ранение. Долго с таким не живут…

В этом я был с учительницей согласен. Если сейчас Божена не попадет на операционный стол, жить ей не более получаса, и то прогноз с большим запасом — пуля в живот не самое лучшее, что может случится из ранений.

…но много времени у нас нет, поэтому Божене мы поможем, — закончила эта безумная женщина, за какие-то несколько минут преобразившаяся по манере общения от истеричного фельдфебеля до заботливой учительницы, а сейчас представшая в образе БДСМ-госпожи.